Глава 39. Возмездное оказание услуг
1. В пункте 1 приводятся квалифицирующие признаки договора возмездного оказания услуг. Если заключенный договор противоречит этим признакам, то он является действительным, но должен быть либо отнесен к иной поименованной договорной модели (например договору подряда), либо признан непоименованным.
2. Норма пункта 2 определяет порядок применения норм этой главы к отдельным видам договоров на оказание услуг и норм, непосредственно регулирующих права и обязанности сторон договора, не содержит.
Статья 780. Исполнение договора возмездного оказания услуг
Норма настоящей статьи о недопустимости возложения исполнения своих обязательств исполнителем на третье лицо является эксплицитно диспозитивной.
1. Норма пункта 1 не имеет какого-либо правового смысла, так как она, с одной стороны, подтверждает такой предусмотренный в статье 779 ГК РФ квалифицирующий признак договора возмездного оказания услуг, как обязательство по оплате и в этой части носит тавтологичный характер, а с другой стороны, в части упоминания срока и порядка оплаты, которые согласно этой норме якобы указываются в договоре, явно не может толковаться как указывающая на существенность таких условий и незаключенность договора при отсутствии в нем прямого указания на срок и порядок оплаты. Норм, непосредственно регулирующих права и обязанности сторон, этот пункт не содержит.
В то же время надо иметь в виду, что указание в этом пункте на то, что оплате подлежат оказанные услуги, отнюдь не означает, что оплата услуг не может быть поставлена в зависимость от достижения исполнителем некоего установленного в договоре результата. Договор оказания услуг может предусматривать как обязательство совершить определенные действия, так и обязательство за счет совершаемых действий достигнуть оговоренный результат (obligation de resultat). Если достижение результата полностью зависит от исполнителя (например подготовка аудиторского заключения по итогам аудиторской проверки), возможность такого условия была прямо признана ВАС РФ в 1999 г. и не ставится под сомнение*(19).
Вопрос возникает применительно к тем случаям, когда достижение указанного в договоре результата зависит от усилий исполнителя лишь частично. На настоящий момент в арбитражной практике однозначно запрещен лишь один вариант такого согласования оплаты (привязка оплаты за правовые услуги к вынесению судом или иным государственным органом указанного в договоре решения — так называемый гонорар успеха)*(20). Иногда высказывается точка зрения, что любой договор оказания услуг не может включать достижение результата в качестве условия для оплаты. К этому неправильному, на наш взгляд, выводу подталкивает Конституционный Суд РФ, который в постановлении от 23.01.2007 N 1-П, признавая конституционным запрет на «гонорар успеха», в мотивировке зачем-то поставил под сомнение возможность включения в предмет любого договора возмездного оказания услуг достижение некоего результата.
В то же время большинство арбитражных судов (за рамками случаев с «гонораром успеха», привязанным к вынесению решения судом или иным государственным органом) такие условия часто признавали, если достижение результата хотя и не гарантировано, но находится в сфере контроля исполнителя и зависит от успешности его действий*(21). Такой подход представляется абсолютно оправданным. При этом, как кажется, суды правомерно отказываются признавать такое условие, когда оплата услуг зависит от наступления обстоятельств, которые непосредственным результатом действий исполнителя не являются и находятся во власти самого заказчика (например привязка оплаты услуг оценщика или землеустроителя к моменту продажи оцениваемого имущества или сформированного земельного участка заказчиком третьим лицам)*(22). Такого рода условие в данном случае будет не столько премией за успешное достижение результата, сколько постановкой оплаты под потестативное или смешанное отлагательное условие, наступление которого полностью или преимущественно зависит от заказчика. Такого рода условие, действительно, грубо нарушает баланс интересов сторон и оставляет получение кредитором встречного предоставления на полное усмотрение должника.
Кроме того, закрепленная в пункте 1 обязанность оплатить оказанные услуги не должна пониматься как исключающая возможность заключения договора оказания услуг с условием о внесении абонентской платы. Абонентская модель организации договорных отношений предполагает внесение плательщиком периодической фиксированной платы за право по своему усмотрению требовать получения встречного исполнения в необходимом заказчику объеме (безлимитно или в рамках установленных в договоре лимитов). Соответственно, заказчик обязан вносить такую плату и тогда, когда он в отчетный период оказания услуг не затребовал (до момента расторжения договора). По такой модели строится оказание услуг во многих секторах оборота (сопровождение спутниковой сигнализации, текущее обслуживание оборудования или программного обеспечения, аварийное обслуживание на дороге, юридические услуги и др.). К сожалению, по вопросу о признании абонентской модели договора возмездного оказания услуг практика арбитражных судов не унифицирована. Некоторые суды такую форму оплаты признают и взыскивают абонентскую плату даже при отсутствии доказательств затребования заказчиком и получения им услуг исполнителя*(23). Но нередко российские суды со ссылкой на ошибочно императивно толкуемую норму пункта 1 настоящей статьи считают, что условие договора о внесении абонентской платы независимо от фактического оказания услуг в отчетный период является недействительным*(24).
Правовая определенность по вопросу о допустимости такой модели оформления оплаты может быть обеспечена окончательно с принятием поправок в нормы договорного права ГК РФ в связи с идущей на момент написания настоящего комментария реформой гражданского законодательства. В рамках принятого в 2012 г. Государственной Думой Федерального Собрания РФ в первом чтении законопроекта о реформе ГК РФ предлагается включить в текст Кодекса статью 429.3, легализующую абонентскую модель договора*(25).
2-3. Нормы пунктов 2 и 3 вполне оправданно носят эксплицитно диспозитивный характер. В частности, из этого вытекает, что стороны вправе в договоре возмездного оказания услуг договориться о том, что при возникновении случайной невозможности исполнения (а) заказчик не должен ничего возмещать исполнителю (то есть этот риск целиком перемещается на исполнителя), (б) заказчик должен возместить исполнителю все убытки, включая упущенную выгоду (то есть этот риск целиком перемещается на заказчика), (в) иным образом оговорить распределение риска (например, согласовать ту или иную форму разделения риска между сторонами)*(26).
Статья 782. Односторонний отказ от исполнения договора возмездного оказания услуг
1. Норма пункта 1 о праве заказчика немотивированно отказаться от договора при условии оплаты фактически понесенных исполнителем расходов является крайне неудачной. De lege ferenda здесь либо должна идти речь не о расходах, а о полном возмещении убытков, включая упущенную выгоду, либо вовсе указано, что при отказе заказчика от договора он должен уплатить исполнителю всю согласованную цену за вычетом экономии исполнителя на расходах, которые ему больше не придется нести из-за прекращения договора*(27).
Но если принять эту норму за нормативную данность, то встает вопрос о ее правовой природе. В норме не содержится эксплицитного указания на ее императивность или диспозитивность. Телеологическое толкование не позволяет выявить убедительных аргументов, в силу которых она могла бы быть признана тотально императивной. Стороны должны иметь право: а) установить в договоре полное возмещение убытков или уплату всей цены за вычетом образующейся экономии исполнителя на расходах в качестве последствия немотивированного отказа заказчика от договора; б) установить конкретный размер платы (компенсации) за отказ; в) полностью исключить право на немотивированный отказ; г) установить мораторий на такой отказ в течение некоторого времени после заключения договора; д) установить «период предупреждения» (то есть установить, что заявление об отказе должно быть сделано не ранее, чем за тот или иной период до предполагаемого момента расторжения договора).
К сожалению, долгие годы российские суды, механически признавая статью 782 ГК РФ императивной, систематически признавали недействительными все подобные попытки сторон отойти от крайне неудачной нормы пункта 1 этой статьи*(28).
Ситуация начала меняться лишь с принятием постановления Пленума ВАС РФ «О свободе договора и ее пределах», в котором Пленум ВАС указал на диспозитивность этой нормы ГК (пункт 4).
В случае полной отмены договором права заказчика на немотивированный отказ от договора правовое значение такого условия будет различаться в зависимости от характера услуг. Когда совершение установленных в договоре действий, являющихся предметом оказания услуг, не требует физического их «принятия» конкретным заказчиком и его участия в процессе исполнения (например, правовая экспертиза предъявленного заказчиком проекта договора, обучение на курсах, участие в конференции, подготовка рекламной стратегии, демонстрация фильма в кинотеатре или спектакля, осуществление регулярного авиарейса и т.п.), исполнитель при отмене в договоре права заказчика на немотивированный отказ от него будет вправе игнорировать заявление заказчика об отпадении у него интереса к договору, совершить обещанные действия, несмотря на заявление заказчика об отсутствии у него намерений «принимать» и «потреблять» эти услуги, и вправе требовать внесения полной оплаты.
В тех же ситуациях, когда природа услуг не предполагает возможность совершения соответствующих действий без участия конкретного заказчика (например, медицинские услуги, услуги по психологическому консультированию и т.п.), тот самоочевидный факт, что заказчик не может быть принужден к «принятию» услуг, означает, что отсутствие у заказчика права на отказ от договора приводит к возможности взыскания с него всей цены так и не оказанной услуги за вычетом той экономии, которую получил исполнитель, не неся расходов по исполнению (по модели, принятой в праве Германии, Австрии или Голландии). В такой ситуации результат будет очень похож на то, что мы бы имели, если бы право на отказ от договора у заказчика было сохранено, но обусловлено обязанностью по осуществлению полного возмещения убытков. Однако разница проявит себя при расчете суммы ко взысканию. При взыскании убытков в форме упущенной выгоды бремя доказывания факта ее возникновения, ее размера и причинно-следственной связи будет лежать на исполнителе. В то же время при отсутствии у заказчика права на отказ и взыскании с него согласованной цены, уменьшенной на размер предполагаемой экономии исполнителя на расходах, исполнителю не требуется ничего доказывать, а бремя доказывания наличия у него экономии на расходах, на величину которых может быть уменьшена взыскиваемая договорная цена, будет возложено на заказчика. Соответственно, применительно к такого рода услугам разница между наличием у заказчика права на отказ от договора при указании в договоре на то, что последствием расторжения будет уплата исполнителю всей согласованной цены за вычетом экономии на расходах, с одной стороны, и полным исключением в договоре права заказчика на немотивированный отказ от него будет налицо.
В то же время можно допустить, что ряд из перечисленных проявлений договорной свободы может быть заблокирован в отношении потребительских договоров (или как минимум некоторых категорий таких договоров). Например, могут быть высказаны сомнения в том, что потребительский договор может во всех случаях заблокировать право заказчика-потребителя немотивированно отказаться от договора. Безусловно, вопрос о том, в какой степени вполне естественные в сугубо коммерческих отношениях условия, подтверждающие действие принципа недопустимости произвольного отказа от обязательств, могут быть допущены в контексте потребительского договора, требует дополнительной проработки. Наше предварительное суждение состоит в том, что как минимум применительно ко многим категориям потребительских договоров оказания услуг договорный запрет на немотивированный отказ заказчика от услуг или введение платы за отказ от договора должны считаться вполне допустимыми. Это особенно очевидно, когда исполнитель предоставляет потребителю выбор между двумя вариантами договора (с правом на отказ и без такового). Условие о запрете на отказ, как правило, позволяет исполнителю снизить цену (так как в себестоимость услуги не будут включены издержки на досрочный разрыв отдельных договоров из-за немотивированных отказов потребителей). В итоге услуги без права на отказ, как правило, стоят ниже, чем услуги с таким правом (что может наблюдать любой путешественник при бронировании авиабилетов зарубежных авиакомпаний или гостиничных номеров). Соответственно, наиболее оптимальное решение состоит в том, чтобы потребители имели право выбирать наиболее адекватный для них вариант соотношения права на отказ и цены договора. Те, кто уверен в своем желании получить услугу и ценит скидку в цене выше, чем потерю права передумать, выберут вариант услуги без права на отказ, и наоборот.
Вместе с тем достаточно спорен вопрос о допустимости исключения или существенного ограничения права заказчика, являющегося потребителем, на немотивированный отказ от договора в случае, когда договор носит абонентский характер (то есть предусматривает обязанность по внесению фиксированных периодических платежей независимо от затребования заказчиком соответствующих услуг) и при этом рассчитан на достаточно длительный срок (например на период более года).
Как бы то ни было, применительно к потребительским договорам этот вопрос о пределах свободы договора требует дополнительного анализа.
Наконец, следует отметить, что даже в контексте бесспорной диспозитивной интерпретации этой нормы применительно к сугубо коммерческим договорам обстоятельства конкретного случая могут указывать на явное злоупотребление свободой договора. Например, мы не исключаем, что суд вправе снизить размер платы за отказ от договора оказания услуг в случае его несоразмерности убыткам исполнителя в ситуациях, когда либо этот размер настолько вопиюще высок, что сам по себе свидетельствует о некоем скрытом пороке воли, либо когда, возможно, не настолько вопиющая, но при этом явная несоразмерность размера платы за отказ сопрягается с тем, что такое условие навязано слабой стороне договора (например, монополистом — во многом зависящему от него или не имеющему реальных возможностей вести с ним переговоры контрагенту). В такого рода ситуациях суды могут блокировать недобросовестные проявления договорной свободы на основе статей 10, 169 и 428 ГК РФ*(29).
2. Норма пункта 2 о праве исполнителя на немотивированный отказ носит также небесспорный характер. Безусловно, в некоторых случаях при нарушении исполнителем своих обязательств по договору неразумно давать заказчику право на присуждение к исполнению обязательств в натуре и логично ограничивать его средства защиты иском об убытках (например, когда речь идет об услугах, исполнение которых сопряжено с использованием исполнителем-гражданином своих личных и творческих навыков и мастерства, либо об услугах, исполнение которых носит пролонгированный характер и не может осуществляться без активного взаимодействия и сотрудничества с заказчиком). В то же время в некоторых других случаях эти аргументы против реального исполнения не столь очевидны, а у заказчика из-за монопольного статуса исполнителя или наличия иных серьезных препятствий для привлечения иного исполнителя просто нет адекватного выбора, кроме как настаивать на реальном исполнении. В такого рода ситуациях исполнение в натуре может быть признано в целом возможным и реализуемым на стадии исполнения судебного решения за счет начисления судебных штрафов, так называемого астрента*(30) или угрозы привлечения к уголовной ответственности за неисполнение судебного акта. В этих случаях фиксация в законе права исполнителя на немотивированный отказ лишает заказчика каких-либо шансов на реальное исполнение, что вряд ли можно признать обоснованным.
Не погружаясь в критику этой нормы, попытаемся определить ее природу. В норме нет прямого указания на ее императивность или диспозитивность, что открывает дорогу телеологическому толкованию. Последнее приводит к тому, что ограничивать договорную свободу и жестко блокировать условия договора, отступающие от этого правила, вряд ли имеет смысл*(31). Такое ограничение свободы договора не может быть оправдано ни публичным интересом, ни интересами третьих лиц. В чем может быть несправедливость такого условия, также не вполне понятно. Стороны, безусловно, могут установить в качестве последствия отказа от договора вместо взыскания в пользу заказчика убытков в полном размере возмещение лишь реального ущерба или только фактически понесенных расходов. Нет сомнений также и в том, что они с учетом сложностей в доказывании убытков вправе установить конкретный размер платы за отказ от договора. Наконец, думается, нет причин запрещать и полную отмену в договоре права исполнителя на отказ от договора. Безусловно, включение в договор такого условия имеет смысл только в тех случаях, когда право дает заказчику возможность истребовать исполнение в натуре.
В то же время очевидно, что, как и в любой иной ситуации, в этом вопросе стороны в конкретных обстоятельствах могут злоупотребить свободой договора. Но для такого рода экстремальных ситуаций существуют нормы статей 10, 169 и 428 ГК РФ, дающие суду право на осуществление ex post контроля справедливости и добросовестности договорных условий.
Статья 783. Правовое регулирование договора возмездного оказания услуг
Эта норма не регулирует права и обязанности сторон договора непосредственно, а определяет применимость к договорам оказания услуг норм о подряде. Очевидно, что природа нормы в силу ее функциональной направленности носит сугубо императивный характер.
Статья 779. Договор возмездного оказания услуг
1. По договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.
2. Правила настоящей главы применяются к договорам оказания услуг связи, медицинских, ветеринарных, аудиторских, консультационных, информационных услуг, услуг по обучению, туристическому обслуживанию и иных, за исключением услуг, оказываемых по договорам, предусмотренным главами 37, 38, 40, 41, 44, 45, 46, 47, 49, 51, 53 настоящего Кодекса.
Комментарии к статье 779 ГК РФ часть 2:
1. Отношения по оказанию услуг известны гражданскому праву давно, однако, за редким исключением, в кодифицированных актах специальные нормы, посвященные регулированию указанных отношений, ранее отсутствовали. В законодательстве регламентировались лишь отдельные разновидности договоров об оказании услуг, признанные в силу присущих им особенностей самостоятельными договорами: поручение, комиссия и т.п.
Уже в части первой ГК РФ оговаривалось введение самостоятельного института возмездного оказания услуг, целью которого было создание правовой базы для гражданско-правовых отношений. Это свидетельство того, что законодатель предвидел заранее ситуацию о необходимости выделения этой группы правоотношений, которые еще не получили столь широкого распространения, в отдельный комплекс правовых норм. Видимо, поэтому ст. 128 части первой ГК РФ рассматривает оказание услуг в виде определенного самостоятельного объекта гражданских прав.
Взгляд на услугу как на разновидность действия и объект гражданского права представляет несомненный теоретический и практический интерес, высказываемый в последнее время. Она выражается в определенном полезном результате, созданном трудом юридического или физического лица. Услуги различны по характеру и юридическим последствиям.
Из названий и содержания статей комментируемой гл. 39 ГК, регулирующей договор возмездного оказания услуг, видно, что включенные в нее нормы носят преимущественно общий и в значительной степени императивный характер. Эта глава включает пять статей, которые распространяют свое действие в той или иной мере на любой договор оказания услуг.
Хотя само понятие возмездного оказания услуг понимается неоднозначно, оказание услуг наряду с результатами выполненных работ рассматриваются в качестве товара, т.е. продукта деятельности, предназначенного для свободного эквивалентного обмена произведенными благами.
В п. 1 комментируемой статьи дано определение договора о возмездном оказании услуг. Предметом этого договора являются сами действия или определенная деятельность, которая может заключаться в оказании медицинской помощи, проведении консультаций и др. В некоторых случаях при оказании услуг подобного рода достигается и материальный результат, но он является скорее способом достижения результата неовеществленного. Например, при оказании медицинских услуг лечение может сочетаться с установкой протезов, пломб и т.д. При этом материальный результат в данных договорах, как правило, неотделим от субъекта, в отношении которого совершаются действия, либо от самого действия (к примеру, парикмахер достигает определенного материального результата — изменения длины волос, однако здесь материальный результат неотделим от личности заказчика).
Срок не является существенным условием договора о возмездном оказании услуг. В п. 8 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.02.2014 N 165 (Обзор судебной практики по спорам, связанным с признанием договоров незаключенными) было отмечено следующее.
«Отсутствие согласованного сторонами условия о сроках оказания услуг само по себе не влечет признания договора возмездного оказания услуг незаключенным».
Срок исполнения договора возмездного оказания услуг определяется соглашением сторон, если он не установлен в соответствующих нормативных актах. К определению срока договора возмездного оказания услуг, если иное не установлено специальными нормативными актами, применяются положения ст. 708 ГК РФ о сроке исполнения работ по договору подряда. При отсутствии указания на срок исполнения обязательства, а также нормативных актов, устанавливающих такой срок, договор не будет считаться незаключенным. В подобной ситуации применяются положения ст. 314 ГК РФ о сроке исполнения обязательства.
Следует учитывать, что в новой редакции ст. 128 ГК, введенной Федеральным законом от 02.07.2013 N 142-ФЗ «О внесении изменений в подраздел 3 раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» в качестве объектов гражданских прав указаны не услуги, как это было предусмотрено ранее действовавшим законодательством, а оказание услуг.
Договором возмездного оказания услуг, который впервые был выделен в качестве самостоятельного вида договоров в части второй ГК РФ, регулируется большое количество услуг, оказываемых в различных областях человеческой деятельности. Объединяющим фактором служит характер всех этих услуг — их основной результат не имеет овеществленного выражения.
При этом объединение в гл. 39 всех договоров возмездного оказания услуг, кроме отдельно выделенных в ГК видов этого договора, отнюдь не исключает присущих отдельным договорам возмездного оказания услуг особенностей. Отмеченное обстоятельство потребовало обеспечить, не выходя за рамки гл. 39 ГК, также и специальное правовое регулирование не поименованных в ГК договоров услуг с тем, что по отношению к ним нормы гл. 39 ГК обладают приоритетом. Можно указать, прежде всего, на ряд специальных законов. В частности, имеются в виду такие Федеральные законы, как: от 07.07.2003 N 126-ФЗ «О связи», от 17.07.1999 N 176-ФЗ «О почтовой связи», от 29.12.2012 N 273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации», от 24.11.1996 N 132-ФЗ «Об основах туристской деятельности в Российской Федерации» и ряд других.
Указанные Федеральные законы, определяя основные правила оказания соответствующих услуг, детализируются подзаконными актами (постановлениями Правительства РФ). Особое место среди них занимают Правила бытового обслуживания населения в Российской Федерации, которые осуществляют единое регулирование договоров на выполнение работ и на оказание услуг. Большая часть статей указанных Правил регулирует в основном одновременно и работы, и услуги, хотя есть и такие, которые посвящены специально тем или другим.
Важное значение в правовом регулировании возмездного оказания услуг имеет Закон о защите прав потребителей. Необходимость принятия специального Закона была обусловлена тем, что ГК содержит только общие принципы и нормы, которые не защищали должным образом права потребителей, отсутствовали гарантии, и самое главное — приоритет потребителя в отношениях с предпринимателями.
Вопросы, связанные с возмездным оказанием услуг, были предметом рассмотрения Конституционного Суда РФ. В п. 3.1 Постановления Конституционного Суда РФ от 23.01.2007 N 1-П было отмечено следующее.
«В качестве предмета договора возмездного оказания услуг в п. 1 ст. 779 ГК РФ названо совершение определенных действий или осуществление определенной деятельности исполнителем. В предмет договора возмездного оказания услуг не включено достижение результата, ради которого он заключается. Следовательно, стороны договора возмездного оказания услуг, будучи свободны в определении цены договора, сроков его исполнения, порядка и размера оплаты, не вправе согласовать условие о предмете данного договора, не соответствующее императивному требованию закона. Вывод суда касается неправомерности включения в договор условий, согласно которым при вынесении решения в пользу заказчика последний обязуется выплатить исполнителю сумму, исчисляемую в процентном отношении к сумме удовлетворенного иска».
2. Виды услуг, на которые распространяется действие договора возмездного оказания услуг, перечислены в примерном перечне п. 2 ст. 779 ГК РФ. К ним относятся услуги связи, медицинские, ветеринарные, аудиторские, консультационные, информационные, услуги по обучению, туристическому обслуживанию. Данный перечень не является исчерпывающим. К предмету договора возмездного оказания услуг могут быть отнесены и иные услуги при условии, что они носят нематериальный характер и не подпадают под регулирование нормами ГК РФ, регламентирующими отдельные договоры об оказании услуг (подряда, доверительного управления, банковского счета, поручения и т.п.). Например, это услуги по организации и проведению различных мероприятий, услуги по эвакуации неисправных транспортных средств, услуги по дрессировке и передержке домашних животных и т.д.
В настоящее же время законодатель во избежание коллизии правовых норм в п. 2 комментируемой статьи установил правило о неприменении норм гл. 39 ГК к обязательствам по оказанию услуг, самостоятельно урегулированным в ГК.
Таким образом, договоры об оказании услуг нематериального характера (поручение, комиссия, агентирование, хранение, перевозка, транспортная экспедиция, расчеты и др.) регламентируются в других главах ГК РФ, и к ним положения гл. 39 не применяются. Однако данные договоры не могут охватить всего спектра существующих видов услуг. Поэтому был введен договор возмездного оказания услуг, призванный урегулировать порядок оказания тех видов услуг, которые не получили регламентации в качестве отдельных видов договоров.
«Постатейный комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации. Часть вторая»
Гришаев С.П., Свит Ю.П., Богачева Т.В.
«Договор возмездного оказания услуг» (Кабалкин А. «Российская юстиция», 1998, N 3, 4)
Договор возмездного оказания услуг занимает в ГК РФ своеобразное место среди наиболее значимых нововведений раздела IV «Отдельные виды обязательств». По этому договору исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется их оплатить.
Выделение в системе гражданско-правовых соглашений названного типа договора осуществлено у нас впервые. В ГК РСФСР 1922 года и 1964 года, как и в союзных Основах гражданского законодательства 1961 года и 1991 года, подобный договор отсутствовал. Вместе с тем следует иметь в виду, что категория услуг получила достаточно широкое закрепление в части первой действующего Гражданского кодекса, что не могло не отразиться на содержании части второй. Достаточно сослаться на ст.2, где в понятие предпринимательской деятельности включен тезис об оказании услуг лицами, ее осуществляющими.
Вслед за регламентацией соответствующих договорных отношений в главе 39 в Кодексе есть немало и других глав, нормы которых также регулируют различные виды услуг. Небезынтересно отметить, что упомянутой главе предшествует нормативный материал об отношениях сугубо подрядного типа и в ней предусматривается возможность применения к договорам возмездного оказания услуг ряда положений о порядке.
Из названий и содержания статей гл.39 видно, что включенные в нее нормы носят преимущественно общий и в значительной степени императивный характер. Они призваны регулировать обширный, но вовсе не ограниченный спектр услуг. Корни этого явления уходят в классическое римское право, которому был известен договор найма услуг (locatio-conductio operarum). По такому договору одна сторона (нанявшая) принимала на себя обязательство исполнить в пользу другой стороны (нанимателя) определенные услуги, а наниматель принимал на себя обязательство платить за эти услуги условленное вознаграждение. В отличие от locatio conductio operis, имевшего целью предоставление подрядчиком готового результата работы, договор найма услуг имел своим предметом выполнение отдельных услуг по указанию нанявшегося (см.: Новицкий И.Б. Римское право. М., 1993. С. 189).
В определении договора возмездного оказания услуг, предусмотренного ГК РФ, раскрывается (путем включения в скобки) смысл словосочетания «оказать услуги». Для этого закон привлекает такие связанные между собой слова, как «совершить определенные действия» или «осуществить определенную деятельность». Подобный прием, видимо, обусловлен необходимостью разъяснить недостаточно ясно выраженную начальную часть текста п.1 данной статьи, в которой вслед за названием договора повторно использованы слова «оказать услуги».
Иной более узкий, но также не вполне определенный смысл придает услугам Федеральный закон от 13 октября 1995 г. «О государственном регулировании внешнеторговой деятельности» (СЗ РФ. 1995. N 42. Ст.3923). В нем это понятие представлено лишь как предпринимательская деятельность, направленная на удовлетворение потребностей других лиц, за исключением деятельности, осуществляемой на основе трудовых правоотношений.
Характеризуя содержание договора возмездного оказания услуг, некоторые авторы признают главным его признаком отсутствие вещественной формы оказываемых услуг. Между тем столь категорическое утверждение не согласуется с существом ряда отношений, упоминаемых в п.2 ст.779. Так, многие договоры оказания услуг связи заключаются по поводу отправления писем, бандеролей, посылок. Одним из условий договора туристического обслуживания чаще всего является предоставление определенных транспортных средств. Число примеров можно увеличить за счет иных отношений (например, оказание многих видов медицинских услуг).
В п.2 ст.779 приведен примерный перечень договоров, которые подпадают под действие правил настоящей статьи. Это договоры оказания услуг связи, медицинских, ветеринарных, аудиторских, консультационных, информационных услуг, услуг по обучению, туристическому обслуживанию и иных. Однако выявить какую-либо закономерность в последовательности их расположения едва ли возможно. Наряду с этим следует подчеркнуть, что здесь же названы порядковые номера одиннадцати глав, предусматривающих услуги, на которые упомянутые правила не распространяются. Среди последних главы 37 и 38, соответственно посвященные договорам, которые направлены исключительно на выполнение работ различного характера.
Анализируя текст ст.779, можно сделать вывод, что ко всем названным видам договора возмездного оказания услуг применяются прежде всего правила данной статьи. Наряду с этим каждый из них в той или иной степени получил закрепление и в соответствующих текущих законах, а также иных специальных нормативных актах.
Федеральный закон «О связи» от 15 февраля 1995 г. (СЗ РФ. 1995. N 8. Ст.600) устанавливает правовую основу деятельности в области связи, осуществляемой под юрисдикцией Российской Федерации. Закон определяет не только полномочия органов государственной власти по регулированию этой деятельности, но также права и обязанности физических и юридических лиц, которые участвуют в указанной деятельности или пользуются услугами связи. Под такими услугами понимается продукт деятельности по приему, обработке, передаче и доставке почтовых отправлений или сообщений электросвязи. В особых главах этого Закона закрепляются права пользователей связи, ответственность при осуществлении деятельности в области связи.
Несколько позднее — 8 августа 1995 г. — был принят Федеральный закон «О почтовой связи» (СЗ РФ. 1995. N 33. Ст.3334). В его преамбуле наряду с наиболее общими положениями говорится, что он регулирует правоотношения, возникающие между организациями почтовой связи и пользователями услуг данного вида связи.
Остановимся на договорных услугах почтовой связи. В Законе записан тезис о том, что тарифы на услуги, предоставляемые организациями почтовой связи, устанавливаются на договорной основе. К сожалению, этот тезис выглядит декларативным.
В главе «Права пользователей услуг почтовой связи» выделено положение об их защите настоящим Законом, Законом «О связи», гражданским законодательством РФ, законами и иными нормативными актами субъектов Российской Федерации. Закон «О почтовой связи» детально регламентирует ответственность при осуществлении деятельности в этой сфере. Организации связи несут имущественную ответственность перед пользователями услуг за утрату, порчу, недоставку или задержку доставки почтовых отправлений, за несоблюдение тайны связи, повлекшие за собой причинение ущерба пользователю. Размер и порядок такой ответственности определяется законодательством РФ. Организации федеральной службы почтовой связи имеют право изымать почтовые отправления, содержимое которых запрещено к пересылке, а также уничтожать или разрешать уничтожить почтовые отправления, содержание которых создает опасность здоровью и жизни работников организаций почтовой связи или третьих лиц при условии, что эту опасность нельзя устранить иным путем.
Закон «Об образовании» (с изменениями и дополнениями, принятыми 13 января 1996 г. — СЗ РФ. 1996. N 3. Ст.150) предусматривает, что в уставе образовательного учреждения в обязательном порядке указывается, в частности, организационно-правовая форма образовательного учреждения, наличие платных образовательных услуг и порядок их предоставления на договорной основе. Образовательное учреждение в соответствии со своими уставными целями и задачами может реализовывать дополнительные образовательные программы и оказывать дополнительные образовательные услуги на договорной основе за пределами определяющих его статус образовательных программ.
Названный Закон особо выделяет платные дополнительные услуги государственного и муниципального образовательных учреждений и платную образовательную деятельность негосударственного образовательного учреждения. В первом случае названные учреждения вправе оказывать населению и различным организациям платные дополнительные услуги (обучение по дополнительным образовательным программам, преподавание специальных курсов и циклов дисциплин, репетиторство, занятия с обучающимися углубленным изучением предметов и другие услуги), не предусмотренные соответствующими программами и государственными стандартами. Во втором случае учреждение вправе взимать плату с обучающегося, воспитанников за услуги, в том числе за обучение в пределах государственных образовательных стандартов. Взаимоотношения учреждения и обучающегося, воспитанника, его родителей (законных представителей) регламентируются договором, устанавливающим уровень образования, сроки обучения, иные условия.
Нормативно-правовая база туризма определяется принятым 4 октября 1996 г. Федеральным законом «Об основах туристской деятельности в Российской Федерации» (СЗ РФ. 1996. N 49. Ст.5491). Он закрепляет в первую очередь принципы государственной политики, направленной на установление правовых основ единого туристского рынка Российской федерации. Тем не менее ни во введении, ни по тексту Федерального закона не упоминается Гражданский кодекс РФ, что повлекло за собой наличие в нем ряда нечетких и даже противоречивых положений. Так, в ст.1 в качестве одного из важнейших понятий дается понятие тура как комплекса услуг по размещению, перевозке, питанию туристов, экскурсионных услуг, а также услуг гидов-переводчиков и других услуг, предоставляемых в зависимости от целей путешествия. Вместе с тем в ст.6 к правам туриста отнесены требования возмещения убытков и компенсации морального вреда «в случае невыполнения условий договора розничной купли-продажи туристского продукта (далее — договор) туроператором или турагентом в порядке, установленном законодательством Российской Федерации». Тем самым правовой формой услуг по туристическому обслуживанию в упомянутом Законе признается не что иное, как договор розничной купли-продажи. Но это не только не отвечает сущности последнего и самой туристской деятельности, но и фактически искажает соотношение названных категорий.
ГАРАНТ:
По-видимому, в тексте предыдущего абзаца допущена опечатка. Дату Федерального Закона следует читать «24 ноября 1996 г.»
Отдельным услугам, названным в п.2 ст.779, посвящены также подзаконные акты, содержащие нормы гражданского права.
Исходя из необходимости безотлагательного установления правовых основ вневедомственного финансового контроля, Указом Президента РФ 22 декабря 1993 г. были утверждены Временные правила аудиторской деятельности в Российской Федерации (СЗ РФ. 1993. N 52. Ст.5069). Согласно этому акту аудит представляет собой предпринимательскую деятельность аудиторов (аудиторских фирм) по осуществлению независимых вневедомственных проверок бухгалтерской (финансовой) отчетности, платежно-расчетной документации, налоговых деклараций и других финансовых обязательств и требований экономических субъектов, а также оказанию иных аудиторских услуг. Аудиторы, работающие самостоятельно, а также аудиторские фирмы вправе заниматься соответствующей деятельностью только после получения лицензии на ее осуществление. Это может быть аудит: банковский, страховых организаций, бирж, внебюджетных фондов и инвестиционных институтов, общий аудит (аудит иных экономических субъектов).
Временные правила, действующие уже более четырех лет и потому фактически лишенные элемента ограниченности каким-либо сроком, предусматривают основные права и обязанности сторон по договору оказания аудиторских услуг. Аудиторы и аудиторские фирмы обязаны неукоснительно соблюдать требования законодательства, немедленно сообщать заказчику, а также государственному органу, поручившему провести аудиторскую проверку, необходимые сведения. Проверяемый экономический субъект вправе получать от аудитора исчерпывающую информацию о требованиях законодательства, касающихся проведения проверки, правах и обязанностях сторон. В случае обнаружения неквалифицированного проведения проверки, приведшей к убыткам для государства или для экономического субъекта, с аудитора по решению суда могут быть взысканы: понесенные убытки в полном объеме; расходы на проведение перепроверки; штраф, зачисляемый в доход республиканского бюджета.
Некоторые из перечисленных в п.2 ст.779 ГК услуг регламентируют специальные постановления Правительства Российской Федерации. Одним из них — от 9 июля 1994 г. — утверждены Правила оказания ветеринарных услуг (СЗ РФ. 1994. N 13. Ст.152), разработанные в соответствии с Законом РФ «О защите прав потребителей». В Правилах, в частности, указано, что услуги оказываются на основе заключения договора, оформления абонементного обслуживания или путем выдачи жетона, талона, кассового чека, квитанции (что также свидетельствует о заключении договора). К обязанностям исполнителя отнесено предоставление образцов, типовых договоров и других документов, удостоверяющих исполнение и оплату услуг. В Правилах закреплен и ряд других обязанностей, последствия их нарушения, а также права сторон.
В соответствии с Законом «О защите прав потребителей» Правительством РФ 15 августа 1997 г. утверждены Правила бытового обслуживания населения в Российской Федерации (СЗ РФ. 1997. N 34. Ст.3979). Они распространяются на отношения, вытекающие из договора бытового подряда и договора возмездного оказания услуг.
Применительно к последнему формулируются особенно подробные сведения, касающиеся информации об услугах, порядке приема и оформления заказов. Достаточно полно представлены права и обязанности сторон по договору. Оплатить оказанную исполнителем услугу потребитель обязан в сроки и в порядке, которые указаны в договоре. При этом цена услуги не может быть выше устанавливаемой или регулируемой соответствующими государственными органами. В свою очередь, исполнитель обязан оказать услугу, качество которой должно отвечать условиям договора, а при отсутствии или неполноте условий договора — требованиям, обычно предъявляемым к услугам определенного рода. Если требования к услугам предусмотрены федеральным законом, иными правовыми актами РФ, качество услуг должно отвечать этим последним. Услуга оказывается в сроки, предусмотренные договором. Потребитель вправе отказаться от исполнения при условии оплаты исполнителю фактически понесенных последним расходов.
Правила бытового обслуживания населения выделяют особый раздел «Ответственность исполнителя». В нем провозглашается, что за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательств по договору об оказании услуг исполнитель несет ответственность, предусмотренную законодательством Российской Федерации и договором.
Вслед за этим общим положением установлено, что требования могут быть предъявлены потребителем при обнаружении недостатков оказанной услуги, если это не противоречит особенностям предмета заключенного договора Требования предъявляются, если недостатки обнаружены в течение гарантийного срока. Если такой срок не установлен, требования могут быть предъявлены при условии, что недостатки обнаружены в разумный срок, но в пределах 6 месяцев со дня оказания услуги. В случаях, когда предусмотренный договором гарантийный срок менее 6 месяцев и недостатки обнаружены по его истечении, но в пределах 6 месяцев со дня принятия услуги, исполнитель несет ответственность, если потребитель докажет, что недостатки возникли до оказания услуги или по причинам, возникшим до этого момента.
Отрицательные для исполнителя четыре вида последствий могут также наступить, если исполнитель своевременно не приступил к оказанию услуги или во время ее оказания стало очевидным, что услуга не будет осуществлена в срок, а также если оказание услуги просрочено. Потребитель имеет право также на полное возмещение убытков, причиненных ему в связи с нарушением сроков начала и (или) окончания услуги. Более того, за нарушение сроков начала и (или) окончания оказания услуг исполнитель обязан уплатить потребителю за каждый день просрочки (час, если срок определен в часах) неустойку в размере 3% цены оказания услуги.
Особо урегулирована ситуация, когда исполнитель предоставил для оказания услуги недоброкачественный материал. В этом случае он отвечает по правилам об ответственности продавца за товар ненадлежащего качества в соответствии с гражданским законодательством.
Достаточно детальная регламентация изложенных отношений, а также указание в п.1 Правил, что они разработаны в соответствии с Законом «О защите прав потребителей», ставят под сомнение необходимость упоминания в предпоследнем пункте, что порядок и сроки удовлетворения исполнителем требований потребителя, а также ответственность за нарушение этих сроков регулируются названным Законом.
Кроме статьи, в которой сформулировано определение договора возмездного оказания услуг и названы его разновидности, ГК закрепляет ряд других общих правил.
Согласно ст.780 ГК, если иное не предусмотрено договором возмездного оказания услуг, исполнитель обязан оказать услуги лично. Как видно из текста статьи, речь в ней идет только об одном из способов исполнения. Хотя название («Исполнение договора. «) значительно шире содержания, оно охватывает все элементы надлежащего (в том числе реального) исполнения (см. ст.309 ГК). Единственное правило этой статьи является диспозитивным. По соглашению сторон при определенных обстоятельствах исполнение обязательства возлагается должником на третье лицо. Такая ситуация соответствует требованию ст.313 ГК, в силу которой исполнение может быть возложено на третье лицо, если из закона, иных правовых актов, условий обязательства или его существа не вытекает обязанность должника исполнить обязательство лично, в этом случае кредитор обязан принять исполнение, предложенное за должника третьим лицом.
Под обязанностью «оказать услуги лично» следует понимать исполнение конкретного договора без каких бы то ни было посредников, независимо от того, является ли должником гражданин или юридическое лицо. Сходного характера, но императивное правило содержится в ст.974 ГК, по которому поверенный обязан лично исполнять данное ему поручение. Исключение составляют случаи, указанные в ст.976 ГК («Передоверие исполнения поручения»), которая, в свою очередь, отсылает к ст.187 ГК («Передоверие»).
Содержание ст.781 ГК «Оплата услуг» значительно шире ее названия. В последнем сказано только об основной обязанности заказчика, в то время как в статье указано и на результат невозможности исполнения обязательства, а также связанные с этим последствия. Оплата оказанных услуг, как гласит закон, должна последовать в сроки и в порядке, предусмотренные в договоре. Тем не менее некоторые подзаконные акты содержат по этому вопросу положения, не отвечающие смыслу закона. Так, в п.36 Правил предоставления услуг телеграфной связи, утвержденных постановлением Правительства РФ от 23 апреля 1994 г. (СЗ РФ. 1994. N 2. Ст.96), сказано, что порядок, условия и сроки расчетов за услуги устанавливаются хозяйствующим субъектом в соответствии с законодательством РФ с учетом мнения потребителей и возможностей банков; допускается оплата телеграмм талонами так называемого оплаченного ответа.
Особо закон регламентирует отношения, обусловленные создавшейся неосуществимостью исполнения обязательства. Если такая невозможность исполнения наступила по вине заказчика, то он должен оплатить услугу в полном объеме, поскольку иное не предусмотрено законом или договором. Другой порядок оплаты услуги определен законом при условии, что невозможность исполнения возникла по обстоятельствам, за которые ни одна из сторон не отвечает. На заказчика при условии, что иное не предусмотрено законом или договором, возлагается обязанность возместить исполнителю только фактически понесенные им расходы по исполнению договора. Само собой разумеется, что, когда невозможность исполнения возникла по вине исполнителя, он не вправе требовать оплаты услуги. Если же оплата была произведена, исполнитель должен возвратить полученную от заказчика денежную сумму, возместить возникшие убытки и уплатить неустойку, когда она установлена.
ГК допускает односторонний отказ сторон от исполнения данного договора. Представляется, что соответствующие правила ст.782 ГК увязаны с диспозитивным началом, согласно которому исполнитель обязан оказать услуги лично. Закон особо обеспечивает интересы заказчика, который вправе при этом потребовать полного возмещения причиненных убытков. В этом случае следует руководствоваться положениями ст.15 ГК («Возмещение убытков»). Аналогичным правом обладает и другая сторона договора. Однако отказ заказчика от исполнения договора возможен при непременном условии возмещения исполнителю только фактически понесенных им расходов. Очевидно, что отказ каждой из сторон от исполнения возможен лишь до момента наступления срока исполнения соответствующих обязанностей.
Специальная норма закреплена в заключительной статье главы 39 ГК. Содержащееся в ней правило существенно отличается от иных норм данной главы. Своеобразие прежде всего состоит в возможности применения к договору возмездного оказания услуг как общих положений о подряде, так и положений о бытовом подряде. Подобный прием используется в ГК и в ряде иных случаев. Так, согласно ст.1011 ГК к отношениям, вытекающим из агентского договора, при определенных условиях соответственно применяются правила, предусмотренные главой 49 «Поручение» или главой 51 «Комиссия». Названные правила о подряде могут быть использованы только при условии, что это не противоречит ст.ст.779-782 Кодекса, а также особенностям предмета договора возмездного оказания услуг.
Такое указание свидетельствует о сходном характере определенных действий, совершаемых по договору возмездного оказания услуг и по договору подряда. Не приходится, например, сомневаться в отсутствии препятствий к тому, чтобы руководствоваться значительной частью текста ст.705 ГК при решении вопроса о распределении рисков случайной гибели или случайного повреждения соответствующего имущества между сторонами. В силу этой статьи, если иное не предусмотрено законом или договором, риск случайной гибели или случайного повреждения материалов, оборудования либо иного используемого для исполнения договора имущества несет предоставившая их сторона.
Подобный подход, видимо, обусловлен в известной степени весьма своеобразным и к тому же одновременным закреплением в Законе «О защите прав потребителей» отношений, которые связаны с выполнением работ и оказанием услуг. Данный в значительной степени основополагающий нормативный акт ставит по сути знак равенства между многими правилами, касающимися выполнения работ и оказания услуг. Это проявляется в том, что за подавляющим большинством норм, регламентирующих выполнение тех или иных работ, следует (в скобках) указание общего порядка на услуги. Наглядной иллюстрацией может служить название главы III Закона «Защита прав потребителей при выполнении работ (оказании услуг)».
В юридической литературе не без оснований в свое время было выражено отрицательное отношение к резкому противопоставлению в гражданском праве понятий «услуга» и «работа». Услугой является действие, оказывающее помощь, пользу другому, а работой — занятие каким-либо делом, применение своего труда. Каждая услуга становится объектом гражданско-правового обязательства тогда, когда выражается в какой-то работе, а работа — когда она принимает форму оказания услуги (см.: Брагинский М.И. Общее учение о хозяйственных договорах. Минск, 1967. С.30).
Главный научный сотрудник
Института государства и права РАН,
доктор юридических наук, профессор
Договор возмездного оказания услуг: проблемы квалификации, отличие от агентского договора, отражение в бухгалтерском учете
Гражданские правоотношения сторон по договору возмездного оказания услуг. Отличие от агентского договора
Правоотношения в области оказания услуг в зависимости от обстоятельств могут оформляться в виде агентского договора или договора возмездного оказания услуг. В положениях договора должна быть выражена действительная воля сторон, отражающая правовую сущность сделки (вид заключаемого договора). От этого будут зависеть права и обязанности сторон по договору, порядок документирования операций, особенности учета и налогообложения. Из-за неточности формулировок договора его можно трактовать либо как агентский, либо как договор возмездного оказания услуг. Чтобы этого избежать, необходимо произвести разграничение между этими видами договоров на основе положений законодательства. В общем случае правоотношения сторон при возмездном оказании услуг регулируются положениями главы 39 ГК РФ [1]. К договору возмездного оказания услуг применяются общие положения о подряде и положения о бытовом подряде (включенные в главу 37 «Подряд» ГК РФ), если это не противоречит главе 39 ГК РФ, а также особенностям предмета договора возмездного оказания услуг. Выполнение научно-исследовательских, опытно-конструкторских и технологических работ, оказание услуг перевозки, транспортной экспедиции и прочих регулируются отдельными главами ГК РФ. Предметом договора возмездного оказания услуг является оказание исполнителем услуг по заданию заказчика (совершение конкретных действий, осуществление определенной деятельности) за обусловленную плату [1, ст. 779]. Исполнитель по договору действует самостоятельно и за свой счет, несет риски, связанные с его исполнением. При этом опосредованных отношений между заказчиком и третьими лицами не возникает. В отличие от договора возмездного оказания услуг, агентский договор предполагает наличие посреднических отношений — совершение агентом сделок с третьими лицами по поручению принципала. Предметом агентского договора является совершение агентом юридических и иных действий в целях исполнения поручения принципала (т. е. действий в чужих интересах) [1, ст. 1005]. В ходе исполнения агентского договора агент обязан представлять принципалу отчеты в порядке и в сроки, предусмотренные договором. При отсутствии в договоре соответствующих условий отчеты представляются агентом по мере исполнения им договора либо по окончании действия договора [1, ст. 1008]. Различия между договором возмездного оказания услуг и агентским договором для наглядности представлены в табличной форме (см. таблицу).
Различия между договором возмездного оказания услуг и агентским договором
| Договор возмездного оказания услуг | Агентский договор |
| Регулируется главой 39 «Возмездное оказание услуг» ГК РФ | Регулируется главой 52 «Агентирование» ГК РФ |
| Существенные различия | |
| Отсутствие отношений между заказчиком и третьими лицами | Наличие опосредованных отношений принципала с третьими лицами |
| Исполнитель действует в своих интересах | Агент действует в чужих интересах (в интересах принципала от своего имени или от имени принципала) |
| Исполнение договора за счет собственных средств | Исполнение договора агентом за счет средств принципала |
| Формальные различия (сами по себе не определяют вид договора) | |
| Стороны договора — исполнитель и заказчик | Стороны договора — агент и принципал |
| Отчет обычно не требуется | Отчет агента принципалу обязателен |
| Различия, следующие из практики заключения договоров (не являются разграничительными признаками, поскольку могут применяться к обоим видам договоров) | |
| Цена договора — фиксированная сумма | Цена договора — процент от определенного показателя |
| Срок исполнения определяется сторонами договора | Срок исполнения может не ограничиваться |
Стороны вправе заключить смешанный договор — договор, включающий в себя элементы различных договоров [2, п. 3 ст. 421]. К отношениям сторон по смешанному договору будут применяться в соответствующих частях правила о договорах, элементы которых содержатся в таком договоре, если иное не вытекает из соглашения сторон или существа смешанного договора. Например, смешанный договор может содержать в себе элементы как договора возмездного оказания услуг, так и договора поручения [1, глава 49], договора комиссии [1, глава 51], агентского договора [1, глава 52], которые относятся к посредническим. Смешанный договор целесообразно заключать, когда исполнителю, помимо оказания услуг заказчику, необходимо осуществлять юридические и иные действия по поручению и за счет заказчика (в данном случае — принципала), связанные с вступлением в сделки с третьими лицами. Поскольку от условий заключенного договора в части порядка возмещения расходов зависит порядок документального оформления и налогообложения операций, нужно обеспечить включение в смешанный договор всех существенных условий в отношении составляющих его договоров. Так, в посреднической части в договор должны быть включены такие необходимые элементы, как предмет, порядок определения суммы посреднического вознаграждения, порядок представления отчета посредника. Предметом агентского договора являются любые взаимоотношения агента с третьими лицами в интересах принципала, в том числе выполнение функций комиссионера. Необходимо принимать во внимание, что сделки с третьими лицами во исполнение посреднического договора должны совершаться только после его заключения и только в интересах принципала (комитента). Согласно положениям п. 6 информационного письма Президиума ВАС РФ от 17.11.2004 № 85 сделка, совершенная до заключения договора комиссии, не может быть признана заключенной во исполнение поручения комитента. При заключении договора в порядке, предусмотренном для посреднических договоров, все операции по договору будут рассматриваться контролирующими органами как посреднические. Такая позиция содержится в письмах Минфина России от 10.05.2012 № 03-11-11/149, 11.03.2012 № 03-11-06/2/39.
Ценообразование
Цена в договоре возмездного оказания услуг включает компенсацию издержек исполнителя и причитающееся ему вознаграждение [1, п. 2 ст. 709, ст. 783].
Договор возмездного оказания услуг на примере оказания услуг поручительства / залога. Подходы к бухгалтерскому учету вознаграждения и компенсации издержек
Некоторые виды правоотношений сторон трудно квалифицируются в том числе для определения порядка бухгалтерского учета и налогообложения операций по договору. К такому виду правоотношений можно отнести договор оказания услуг поручительства / залога на платной основе, когда исполнитель по этому договору заключает договор поручительства / залога с третьей стороной — кредитной организацией (кредитором по кредитному обязательству заказчика — второй стороны). ГК РФ не содержит специальной главы, регулирующей порядок исполнения договоров оказания услуг поручительства / залога (далее — услуги поручительства). Правоотношения поручительства / залога регулируются разделом III части первой ГК РФ. Так, по договору поручительства поручитель обязывается перед кредитором другого лица отвечать за исполнение последним его обязательства полностью или в части [2, п. 1 ст. 361]. Кредитор (залогодержатель) имеет преимущественное право получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества (предмета залога) [2, п. 1 ст. 334]. В силу ст. 335 ГК РФ право передачи вещи в залог принадлежит собственнику вещи, а также в определенных законодательством случаях лицу, имеющему иное вещное право. Заключая договор оказания услуг поручительства, исполнитель действует от своего имени и за свой счет, обязуется заключить договор с кредитором заказчика и совершать определенные действия, связанные с этим договором, также от своего имени и за свой счет. Как уже отмечалось, оказание услуг регулируется положениями главы 39 ГК РФ, за исключением некоторых видов услуг, регулируемых отдельными главами ГК РФ, к числу которых услуги поручительства не относятся, поэтому договор оказания услуг поручительства следует рассматривать как договор возмездного оказания услуг. Косвенным подтверждением такого вывода может служить определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 17.05.2016 № 2-КГ16-2, в котором говорится: заключая договор поручительства, стороны действуют на свой страх и риск. Вследствие этого обязанность оценивать степень риска заключения такого договора лежит в равной мере и на поручителе.
Таким образом, заключая договор оказания услуг поручительства и впоследствии договор поручительства, исполнитель действует за счет собственных средств, а не за счет заказчика. Мнения, выраженные в письмах контролирующих органов, подтверждают данную позицию. Так, в письме УФНС России по г. Москве от 26.06.2006 № 20-12/56673@ речь идет о соглашении об оказании услуг третьего лица-залогодателя (исполнителя) о предоставлении залога, идентичном договору возмездного оказания услуг. При заключении договора оказания услуг поручительства исполнитель за определенную плату обязуется заключить договор поручительства / залога и совершать за свой счет комплекс необходимых действий, связанных с его заключением и исполнением. К таким действиям могут, в частности, относиться получение выписок из государственных реестров, уплата различных госпошлин, проведение оценки имущества, личное присутствие представителей исполнителя (поручителя) при осуществлении действий по договору поручительства (включая поездки вне места расположения исполнителя). Размер оплаты таких услуг может устанавливаться как сумма расходов, понесенных исполнителем (подтвержденных документально и согласованных заказчиком), и вознаграждения, определяемого как процент от понесенных расходов. Такая конструкция ценообразования порождает аналогию с агентским договором, что влияет на подход к отражению операций по договору оказания услуг поручительства в бухгалтерском учете. Исполнитель зачастую считает, что возмещаемые ему расходы не должны признаваться ни в качестве доходов, ни в качестве расходов, поскольку носят транзитный характер. Расходы «передаются» заказчику в том же размере, в котором понесены, и, следовательно, отражаются в учете исполнителя так же «транзитом», с применением счета 76 «Расчеты с разными дебиторами и кредиторами». Можно ли рассматривать данный подход правомерным, зависит от того, признаются доходом исполнителя поступления в полном объеме, включая возмещаемые расходы, или только в части вознаграждения. Доходами организации признается увеличение экономических выгод в результате поступления активов и (или) погашения обязательств, приводящее к увеличению капитала организации, за исключением вкладов участников (п. 2 ПБУ 9/99 «Доходы организации» (утв. приказом Минфина России от 06.05.1999 № 32н)). При этом не признаются доходами организации поступления, в частности, по договорам комиссии, агентским и иным аналогичным договорам в пользу комитента, принципала и т. п. (п. 3 ПБУ 9/99). Учитывая требование осмотрительности (п. 6 ПБУ 1/2008 «Учетная политика организации» (утв. приказом Минфина России от 06.10.2008 № 106н)), при формировании информации в бухгалтерском учете следует проявлять большую готовность к признанию расходов и обязательств, чем возможных доходов и активов, не допуская создания скрытых резервов. Мнение о том, что при возмещении затрат доход не возникает, было, в частности, выражено в постановлении Президиума ВАС РФ от 17.03.1998 № 4926/97: если затраты возмещаются одной стороной, то у получателя данного возмещения (другой стороны) выручки в этой части не возникает. Вместе с тем, по общему правилу, доход исполнителя по договору возмездного оказания услуг равен цене оказанных им услуг, а, исходя из норм статей 709, 783 ГК РФ, цена включает компенсацию издержек и причитающееся вознаграждение. Положения о равенстве дохода цене договора содержатся также в нормах, регулирующих порядок бухгалтерского учета. Согласно п. 6.1 ПБУ 9/99 величина поступления и (или) дебиторской задолженности определяется исходя из цены, установленной договором. Таким образом, для целей бухгалтерского учета могут быть применимы оба подхода к признанию доходов в части компенсации издержек (возмещения расходов) исполнителя, учитывая экономическое содержание операции и условия хозяйствования организации и исходя из требования приоритета содержания над формой (п. 6 ПБУ 1/2008). Что касается налогообложения, то порядок определения доходов и расходов регулируется нормами НК РФ.
Литература
- Гражданский кодекс Российской Федерации. Часть вторая от 26 янв. 1996 г. № 14-ФЗ (с изм. и доп.).
- Гражданский кодекс Российской Федерации. Часть первая от 30 нояб. 1994 г. № 51-ФЗ (с изм. и доп.).