Какой документ не подтверждает правопреемство в процессе реорганизации
Положения данного документа (в ред. Федерального закона от 24.07.2023 N 351-ФЗ) применяются к правоотношениям, возникшим после 01.10.2023.
ГК РФ Статья 58. Правопреемство при реорганизации юридических лиц
1. При слиянии юридических лиц права и обязанности каждого из них переходят к вновь возникшему юридическому лицу.
(в ред. Федерального закона от 05.05.2014 N 99-ФЗ)
(см. текст в предыдущей редакции)
2. При присоединении юридического лица к другому юридическому лицу к последнему переходят права и обязанности присоединенного юридического лица.
(в ред. Федерального закона от 05.05.2014 N 99-ФЗ)
(см. текст в предыдущей редакции)
3. При разделении юридического лица его права и обязанности переходят к вновь возникшим юридическим лицам в соответствии с передаточным актом.
(в ред. Федерального закона от 05.05.2014 N 99-ФЗ)
(см. текст в предыдущей редакции)
4. При выделении из состава юридического лица одного или нескольких юридических лиц к каждому из них переходят права и обязанности реорганизованного юридического лица в соответствии с передаточным актом.
(в ред. Федерального закона от 05.05.2014 N 99-ФЗ)
(см. текст в предыдущей редакции)
5. При преобразовании юридического лица одной организационно-правовой формы в юридическое лицо другой организационно-правовой формы права и обязанности реорганизованного юридического лица в отношении других лиц не изменяются, за исключением прав и обязанностей в отношении учредителей (участников), изменение которых вызвано реорганизацией.
К отношениям, возникающим при реорганизации юридического лица в форме преобразования, правила статьи 60 настоящего Кодекса не применяются.
(п. 5 в ред. Федерального закона от 05.05.2014 N 99-ФЗ)
(см. текст в предыдущей редакции)
Какой документ не подтверждает правопреемство в процессе реорганизации
Статья 14. Документы, представляемые при регистрации юридического лица, создаваемого путем реорганизации
1. При государственной регистрации юридического лица, создаваемого путем реорганизации (преобразования, слияния, разделения, выделения), в регистрирующий орган представляются следующие документы:
а) подписанное заявителем заявление о государственной регистрации каждого вновь возникающего юридического лица, создаваемого путем реорганизации, по форме, утвержденной уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти. В заявлении подтверждается, что учредительные документы созданных путем реорганизации юридических лиц (в случае, если юридическое лицо действует на основании устава, утвержденного его учредителями (участниками), или учредительного договора) соответствуют установленным законодательством Российской Федерации требованиям к учредительным документам юридического лица данной организационно-правовой формы, что сведения, содержащиеся в этих учредительных документах и заявлении о государственной регистрации, достоверны, что передаточный акт или разделительный баланс содержит положения о правопреемстве по всем обязательствам вновь возникшего юридического лица в отношении всех его кредиторов, что все кредиторы реорганизуемого лица уведомлены в письменной форме о реорганизации и в установленных законом случаях вопросы реорганизации юридического лица согласованы с соответствующими государственными органами и (или) органами местного самоуправления;
(в ред. Федеральных законов от 23.07.2008 N 160-ФЗ, от 29.06.2015 N 209-ФЗ)
(см. текст в предыдущей редакции)
б) учредительный документ юридического лица, за исключением случая, если юридическое лицо будет действовать на основании типового устава, предусмотренного подпунктом «е» пункта 1 статьи 5 настоящего Федерального закона;
(пп. «б» в ред. Федерального закона от 30.10.2017 N 312-ФЗ)
(см. текст в предыдущей редакции)
в) утратил силу с 1 июля 2011 года. — Федеральный закон от 01.07.2011 N 169-ФЗ;
(см. текст в предыдущей редакции)
г) договор о слиянии в случаях, предусмотренных федеральными законами;
(пп. «г» в ред. Федерального закона от 23.12.2003 N 185-ФЗ)
(см. текст в предыдущей редакции)
д) передаточный акт или разделительный баланс;
ж) документ, подтверждающий представление в территориальный орган Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации сведений в соответствии с подпунктами 1 — 8 пункта 2 статьи 6 и пунктами 2 и 2.4 статьи 11 Федерального закона от 1 апреля 1996 года N 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования» (далее — Федеральный закон «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования») и в соответствии с частью 4 статьи 9 Федерального закона «О дополнительных страховых взносах на накопительную пенсию и государственной поддержке формирования пенсионных накоплений». В случае, если предусмотренный настоящим подпунктом документ не представлен заявителем, указанный документ (содержащиеся в нем сведения) предоставляется по межведомственному запросу регистрирующего органа или органа, который в соответствии с настоящим Федеральным законом или федеральными законами, устанавливающими специальный порядок регистрации отдельных видов юридических лиц, уполномочен принимать решение о государственной регистрации юридического лица (в том числе Банка России), соответствующим территориальным органом Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации в электронной форме в порядке и сроки, которые установлены Правительством Российской Федерации;
(пп. «ж» введен Федеральным законом от 19.07.2007 N 140-ФЗ, в ред. Федеральных законов от 30.04.2008 N 55-ФЗ, от 27.07.2010 N 227-ФЗ, от 01.07.2011 N 169-ФЗ, от 03.12.2011 N 383-ФЗ, от 23.07.2013 N 251-ФЗ, от 21.07.2014 N 216-ФЗ, от 31.07.2020 N 268-ФЗ, от 28.12.2022 N 569-ФЗ)
(см. текст в предыдущей редакции)
Пп. «з» п. 1 ст. 14 (в ред. ФЗ от 29.12.2012 N 282-ФЗ) не применяется к кредитным организациям.
з) документ, подтверждающий присвоение выпуску (выпускам) акций регистрационного номера, в случае, если юридическим лицом, создаваемым путем реорганизации, является акционерное общество. Форма указанного документа и требования к его содержанию устанавливаются Банком России;
(пп. «з» в ред. Федерального закона от 27.12.2018 N 514-ФЗ)
(см. текст в предыдущей редакции)
Пп. «и» п. 1 ст. 14 (в ред. ФЗ от 29.12.2012 N 282-ФЗ) не применяется к кредитным организациям.
и) документ, подтверждающий внесение изменений в решение о выпуске облигаций или иных (за исключением акций) эмиссионных ценных бумаг в части замены эмитента, в случае, если реорганизуемым юридическим лицом является эмитент указанных эмиссионных ценных бумаг и в результате реорганизации его деятельность прекращается или в результате его реорганизации в форме выделения обязательства по эмиссионным ценным бумагам передаются юридическому лицу, создаваемому путем такого выделения. Форма указанного документа и требования к его содержанию устанавливаются Банком России.
(пп. «и» введен Федеральным законом от 29.12.2012 N 282-ФЗ, в ред. Федеральных законов от 23.07.2013 N 251-ФЗ, от 27.12.2018 N 514-ФЗ)
(см. текст в предыдущей редакции)
2. В случае, если в учредительные документы юридического лица, создаваемого путем реорганизации, вносятся изменения, государственная регистрация таких изменений осуществляется в соответствии с правилами, установленными главой VI настоящего Федерального закона.
Правовой алгоритм реорганизации юридических лиц в России Текст научной статьи по специальности «Право»
ЮРИДИЧЕСКИЕ ЛИЦА / LEGAL ENTITIES / РЕОРГАНИЗАЦИЯ ЮРИДИЧЕСКИХ ЛИЦ / REORGANIZATION OF LEGAL ENTITIES / АЛГОРИТМ РЕОРГАНИЗАЦИИ ЮРИДИЧЕСКИХ ЛИЦ / ALGORITHM OF REORGANIZATION OF LEGAL ENTITIES / НЕДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТЬ РЕШЕНИЯ О РЕОРГАНИЗАЦИИ ЮРИДИЧЕСКОГО ЛИЦА / INVALIDITY OF THE DECISION OF REORGANIZATION OF LEGAL ENTITY / НЕСОСТОЯВШАЯСЯ РЕОРГАНИЗАЦИЯ КОРПОРАЦИИ / FRUSTRATED REORGANIZATION OF CORPORATION
Аннотация научной статьи по праву, автор научной работы — Тамара Дмитриевна Чепига, Екатерина Алексеевна Виниченко
Целью статьи «Правовой алгоритм реорганизации юридических лиц в России» является исследование теоретической и правоприменительной ценности новелл ГК РФ в области института реорганизации юридических лиц . Метод исследования характеризуется сравнительным анализом юридической определенности, внутренней согласованности и эффективности норм, устанавливающих алгоритм реорганизации юридических лиц с позиции частно-правовых и публично-правовых аспектов института, защиты прав и законных интересов субъектов экономического оборота в связи с реорганизацией юридического лица. Отдельное внимание уделено основаниям и последствиям нарушений алгоритма реорганизации юридического лица . Результатом исследования являются выводы о необходимости устранения неполной определенности новелл ГКРФ, касающихся недействительности решений о реорганизации юридического лица или признания реорганизации корпорации несостоявшейся.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
Похожие темы научных работ по праву , автор научной работы — Тамара Дмитриевна Чепига, Екатерина Алексеевна Виниченко
Институт реорганизации юридических лиц в свете изменений ГК РФ
Особенности защиты прав участников реорганизуемого юридического лица
Присоединение как форма реорганизации юридического лица: новеллы законодательства
К вопросу об оспаривании реорганизации в свете реформы гражданского кодекса РФ
Государственная регистрация юридических лицв проекте ГК РФ
i Не можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
The purpose of the article «Legal algorithm of reorganization of legal entities in Russia“ is the study of the theoretical and enforcement value of short stories in civil code of Russian Federation in the field of the institution of reorganization of legal entities . The research method is characterized by a contrastive analysis of legal definition, the internal coherence and effectiveness of the rules establishing an algorithm of reorganization of legal entities from the attitude of private law and public law aspects of the institution, defence of the rights and legitimate interests of subjects of economic circulation in connection with the reorganization of the legal entity. Special attention is given to the grounds and consequences of violations of algorithm of reorganization of legal entity. The result of the study is the conclusions concerning the necessity of removal of incomplete definition of short stories in civil code of Russian Federation in relation to the invalidity of the decisions of reorganization of legal entity or the recognition of frustrated reorganization of corporation .
Текст научной работы на тему «Правовой алгоритм реорганизации юридических лиц в России»
правовой алгоритм реорганизации
юридических лиц в россии
Тамара Дмитриевна Чепига
Канд. юр. наук, доцент, г. Краснодар
Екатерина Алексеевна Виниченко
Секретарь судебного заседания Арбитражный суд Краснодарского края Студентка магистратуры Северо-Кавказского филиала ФГБОУ ВПО «Российский государственный университет правосудия»
Целью статьи «Правовой алгоритм реорганизации юридических лиц в России» является исследование теоретической и правоприменительной ценности новелл ГК РФ в области института реорганизации юридических лиц.
Метод исследования характеризуется сравнительным анализом юридической определенности, внутренней согласованности и эффективности норм, устанавливающих алгоритм реорганизации юридических лиц с позиции частно-правовых и публично-правовых аспектов института, защиты прав и законных интересов субъектов экономического оборота в связи с реорганизацией юридического лица. Отдельное внимание уделено основаниям и последствиям нарушений алгоритма реорганизации юридического лица.
Результатом исследования являются выводы о необходимости устранения неполной определенности новелл ГКРФ, касающихся недействительности решений о реорганизации юридического лица или признания реорганизации корпорации несостоявшейся.
The purpose of the article «Legal algorithm of reorganization of legal entities in Russia» is the &udy of the theoretical and enforcement value of short Tories in civil code of Russian Federation in the field of the invitation of reorganization of legal entities.
The research method is characterized by a contra^ive analysis of legal definition, the internal coherence and effectiveness of the rules e^ablishing an algorithm of reorganization of legal entities from the attitude of private law and public law aspects of the invitation, defence of the rights and legitimate intere^s of subjects of economic circulation in connection with the reorganization of the legal entity. Special attention is given to the grounds and consequences of violations of algorithm of reorganization of legal entity.
The result of the &udy is the conclusions concerning the necessity of removal of incomplete definition of short Tories in civil code of Russian Federation in relation to the invalidity of the decisions of reorganization of legal entity or the recognition of fru^rated reorganization of corporation.
Ключевые слова: юридические лица, реорганизация юридических лиц, алгоритм реорганизации юридических лиц, недействительность решения о реорганизации юридического лица, несостоявшаяся реорганизация корпорации.
Keywords: legal entities, reorganization of legal entities, algorithm of reorganization of legal entities, invalidity of the decision of reorganization of legal entity, fru^rated reorganization of corporation
1. Субъект права является центром любой правовой системы, которая определяет их статус, возможности и условия их деятельности, пределы их личной и публичной свободы, социальное пространство охраны и защиты их прав и интересов.
Решение проблем статуса субъекта права во всех отраслях законодательства зависит от понимания права и возможностей его воздействия на общественные отношения, от понимания различных видов деятельности субъекта (экономических и внеэкономических) и его способности воспринимать правовое влияние как фактор разумного благоприятствования при сохранении в праве разных средств регулирования: координационных, рекомендательных, разрешительных, запретительных, охранительных, др.
Главный вызов современности во взаимодействии права и общества, заключается, на наш взгляд, в организации и сохранении правопорядка, понимаемого в рамках данной
работы как недопущение в праве избыточного администрирования, препятствующего экономическому и иному социально-культурному статусу субъекта, но также недопущение чрезмерной свободы лиц, граничащей с произволом и явными и скрытыми нарушениями прав и законных интересов субъектов экономической и иной деятельности — и частных и публичных.
2. Одним из важнейших направлений реформы Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — ГК РФ) было системное обновление законодательства о юридических лицах.
Состоявшиеся изменения нормирования юридических лиц были необходимыми, обоснованными, разумными. Они явились результатом открытых обсуждений, сложной работы согласования научных идей, деловых запросов и судебного опыта при сохранении важнейших достижений системы российского права и гражданско-правовой кодификации
в России, внутренней целостности и взаимосвязи всех институтов гражданского права.
3. Объективно ключевое положение лиц, признаваемых субъектами права и гражданского права, предопределяет системную дифференциацию субъектов (лиц) гражданско-правовых отношений, включающую расширение ступеней дееспособности граждан, изменение принципов признания организационно-правовых форм и видов юридических лиц.
Гражданский оборот по своему существу отражает закономерность перемены (смены) субъектов — правообладателей в регулируемых общественных отношениях, что связано с правопреемством, различными его основаниями, в том числе с реорганизацией юридических лиц.
В рамках реформы ГК РФ существенному обновлению подверглись правила о реорганизации юридических лиц, дополненные неизвестными ранее закону, теории и опыту нормами о последствиях нарушений требований осуществления реорганизации.
4. Правовой алгоритм реорганизации юридических лиц основан на сочетании диспозитивных и императивных правовых средств, определяющих системные начала реорганизации юридических лиц
Под правовым алгоритмом реорганизации юридических лиц следует понимать совокупность согласованных и взаимосвязанных дефиниций и правил, определяющих с достаточной полнотой и (или) исчерпывающим образом состав элементов алгоритма:
понятие реорганизации юридического лица в полной и точной взаимосвязи с понятием юридического лица, исходя из специфической правосубъектности юридического лица,
понятие реорганизации юридического лица в сопоставлении с другими правовыми явлениями (акциями), имеющими общие признаки (свойства) с реорганизацией юридического лица,
способы (формы и виды) реорганизации во взаимосвязи с основаниями реорганизации различных видов юридических лиц,
акты внутреннего управления индивидуальной реорганизацией юридического лица (в частности, внутрикорпоративного управления) и акты внешнего управления (в частности, контроль реорганизации юридического лица, регистрация публичных элементов алгоритма реорганизации);
имущественное содержание реорганизации юридического лица на основе правопреемства в отношении других субъектов имущественного оборота (внешний аспект алгоритма реорганизации) и на основе преобразования прав и обязанностей в отношении учредителей (участников), вызванного реорганизацией (внутренний аспект алгоритма реорганизации;
основные положения о правовой «технологии» реорганизации юридического лица, призванной раскрыть общую модель (алгоритм) реконструкции юридического лица, особенности моделей реконструкции видов или видовых групп юридических лиц, индивидуальный алгоритм реорганизации конкретного юридического лица;
принципы реорганизации юридических лиц в сопоставлении с принципами осуществления гражданских прав и обязанностей,
понятие, основания и последствия ненадлежащей реорганизации юридических лиц, квалификация нарушений правового алгоритма реорганизации юридического лица.
5. Понимание правового алгоритма реорганизации юридических лиц, его сущности и объема содержания опирается на многие известные труды классической и современной цивилистической науки.
Представляются важными и актуальными идеи С.Н. Бра-туся о сопоставлении реорганизации и ликвидации юридического лица, поскольку трансформация реорганизуемого юридического лица (алгоритм реорганизации) сопряжена с прекращением юридического лица в случаях разделения, слияния, присоединения и даже преобразования в иную организационно-правовую форму, а также с существенным изменением имущественного состояния реорганизуемого юридического лица в случае выделения нового юридического лица. Братусь С.Н. полагал, что при реорганизациях юридических лиц сохраняется общий экономический, хозяйственный и социальный потенциал страны. Этот результат обеспечивается заменой одного хозяйствующего субъекта другим или другими, изменением правосубъектности реорганизованного юридического лица при сохранении дел и имущества, хотя бы в преобразованной форме [1].
Такова, на наш взгляд, существенная сторона алгоритма реорганизации юридических лиц. К ней примыкает позиция Б.Б. Черепахина [2], а также наша позиция о понимании реорганизации юридического лица как реконструкции правосубъектности юридического лица, охватывающей внутренние отношения (корпоративные, трудовые и иные) и внешние отношения (имущественного оборота, налоговые, страховые, административного контроля и другие) [3].
Современные фундаментальные исследования теории и практики реорганизации юридических лиц в России в сопоставлении с зарубежными юрисдикциями позволяют иметь весьма полное представление об актуальных проблемах надлежащей реорганизации и ее дефектов, а также совершенствования российского законодательства о реорганизации юридических лиц [4].
5. Новеллы ГК РФ существенно изменили положения о системе юридических лиц, о корпоративных и иных признаках юридических лиц, влияющих на их статус, имущественные и иные правоотношения, органы и способы управления имуществом и деятельностью, др.
Новеллы ГК РФ заметно расширили диспозитивные элементы алгоритма реорганизации юридических лиц, утвердили принцип ограничения реорганизации исключительно в силу закона, устранили ряд блокирующих императивов относительно сочетания различных форм реорганизации (смешанная реорганизация), допустили одноактную совмещенную реорганизацию по цепочке последовательных преобразований более чем двух юридических лиц, предусмотрели последствия нарушений порядка реорганизации юридических лиц (незаконной реорганизации).
Однако теоретическая и правоприменительная ценность некоторых новелл в правовом регулировании юридических лиц вызывает определенные сомнения ввиду их юридической неполноты, чистоты и ясности, что ограничивает доступность их применения в деловой и судебной практике.
6. Правила статей 60.1 и 60.2 ГК РФ [5] являются новеллами, которые отличаются от предлагавшихся в Концепции развития гражданского законодательства [6] и в Концепции развития законодательства о юридических лицах [7]. Научная и деловая трактовки указанных новелл не сошлись в их одобрении.
Анализируя правила статей 60.1 и 60.2 ГК РФ, Габов А.В. доказал, что введенные в действие новеллы не могут обеспечить необходимую для практического применения нормативную определенность и полноту реализации последствий дефектов реорганизации [8].
Полагаем, что правила статей ГК РФ о последствиях ненадлежащей реорганизации, действительно, не согласуются с концепцией сущности юридического лица и его экономической необходимости, не имеют достаточной социально-нравственной оправданности, и это не устраняется идеей обеспечения, поддержания стабильности гражданского оборота.
В этом плане мы не разделяем подчеркнутый акцент одобрения указанных правил, обоснованный с позиции договорной теории корпорации. Отступление от договорной теории корпорации и признание допустимым существования юридического лица вне своего фундамента — законного решения о реорганизации может быть приравнено к созданию юридического лица вне законного основания. Это считается продвинутой новой позицией, обосновывающей недопустимость восстановления или устранения субъектов права, если с момента незаконного изменения субъектного состава юридических лиц прошло определенное время (более трех месяцев с момента внесения записи о реорганизации в ЕГРЮЛ). Такие правила рассматриваются как средства обеспечения стабилизации гражданского оборота [9].
На наш взгляд, лишь законность реорганизации является подлинной основой стабильности гражданского оборота и защищенности прав и интересов правообладателей. Незаконность реорганизаций юридических лиц влечет деструк-тивность правоотношений, нестабильность статуса его участников, значит, нестабильность и непрочность гражданского оборота.
Новые правила статей 60.1 и 60.2 ГК РФ вводят способ консервации незаконной реорганизации, преодолевшей трехмесячный порог своего незаконного состояния, либо способ консервации и реализации сделок, совершенных юридическим лицом, незаконно созданным в процессе несостоявшейся реорганизации корпорации.
7. Исходя из идей обеспечения законности правового алгоритма реорганизации юридических лиц, выскажем некоторые дополнительные замечания по поводу несовершенства правил о последствиях признания недействительными решений о реорганизации юридических лиц и о признании реорганизации корпорации несостоявшейся, включенных в ГК РФ в виде статей 60.1 и 60.2 Федеральным законом от 05.05.2014 № 99-ФЗ.
7.1. В правилах статьи 60.1 ГК РФ не указаны основания признания недействительным решения о реорганизации юридического лица любого вида. Эта позиция закона не позволяет ни заявителю иска, ни судебному органу иметь твердое законное обоснование требования о признании недействительным решения о реорганизации. Решение о реорганизации может быть признано недействительным по усмотрению судебного органа, однако решение суда может быть и иным. Законом должны быть предусмотрены те обстоятельства, которые могут формировать конкретный результат судебной оценки исковых требований о признании недействительным решения о реорганизации. При отсутствии такой позиции законодателя не может быть обеспечено единообразие судебной практики по применению закона.
7.2. Правила статей 60.1 и 60.2 ГК РФ несопоставимы по правилам юридической логики: их состав принципиально отличается по субъектам реорганизации и по основаниям ненадлежащей реорганизации.
Вопрос о допустимости применения норм статьи 60.1 ГК РФ к случаям реорганизации корпоративных юридических лиц имеет лишь предположительно утвердительный ответ, если считать, что правила этой статьи являются общими для применения последствий дефектов алгоритма реорганизации любых юридических лиц. Однако такое утверждение приобретает сомнительный характер ввиду отсутствия оснований признания недействительным решения о реорганизации и наличия оснований признания реорганизации корпорации несостоявшейся, что является лишь частным случаем недействительности решения о реорганизации.
Вопрос о допустимости применения норм статьи 60.2 ГК РФ по аналогии, если основанием недействительности решения о реорганизации унитарного юридического лица являются подложные сведения (документы), не лишен актуальности.
Ответы на эти вопросы требуют обоснованной позиции законодателя.
7.3. В рамках статьи 60.1 ГК РФ предусмотрены правила, определяющие ответственность лиц, недобросовестно способствовавших принятию недействительного решения о реорганизации (п. 4). При этом не сделаны отсылки к правилам статьи 53.1 ГК РФ, поскольку круг лиц, ответственных в силу статьи 60.1, шире круга лиц, указанных в статье 53.1.
Однако подобных правил не предусматривает статья 60.2 ГК РФ, хотя нарушения реорганизации имеют столь существенный характер, что реорганизация признана несостоявшейся, и могли быть вызваны действиями широкого круга лиц, включая лиц, контролирующих и определяющих действия юридического лица. Вряд ли можно оправдать такое положение наличием правил об ответственности определенного круга лиц в силу статьи 53.1 ГК.
7.4. Применение положений пункта 3 статьи 60.1 создает ситуацию, при которой реорганизация, проведенная на основании недействительного решения, будучи незаконной, остается частично «неприкасаемой» в отношении новых зарегистрированных лиц либо сохраняется частично в прежнем состоянии в отношении новых, но не прошедших регистрации лиц.
При таких обстоятельствах складывается полная дезор-ганизованность юридического лица (лиц), включенных в алгоритм реорганизации.
7.5. Применение правил статьи 60.2 ГК РФ об основаниях фальш-реорганизации требует внесения определенности для понимания признаков ситуации, при которой «решение не принималось участниками реорганизованной корпорации». Целесообразно внести в статью примерный перечень таких признаков, включающих, в частности: отсутствие кворума, отсутствие самого факта проведения собрания, принятие решения подставными лицами вместо подлинных участников корпорации.
Не меньшей неясностью страдает другое указанное в статье основание фальш-реорганизации: представление в орган регистрации документов о реорганизации, содержащих заведомо недостоверные данные о реорганизации. Необходима определенность в отношении перечня документов и их содержания, пороки которых означают состояние фальш-реорганизации.
7.6. Особой задачей в плане понимания составов недействительного или несостоявшегося решения о реорганизации является сопоставление правил статей 60.1 и 60.2 ГК РФ с правилами УК РФ: статьи 170.1 «Фальсификация ЕГРЮЛ», статьи 173.1 «Незаконное образование (создание, реорганизация) юридического лица», статьи 173.2 «Незаконное использование документов для образования (создания, реорганизации) юридического лица».
Заведомо ложными, недостоверными данными, содержащимися в документах, представляемых в регистрирующий орган, признаны сведения об учредителях (участниках), о размерах и номинальной стоимости долей их участия в уставном капитале хозяйственного общества, о зарегистрированных владельцах именных ценных бумаг, о руководителе постоянно действующего исполнительного органа юридического лица или об ином лице, имеющем право без доверенности действовать от имени юридического лица.
Уголовным преступлением признается реорганизация юридического лица через подставных лиц а также представление в регистрирующий орган данных, повлекшее внесение в ЕГРЮЛ сведений о подставных лицах.
Согласно примечанию к статье 173.1 «Под подставными лицами в настоящей статье и статье 173.2 настоящего Кодекса понимаются лица, которые являются учредителями (участниками) юридического лица или органами управления юридического лица и путем введения в заблуждение либо без ведома которых были внесены данные о них в единый государственный реестр юридических лиц, а также лица, которые являются органами управления юридического лица, у которых отсутствует цель управления юридическим лицом».
(примечание в ред. Федерального закона от 30.03.2015 № 67-ФЗ)
Полагаем, что решение о реорганизации следует считать несостоявшимся, если оно было принято через подставных лиц, если документы в регистрирующий орган представлял орган юридического лица, являвшийся подставным лицом.
По-видимому, основания несостоявшегося решения о реорганизации по правилам статьи 60.2 ГК РФ шире состава статьи 173.1 УК РФ. Вместе с тем содержание заведомо недостоверных сведений вполне охватывается составом статьи 170 1 УК РФ.
Вместе с тем должна быть достигнута терминологическая (категориальная) и смысловая совместимость правил статей ГК и УК, так как несовпадение может создавать препятствия для применения норм как ГК, так и УК.
8. Постановление Пленума ВС РФ № 25 от 23.06.2015 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» не затронуло проблем применения правил о последствиях ненадлежащей реорганизации.
Вместе с тем следует признать, что Верховный Суд РФ считает принятие судебного решения о прекращении (ликвидации) юридического лица исключительной мерой, которая должна быть соразмерна допущенным нарушениям и вызванным ими последствиям (п. 28). Эта позиция означает допустимость сохранения незаконной реорганизации юридических лиц, если суд сочтет несущественными нарушения прав и законных интересов лиц, участвовавших во внутренних и внешних отношениях реорганизованного юридического лица. Представляется правильной иная позиция судов. Исключительной мерой судебного разреше-
ния споров о нарушениях алгоритма реорганизации должен быть отказ в применении оснований и последствий незаконной реорганизации юридических лиц.
9. Судебная практика рассмотрения споров о признании недействительным решения общего собрания о реорганизации не может быть признана вполне определенной.
Так, Определение Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ от 18 марта 2015 года по делу № 305-ЭС14-4611 основывалось на правилах статей 57-59 ГК РФ (в прежней редакции) и статей 51 и 53 Закона об ООО.
Суд правильно понимал реорганизацию общества как сложный юридический состав и процесс, включающий в том числе факт внесения в единый государственный реестр юридических лиц записи о прекращении деятельности присоединенного общества.
Исходя из условий реорганизации в спорном деле, суд посчитал, что само по себе признание недействительным решения собрания о реорганизации и договора о присоединении не может повлечь таких правовых последствий как восстановление юридических лиц, существовавших до реорганизации. Суд признал, что надлежащим способом защиты, обеспечивающим восстановление нарушенных прав, является предъявление требований о признании недействительной самой сделки по реорганизации и о применении последствий ее недействительности, в том числе в виде восстановления в ЕГРЮЛ юридического лица, которое было присоединено с нарушением законодательства, распределения прав и обязанностей возникшего после реорганизации общества, возврата реорганизованным лицам имущества.
Основываясь на изложенном толковании требований о признании недействительным решения о реорганизации, Судебная коллегия по экономическим спорам ВС РФ отменила судебные акты первой, апелляционной инстанций и округа и направила дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.
Полагаем, изложенная позиция суда в данном Определении, принятом незадолго до введения в действие статей 60.1 и 60.2 ГК РФ, не имеет с новыми правилами сходства в подходах к решению проблемы незаконности решений реорганизации юридических лиц.
Имеются и другие примеры судебных актов, свидетельствующих о трудностях при толковании норм материального и процессуального права об основаниях, порядке, последствиях реорганизации и связанном с нею правопреемстве.
Эта судебная практика подтверждает опасения относительно непростой правоприменительной судьбы указанных новелл ГК РФ.
1. Братусь С.Н. Субъекты гражданского права. М., 1950. С. 220-222.
2. Черепахин Б.Б. Правопреемство по советскому гражданскому праву. М. 1962. С. 79, 93 и др.
3. Чепига Т.Д. Общие вопросы правопреемства в гражданском праве // Российское правовое государство: Итоги формирования и перспективы развития. Часть 2. Материалы Всероссийской научной конференции. Воронеж, 2004. С. 250, 257 и др.
4. Габов А.В. Теория и практика реорганизации (правовой аспект). М., 2013.
5. О внесении изменений в главу 4 Гражданского кодекса Российской Федерации и о признании утратившими силу
отдельных положений законодательных актов Российской Федерации: Федеральный закон от 05.05.2014 № 99-ФЗ.
6. Концепция развития гражданского законодательства Российской Федерации. М., 2009. С. 54, 56.
7. Концепция развития законодательства о юридических лицах: П. 1.7. // Вестник гражданского права. 2009. N 2. С. 9-73.
8. Реорганизация и ликвидация юридических лиц: научно-практический комментарий к статьям 57-65 Гражданского кодекса Российской Федерации (постатейный) (Габов А.В.). М., 2014. С 49-62.
9. Степанов Д.И. Новые положения Гражданского кодекса о юридических лицах // Закон. 2014. № 7.
Допуск СРО при преобразовании юридического лица
Отмена лицензирования и введение саморегулирования в строительной сфере происходили очень болезненно, поскольку для вступления в саморегулируемую организацию необходимо внесение денежных средств в компенсационный фонд СРО, а также уплата вступительных и членских взносов. Весьма злободневным становится вопрос о возможности перехода при преобразовании юридического лица к вновь образованному юридическому лицу в порядке правопреемства соответствующих прав, основанных на членстве в СРО.
Позиция Минрегиона.
В настоящее время имеют место случаи отказа в переоформлении свидетельств о допуске к работам, которые оказывают влияние на безопасность объектов капитального строительства (далее – Свидетельство о допуске), юридическим лицам, преобразованным из одной организационно-правовой формы в другую. Обоснованием таких отказов, в частности, служит Письмо Минрегиона России от 02.11.2010 № 37669-ИП/08 «О реорганизации членов саморегулируемых организаций, выполняющих работы, которые оказывают влияние на безопасность объектов капитального строительства» , содержащее тезис об исключительности права выполнения указанных в Свидетельстве о допуске видов работ, которые оказывают влияние на безопасность объектов капитального строительства, и, соответственно, невозможности его правопреемства при любой форме реорганизации юридического лица.
Обосновывая свою позицию, Минрегион исходит из следующего:
1) ст. 58 ГК РФ регулирует переход в процессе реорганизации прав и обязанностей реорганизуемого юридического лица, однако ст. 59 ГК РФустанавливает правопреемство лишь обязательств юридического лица – в гражданском законодательстве отсутствует регулирование правопреемства юридических лиц в области прав, на осуществление которых необходимо специальное разрешение;
2) ст. 55.8 ГрК РФ установлено, что индивидуальный предприниматель или юридическое лицо вправе выполнять работы, которые оказывают влияние на безопасность объектов капитального строительства, при наличии выданного СРО Свидетельства о допуске к таким работам. Свидетельство о допуске выдается СРО индивидуальным предпринимателям или юридическим лицам, если они соответствуют определенным требованиям;
3) право осуществлять виды работ, на которые СРО выдано Свидетельство о допуске, является исключительным специальным правом и не может быть передано другим лицам в порядке правопреемства;
4) при реорганизации юридического лица в форме слияния, присоединения, разделения, выделения, преобразования вновь возникшему юридическому лицу необходимо вступить в СРО и получить Свидетельство о допуске на выполняемые виды работ.
Таким образом, позиция Минрегиона основывается на некотором противоречии ст. 58 и 59 ГК РФ, поскольку положения последней, как может показаться, ограничивают правопреемство при реорганизации юридического лица лишь обязательствами реорганизуемого юридического лица.
Правопреемство в СРО в свете законодательства.
Подход Минрегиона не учитывает специфики права, основанного на Свидетельстве о допуске, а также универсального характера правопреемства, опосредованного преобразованием юридического лица. (Согласно п. 1 ст. 129 ГК РФ правопреемство при реорганизации юридического лица носит универсальный характер.)
Как следует из п. 5 ст. 58 ГК РФ, при преобразовании юридического лица одного вида в юридическое лицо другого вида (изменении организационно-правовой формы) к вновь возникшему юридическому лицу переходят права и обязанности реорганизованного юридического лица в соответствии с передаточным актом. Действующее законодательство не содержит изъятий из данной нормы и не исключает универсальности правопреемства в отношении прав и обязанностей, связанных с членством в СРО.
Неслучайно, например, в п. 1.4 проекта концепции развития законодательства о юридических лицах [1] , принятой во исполнение Указа Президента РФ от 18.07.2008 № 1108 «О совершенствовании Гражданского кодекса Российской Федерации» [2] , указано, что отдельные положения ГК РФ о реорганизации нуждаются в более тщательном согласовании; так, в ст. 58 ГК РФ говорится о переходе в процессе реорганизации прав и обязанностей реорганизуемого юридического лица, тогда как в ст. 59 ГК РФ упоминается о правопреемстве лишь применительно к обязательствам юридического лица, что противоречит универсальному характеру такого правопреемства. Соответственно, ст. 59 ГК РФ должна применяться во взаимосвязи с правоположениями ст. 58, а ст. 129 ГК РФ и никоим образом не должна рассматриваться в качестве нормативно ограничивающей правопреемство юридических лиц при реорганизации лишь обязательственной сферой.
В противном случае придется признать, что иные (не являющиеся обязательственными) права и обязанности юридического лица, в том числе и вещные (право собственности, сервитуты и т.п.), в результате реорганизации не переходят к правопреемнику, а это, безусловно, является абсурдным и прямо противоречит ст. 218, 234, 268, 353 ГК РФ.
Не согласуется рассматриваемая позиция Минрегиона и с положениями ГрК РФ. В силу ч. 1 ст. 55.7 ГрК РФ членство в СРО прекращается в следующих случаях:
• добровольный выход члена саморегулируемой организации из СРО;
• исключение из членов саморегулируемой организации по решению СРО;
• смерть индивидуального предпринимателя – члена СРО или ликвидация юридического лица – члена СРО.
При этом согласно ч. 2 ст. 55.7 ГрК РФ принимается решение об исключении из членов саморегулируемой организации индивидуального предпринимателя или юридического лица в случае:
• несоблюдения членом СРО требований технических регламентов, повлекшего за собой причинение вреда;
• неоднократного в течение одного года или грубого нарушения членом СРО требований к выдаче свидетельств о допуске, требований технических регламентов, правил контроля в области саморегулирования, требований стандартов СРО и (или) требований правил саморегулирования;
• неоднократной неуплаты в течение одного года членских взносов;
• невнесения взноса в компенсационный фонд СРО в установленный срок;
• отсутствия у индивидуального предпринимателя или юридического лица свидетельства о допуске хотя бы к одному виду работ, которые оказывают влияние на безопасность объектов капитального строительства.
Согласно ч. 15 ст. 55.8 ГрК РФ действие Свидетельства о допуске прекращается в отношении определенного вида или видов работ:
1) по решению постоянно действующего коллегиального органа управления СРО, принятому на основании заявления члена СРО;
2) по решению постоянно действующего коллегиального органа управления СРО при установлении факта наличия у индивидуального предпринимателя или юридического лица выданного другой СРО Свидетельства о допуске к такому же виду работ, которые оказывают влияние на безопасность объектов капитального строительства;
3) по решению постоянно действующего коллегиального органа управления СРО в случае неустранения индивидуальным предпринимателем или юридическим лицом в установленный срок в соответствии с п. 3 ч. 2 ст. 55.15 ГрК РФ выявленных нарушений, если действие Свидетельства о допуске индивидуального предпринимателя или юридического лица к определенному виду или видам работ, которые оказывают влияние на безопасность объектов капитального строительства, приостановлено;
4) по решению суда;
5) в случае прекращения членства в СРО;
6) по решению общего собрания членов СРО в случае применения меры дисциплинарного воздействия в соответствии со ст. 55.15 ГрК РФ;
7) в случае исключения сведений о некоммерческой организации из государственного реестра СРО.
Как видно, ни одно из предусмотренных ГрК РФ исчерпывающих оснований прекращения членства в СРО (равно как и действия свидетельств о допуске) не может быть применено к случаю реорганизации юридического лица.
Таким образом, если следовать логике указанной выше позиции Минрегиона, получается, что членство в СРО не переходит к правопреемнику в результате правопреемства при реорганизации, однако в ГрК РФ отсутствуют и основания для прекращения данного членства. В таком случае надлежит признать: после реорганизации остаются бессубъектные права или обязанности, что противоречит законам об отдельных видах юридических лиц, предусматривающих правопреемство всех прав и обязанностей при реорганизации юридических лиц соответствующих организационно-правовых форм (п. 5 ст. 16, п. 5 ст. 17, п. 4 ст. 18 и п. 4 ст. 20 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» (далее – Закон № 208-ФЗ), п. 5 ст. 52, п. 4 ст. 53, п. 4 ст. 54 и п. 4 ст. 56 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (ред. от 28.12.2010)).
Полагаю, в ГрК РФ не случайно отсутствуют нормы о прекращении членства в СРО в случаях реорганизации юридических лиц, ибо данный институт предусматривает универсальное правопреемство, то есть правопреемник как бы замещает правопредшественника в соответствующем правоотношении, что не требует дополнительного исключения (приема) из членов СРО. Следовательно, заместив правопредшественника в правоотношении, возникшем в связи с членством в СРО, правопреемник имеет право на переоформление Свидетельства о допуске (применительно к изменившейся организационно-правовой форме, наименованию, местонахождению, реквизитам и т. п.).
Так, в соответствии с ч. 10 ст. 55.8 ГрК РФ член СРО вправе обратиться в нее с заявлением о внесении изменений в Свидетельство о допуске в случае, если он намеревается получить Свидетельство о допуске к иному виду или видам работ, которые оказывают влияние на безопасность объектов капитального строительства. К такому заявлению должны быть приложены документы, подтверждающие соблюдение требований к выдаче свидетельств о допуске к указанным работам.
В соответствии с ч. 11 ст. 55.8 ГрК РФ основаниями для отказа во внесении изменений в Свидетельство о допуске к определенному виду или видам работ, которые оказывают влияние на безопасность объектов капитального строительства, являются:
1) несоответствие индивидуального предпринимателя или юридического лица требованиям к выдаче свидетельств о допуске к указанным работам;
2) непредставление индивидуальным предпринимателем или юридическим лицом в полном объеме документов, предусмотренных ч. 10 ст. 55.8 ГрК РФ;
3) невнесение взноса в компенсационный фонд СРО в случае, предусмотренном ч. 10.1 ст. 55.8 ГрК РФ (применительно к Свидетельству о допуске к работам по организации подготовки проектной документации или организации строительства). При этом согласно ч. 12 ст. 55.8 ГрК РФ отказ по иным основаниям во внесении изменений в Свидетельство о допуске не допускается.
Соответственно, юридическому лицу, образованному в результате реорганизации правопредшественника, не может быть отказано во внесении изменений в Свидетельство о допуске ввиду одного лишь факта того, что его образование носит производный от правопредшественника характер.
Судебная практика.
Следует отметить, что отказ в переоформлении Свидетельства о допуске юридическому лицу, преобразованному из одной организационно-правовой формы в другую, уже был предметом судебного рассмотрения, по результатам которого он был признан необоснованным, – позиция Минрегиона, изложенная в рассмотренном выше Письме, не нашла понимания у суда ( Решение Арбитражного суда Ульяновской области от 25.02.2011 № А72-525/2011 ).
В обоснование своего решения суд, сославшись на ч. 1 ст. 57, ч. 5 ст. 58 ГК РФ, ч. 4 ст. 20 Закона № 208-ФЗ, сделал вывод о том, что при реорганизации в форме преобразования происходит общее (универсальное), а не частичное (сингулярное) правопреемство: юридическое лицо становится обладателем всех прав правопредшественника, в том числе на членство в СРО и осуществление видов работ, на которые выдано Свидетельство о допуске. Кроме того, в подтверждение необоснованности рассматриваемой позиции Минрегиона суд привел положения ст. 11 Федерального закона от 08.08.2001 № 128-ФЗ «О лицензировании отдельных видов деятельности» (далее – Закон № 128-ФЗ) (данную норму суд посчитал возможным применить по аналогии в силу ст. 6 ГК РФ), из которой следует, что в случае реорганизации юридического лица в форме преобразования, изменения его наименования или места его нахождения лицензиат – его правопреемник – обязан подать заявление о переоформлении документа, подтверждающего наличие лицензии.
Приведенный выше подход суда в целом совпадает с мнением Национального объединения строителей, указавшего в Письме от 24.02.2011 № 02-232/11, что, основываясь на принципе аналогии закона, при реорганизации юридических лиц – членов одной СРО в форме преобразования или слияния сохраняется членство реорганизованного юридического лица в этой саморегулируемой организации, в Свидетельство о допуске любого из реорганизованных в форме преобразования либо слияния юридических лиц (по выбору образованного в результате преобразования, слияния юридического лица) вносятся изменения в порядке, аналогичном переоформлению лицензии при изменении наименования или адреса места осуществления лицом лицензируемого вида деятельности.
Полагаю, следует остановиться и на недопустимости отождествления права, на осуществление которого необходимо специальное разрешение, с правом выполнения видов работ в соответствии со Свидетельством о допуске. Так, Минрегион в обоснование своей позиции указал, что в гражданском законодательстве отсутствует регулирование правопреемства юридических лиц в области прав, на осуществление которых необходимо специальное разрешение. В то же время согласно п. 1 ст. 49 ГК РФ отдельными видами деятельности, перечень которых определяется законом, юридическое лицо может заниматься только на основании специального разрешения (лицензии), тогда как согласно ч. 6 ст. 55.8 ГрК РФ Свидетельство о допуске к определенному виду или видам работ, которые оказывают влияние на безопасность объектов капитального строительства, выдается СРО при приеме индивидуального предпринимателя или юридического лица в члены СРО, если индивидуальный предприниматель или юридическое лицо соответствует требованиям к выдаче свидетельств о допуске.
Таким образом, в первом случае речь идет о публично-правовых отношениях, возникающих между государством (в лице его органов, подведомственных им учреждений, организаций) и юридическим лицом по поводу получения специального разрешения (лицензии), соответственно, последнее никак не может иметь частноправовую природу и, как следствие, быть объектом гражданских прав в целом и правопреемства в частности (апелляция к нормам ст. 11 Закона № 128-ФЗ здесь неприемлема, ибо провозглашенная ею возможность переоформления лицензии при реорганизации лицензиата, скорее, подтверждает тезис о невозможности перехода лицензии в порядке правопреемства – иначе отсутствовала бы необходимость в принятии норм упомянутой статьи).
Во втором же случае имеют место частноправовые отношения, возникающие между СРО и ее членом касательно получения Свидетельства о допуске и, соответственно, права выполнения соответствующих видов работ. Данные отношения тяготеют к корпоративным, ибо член СРО получает Свидетельство о допуске у организации, членом которой является и условия членства в которой выполняет (ч. 6 ст. 55.8 ГрК РФ). При этом ГК РФ вовсе не исключает возможность правопреемства применительно к корпоративным отношениям, что позволяет считать тезис Минрегиона также необоснованным.
Краткие выводы.
На основании изложенного можно сделать вывод, что в силу ст. 57 , 129 ГК РФ , ч. 6 ст. 55.8 ГрК РФ допуск к работам, которые оказывают влияние на безопасность объектов капитального строительства, предусмотренный Свидетельством о допуске и дающий право на выполнение соответствующих видов работ, ввиду своей частноправовой природы вполне может являться объектом правопреемства применительно к реорганизации юридического лица в форме преобразования.
[1] Концепция развития законодательства о юридических лицах (проект) (редакционный материал) // Вестник гражданского права. 2009. № 2.
[2] Собрание законодательства РФ. 2008. № 29 (ч. 1, ст. 3482).