Что в сфере недружественных поглощений означает гринмейл

Гринмейл как форма злоупотребления правом в корпоративных правоотношениях

Наумов, И. В. Гринмейл как форма злоупотребления правом в корпоративных правоотношениях / И. В. Наумов. — Текст : непосредственный // Молодой ученый. — 2020. — № 24 (314). — С. 309-311. — URL: https://moluch.ru/archive/314/71601/ (дата обращения: 04.02.2024).

В статье отстаивается позиция, что для определения основных мероприятий по предотвращению и противодействию злоупотреблением правом в корпоративных правоотношениях, необходимо не только исследовать особенности данного правового явления и причин его возникновения, но также важно охарактеризовать основные схемы, виды, формы и механизмы, используемые для осуществления злоупотребление правом.

Цель настоящей статьи — анализ правовой формы корпоративного шантажа, причин его возникновения и выявление его отличий от рейдерства.

Ключевые слова: злоупотребление правом, гринмейл, рейдерство, захват, корпорация, корпоративные отношения, корпоративный шантаж.

To determine the main measures to prevent and combat abuse of rights in corporate relationships, it is necessary not only to study the features of this legal phenomenon and its causes in the historical context, but also very important to describe the main schemes, types and forms and mechanisms used for and during abuse of rights.

Keywords: greenmail, raiding, capture, corporation, corporate relations.

На протяжении многих лет крупные и средние промышленные предприятия России сталкивались с проблемой криминального рейдерства, которое, зачастую, заканчивалось не просто продажей предприятия или передачей прав на него третьим лицам, но и физической смертью владельцев. Сейчас, по словам экспертов, лицо рейдерства изменилось — на смену ему пришел «гринмейл» [1]. Гринмейл — это форма злоупотребления корпоративными правами миноритарным акционером через причинение вреда обществу путем осуществления шантажа с целью заставить акционеров или общество приобрести акции по завышенной цене и/или захвата общества. Практика ґринмейлинга впервые была применена за рубежом, в США.

Гринмейл — практика корпоративных слияний и поглощений. Это деньги, выплачиваемые агрессору, чтобы остановить акт агрессии. В случае гринмейла агрессор — это инвестор, пытающийся захватить корпорацию путем скупки большинства ее акций. Атакованная корпорация платит завышенную цену, чтобы купить акции у агрессора, известного как корпоративный рейдер. Исторически гринмейл был реакцией миноритарных акционеров (или их фракций) на произвольное поведение мажоритарных участников и руководства корпораций, которое имело место в самом начале акционерного движения. Однако он не получил широкого распространения из-за серьезного ограничения прав отдельных акционеров. Например, в удовлетворении иска будет отказано, если голосование акционера не могло повлиять на результаты принятого решения[1]. Некоторые авторы полагали, что долгое время суды выступали против «признания независимого права отдельного акционера на судебное преследование», что не совсем корректно. Конец 90-х годов ХХ века и начало нулевых развитие акционерных отношений иногда именовались «парадом миноритариев».

В Россию «гринмейл» пришел в 90-е годы вместе с приватизацией и появившейся в ее результате частной собственностью. Знаменитый Кеннет Дарт устроил борьбу за нефтяные российские активы. В 1997 году его компания «Dart Menagement» получила примерно по 10 % активов «Юганскнефтегаза», «Самара-нефтегаза» и «Томскнефти» [2].

В отличие от обычного вымогательства, гринмейлера крайне сложно привлечь к ответственности. Эта проблема давно изучена в западных странах, где деятельность в области гринмейла обычно пресекается с помощью установления крайне высоких налоговых ставок на подобные сомнительные доходы [3].

Сущность корпоративного шантажа заключается в том, что акционер, владеющий пакетом акций, размер которых не позволяет существенно повлиять на процесс управления акционерным обществом (принятия управленческих решений), путем злоупотребления своими корпоративными правами существенно затрудняет деятельность этого общества.

Корпоративный шантаж, как правило, осуществляется в рамках действующего законодательства. Если рассматривать деятельность ґринмейлеров с юридической точки зрения, то эти действия должны иметь законный характер, поскольку они трактуются как защита законных прав. Хотя на самом деле это не что иное, как продуманные и хорошо спланированные действия злоупотребления акционером или группой акционеров корпоративными правами.

Для быстрого и эффективного обогащения ґринмейлеру необходимо:

1) проанализировать состояние распределения акций (определить и ознакомиться с биографиями лиц, имеющих контрольный пакет акций; обратить особое внимание на акционеров, обладающих значительным пакетом акций (более 10 %), определить степень распыленности капитала (чем больше рассеяны акции между мелкими акционерами, тем труднее организовать общее собрание акционеров и соответственно принять решение);

2) быть хорошо осведомленным в сфере деятельности предприятия-жертвы (основательно изучить финансовую отчетность компании, определить и сосредоточить внимание на «слабых местах» компании);

3) обратить внимание на факты нарушения корпоративных прав акционеров, которые в дальнейшем могут стать союзниками при осуществлении ґринмейла или даже рейдерской атаки).

Корпоративный шантаж «гринмейл», существенно причиняя ущерб интересам коммерческой корпорации, отличается от другой формы злоупотребления правом — от рейдерства, которое представляет собой недружественное поглощение имущества, земельных комплексов и прав собственности, осуществляется с использованием недостатков, пробелов законодательства и/или коррупционным использованием государственных, административных ресурсов и силовых методов. Рейдерство как форма злоупотребления правом осуществляется с использованием законных или псевдозаконных методов. Представляет собой цепочку сложных операций, в результате которых благодаря многозначительном толкованию закона: происходит изменение законного владельца без согласия участников общества, а также вывод активов из его владения.

Рейдерство может заключаться: в перехвате управления обществом, в завладении имущественным комплексом корпорации, в консолидации пакета акций или долей общества, в заработке на разнице стоимости акций и стоимости имущества поглощаемого общества, которое после захвата может распродаваться по частям, разделении (выделении) общества и др. Корпоративный шантаж не имеет такой сложной структуры, поскольку для него характерно, прежде всего, получение необоснованно высокой цены за выход акционера (участника) из состава акционеров или участников общества. Высокая цена — средство прекращения гринмейла, например при голосовании в тупиковой ситуации (когда голоса разделились 50 % на 50 %).

Очень часто корпоративный конфликт не идентифицируется именно в форме шантажа. Внешне все выглядит как последовательное отстаивание акционером своих законных прав. Гринмейл используется не только для того, чтобы заставить компанию выкупить ценные бумаги, принадлежащие гринмейлерам. Такая форма реализации акционерных прав применялась в корпоративных отношениях США, чаще всего как средство защиты от недружественного поглощения корпорации. В некоторых случаях корпоративный шантаж может быть и способом защиты своих прав мелким акционером.

Данным видом деятельности преимущественно занимаются инвестиционные компании, осуществляющие свой бизнес в рамках проектов по недружественного поглощения. В их штате высококвалифицированные юристы, экономисты, психологи, специалисты по PR и GR.

Следует отметить, что на сегодняшний день в отечественном законодательстве отсутствует определение корпоративного шантажа, механизмов его выявления и пресечения, оценки ущерба для мажоритарных акционеров, ответственности гринмейлеров перед законом и т. п.

Вопрос соотношения ґринмейлинга с рейдерством является дискуссионным, их специфика широко обсуждается в современной теории корпоративного права, поскольку данные понятия не урегулированы законодательством. Вышеуказанные явления являются родственными, но не являются тождественными, поскольку отличаются конечной целью. Целью ґринмейла является побуждение лица, в отношении которого направлены недружественные действия, к уплате вознаграждения за их прекращение, тогда как целью рейдерства является приобретение лицом прав на имущество, или контроль над предприятием. Но ґринмейл также используется в качестве части юридической схемы, направленной на реализацию недружественного поглощения одной компанией другой. В некоторых случаях, к технологиям ґринмейла могут прибегать для защиты своих прав мелкие акционеры. Однако, в любом случае, вся эта деятельность, по меньшей мере, является злоупотреблением правом. На основе вышеизложенного, можно сделать вывод о том, что указанные понятия родственные, но не тождественны.

[Электронный ресурс] «Гринмейл» — разрушительный инструмент развития экономики России // eizh.ru URL: http://www.eizh.ru/articles/analitika/grinmeyl-razrushitelnyy-instrument-razvitiya-ekonomiki-rossii/ (дата обращения: 04.06.2020).
[Электронный ресурс] «Гринмейл»: что надо знать о корпоративном шантаже // adv-simfi.ru URL: https://adv-simfi.ru/grinmejl-chto-nado-znat-o-korporativnom-shantazhe.html (дата обращения: 04.06.2020).
[Электронный ресурс] Корпоративный шантаж (гринмейл) // kuzin-partners.ru URL: http://www.kuzin-partners.ru/node/387 (дата обращения: 04.06.2020).

[1] См.: абз. 1 части 7 статьи 49 Федерального Закона «Об акционерных обществах» от 26.12.1995 № 208-ФЗ (ред. от 04.11.2019) – «Суд с учетом всех обстоятельств дела вправе оставить в силе обжалуемое решение, если голосование акционера не могло повлиять на результаты голосования, допущенные нарушения не являются существенными и решение не повлекло за собой причинение убытков данному акционеру» // СПС «КонсультантПлюс».

Основные термины (генерируются автоматически): корпоративный шантаж, акционер, форма злоупотребления, высокая цена, завышенная цена, недружественное поглощение, общество, рейдерство.

Гринмэйл — безобидное слово с опасными последствиями

Ваша компания широко известна, успешна? Она стабильно развивается, и доходы акционеров только растут? Значит, Ваша фирма может стать предметом недружественного поглощения, жертвой так называемых рейдеров.

Понятия «рейдер», «рейдерство», «рейдерская атака» стали в последнее время чуть ли не обыденным явлением в отечественном бизнесе. В средствах массовой информации, деловой прессе мы постоянно слышим, что как той или иной компании грозит недружественное поглощение.

Теоретически, любая компания может стать жертвой рейдерского захвата. Как правило, за будущей жертвой вначале определенное время наблюдают, анализируют ее финансовое состояние, изучают «прорехи» в ведении бизнеса, которые могут способствовать поглощению. Любой промах руководства или владельцев компании может спровоцировать нападение, и компания ввязывается в настоящую корпоративную войну, со всеми ее атрибутами: с финансовыми потерями, битвами в судах, предательством (как правило, корпоративный захват бизнеса не обходится без «засланного казачка») и т.п.

Рейдер, в переводе с английского, означает «захватчик», и часто инструментами рейдеров выступают подделка документов, подкуп чиновников, должностных лиц правоохранительных органов, судебных приставов и судей, а также силовой захват предприятия.

К слову сказать, в России рейдерство было очень распространено в 2000 — 2005 годы.

Рейдеры встретили противодействие со стороны активных представителей «чистого» бизнеса, о криминальных действиях рейдеров много писалось и говорилось в СМИ, некоторые организаторы рейдерских захватов были отданы под суд, и в итоге, был принят ряд законодательных актов о противодействии рейдерству, внесены изменения в Арбитражный процессуальный кодекс, закон «об акционерных обществах», Закон «О рынке ценных бумаг» и т.п.

Если вы стали жертвой «гринмэйлера»…

Если рейдерство – это в чистом виде противоправное поведение, то другой вид недружественного поглощения – гринмэйл, не нарушает явно законодательных норм, и под действие Уголовного кодекса не подпадает, однако и он способен нанести серьезный ущерб интересам акционерного общества.

Понятие «гринмэйл», так же как и само это явление, также пришло к нам из-за рубежа, и означает буквально «зеленая почта». По сути «гринмэйл» представляет собой корпоративный шантаж, имеющий своей целью скупку акций компании по низкой цене, чтобы затем перепродать их по высокой стоимости, в зарубежных странах, гринмэйл являлся ответом миноритарных акционеров, на произвол мажоритарных участников и менеджмента крупных корпораций.

В нашей стране корпоративный шантаж приобрел свои специфические особенности, к которым можно отнести следующие:

— применение разных, в том числе незаконных методов корпоративного шантажа;

— сформировавшийся рынок услуг в этой области и большое количество компаний, предлагающих свои услуги в сфере недружественных поглощений;

— трудности с разграничением понятий «недружественное поглощение» и «корпоративный шантаж со стороны миноритария», по сути, защищающего свои права.

В самом общем виде схема «гринмэйлерства» такова.

Гринмэйлер приобретает (или уже владеет) небольшое количество акций компании (в некоторых случаях, достаточно и одной акции). Затем, шантажист следует по заранее продуманному плану, цель которого – осложнить жизнь компании, являющейся его целью.

Гринмэйлер изводит компанию постоянными требованиями о проведении внеочередных общих собраний акционеров, о предоставлении ему большого объема документов, включая финансовую и бухгалтерскую отчетность, пишет многочисленные жалобы во все государственные органы и службы об имеющихся якобы фактах нарушения его, как миноритария, прав, подает иски в суд и.п. Любую ошибку менеджмента компании гринмэйлер может использовать в своих целях.

Опасность гримейлерства достаточно велика — прежде всего, в силу ее внезапности. Часто акционерному обществу бывает очень сложно выдержать такой натиск, кроме того, силы компании распыляются, юристы компании просто вынуждены отбиваться от многочисленных запросов, жалоб, исков и т.п.

Защита от гринмэйла

Защищаться от гринмэйла можно и нужно, при этом, необходима квалифицированная юридическая помощь.

В самом общем виде мероприятия по защите акционерного общества от гринмэйла, выглядят следующим образом:

— помощь в определении структуры акционерного капитала, то есть, установить, какие пакеты акций находятся у топ-менеджмента, работников предприятия и не работающих на предприятии лиц. Последним следует уделить особое внимание, поскольку корпоративный захват бизнеса с помощью гринмэйлерства, как правило, начинается именно с них;

— проведение комплекса мероприятий по покупке акций у миноритариев. Тем самым, гринмэйлер лишится первоначального оружия – акций, поскольку мало кто из атакующих захочет приобретать сразу крупный пакет ценных бумаг;

— помощь в акции — «спрятать» акции мажоритариев, передав их пакет в номинальное держание. Гринмэйлерам будет сложнее получить информацию о действительных владельцах крупных пакетов акций, что осложнит попытки получения информации о собственниках организации и, как следствие, существенно затруднит попытки наложения судебных арестов на акции общества;

— анализ учредительных и иных внутренних документы компании, и при необходимости, разработка рекомендаций по их корректировке;

— при необходимости, участие в судебных разбирательствах, подготовка различного рода жалобы и заявления, осуществление взаимодействия с СМИ.

Как видим, перечень предлагаемых мер очень широк, и он не ограничивается лишь приведенными выше.

Главное — наиболее действенными способами борьбы с корпоративным шантажом является проведение комплекса профилактических мер, при этом система корпоративного управления компании должна быть максимально эффективной.

Для того, чтобы грамотно выстроить систему управления, целесообразно воспользоваться услугами юридического консалтинга, которые могут быть оказаны компанией, имеющей большой опыт организации противодействия недружественным поглощениям.

Все начатое дурно крепнет злом [2]

Гринмэйл как явление финансового шантажа весьма распространено в странах с развитым корпоративным правом, но это понятие не является юридическим термином и неизвестно нашей правовой науке, хотя довольно часто встречается в деловой российской лексике и практике. На фоне громких дел по захвату компаний как-то в тени остаются действия гринмэйлеров, которые, понимая негативное отношение общества к их деятельности, всегда прикрываются целями защиты прав акционеров. Может ли быть оправдан гринмэйл как средство защиты прав акционеров от неправомерных действий основного акционера? Этот вопрос связан с ответом на философский вопрос: оправдывает ли цель средства? Можно ли такими методами, как шантаж, достигать полезной для общества цели — совершенствования корпоративных отношений? На этот вопрос ответил еще Уильям Шекспир в «Макбете»: «Все начатое дурно крепнет злом». Исходя из этого гринмэйл надо рассматривать как единое явление, какими бы внешне благородными целями он ни прикрывался.

Главная цель стратегии гринмэйла — получение необоснованного обогащения либо получение отступных в имущественной или неимущественной форме за отказ от претензий, либо продажа своего пакета акций по завышенной цене, либо получение таких выгод и преимуществ, которые не могут быть им законно получены при существующих условиях хозяйственного оборота.

Главная цель стратегии гринмэйла — получение таких выгод, которые не могут быть законно получены при существующих условиях оборота.

Действия гринмэйлеров всегда содержат требования, которые не могут быть достигнуты на законных основаниях. Классический пример — случай, когда компания «Ваш финансовый попечитель», владея лишь 26 процентами акций Оленегорского ГОКа, с помощью суда попыталась стать единственным хозяином этого предприятия, помешав основному акционеру — «Северстали» (51 процент) — принимать участие в собрании акционеров. Целью «Вашего финансового попечителя» было продать свой пакет акций по «цене предложения». Получив отказ, гринмэйлер развязал войну против основного акционера. Путем подачи исков он попытался блокировать работу предприятия и сорвать годовое собрание акционеров.

В России есть ряд известных компаний и лиц, постоянных участников корпоративных конфликтов, профессиональных гринмэйлеров — это известный всему миру «инвестор» Кеннет Дарт, отечественные компании «Ваш финансовый попечитель», «Минфин» и ряд других. Установление имени компании-гринмэйлера помогает противостоять ей. Так, тот факт, что К. Дарт не стал скрывать своего имени в конфликте с «ЮКОСом», дало последнему сильные пропагандистские козыри в борьбе с шантажистом.

Тактика действий гринмэйлеров — формально придерживаясь закона, предпринять действия якобы по осуществлению своих прав, но по сути это проведение заранее спланированных акций, направленных на получение необоснованного вознаграждения, злоупотребление правом. В последнее время гринмэйлеры все чаще используют несовершенство российской судебной системы, поскольку сама судебная процедура позволяет до вынесения судебного вердикта осуществлять превентивные действия против ответчика (можно догадаться, что это мажоритарные акционеры и акционерное общество) и широко использовать сам иск как способ давления на компанию.

«Иски давления» широко используются иностранным «инвестором», преемником К. Дарта на российском рынке — У. Браудером (компания Hermitage Capital Management).

Характерным примером является иск, поданный в 2001 году Hermitage с целью оспорить дополнительную эмиссию акций Сбербанка. Истец требовал через арбитражный суд отмены регистрации эмиссии и решения наблюдательного совета, ссылаясь на Закон «Об акционерных обществах». По ст. 81 закона член наблюдательного совета общества считается заинтересованным в совершении сделки, если он занимает должность в органах управления одной из сторон этой сделки. А по ст. 83 решение о сделке с заинтересованностью, если размещается более 2 процентов голосующих акций, принимается на общем собрании акционеров «большинством голосов акционеров, не заинтересованных в сделке». Такими заинтересованными лицами, по мнению истцов, были ЦБ РФ и его работники, члены наблюдательного совета Сбербанка.

Формально используя требования закона, представители компании Hermitage «не заметили», что на момент принятия решения о размещении акций путем открытой подписки не было известно о намерении ЦБ участвовать в выкупе и о каких-то обязательствах Сбербанка продать ЦБ эти акции, т.е. никаких нарушений закона не было. Но уже сам факт оспаривания эмиссии в суде мог отпугнуть потенциальных покупателей новых акций. Нетрудно догадаться, что именно эту цель и преследовал У. Браудер.

Самый последний пример.

Компании, аффилированные с Hermitage Capital Management, пытаются через суд добиться погашения 62 процентов акций компании ОАО «Сургутнефтегаз», находящихся на балансе ее «дочек». Российское законодательство запрещает эмитенту лишь прямое владение собственными акциями, в отношении акций, находящихся на балансе дочерних предприятий, никаких законодательных ограничений не установлено, и этот законный способ используют многие российские компании-эмитенты. Так, по информации СМИ, на балансе «дочек» «Газпрома» находится 17 процентов акций материнской компании. Так что для удовлетворения иска против ОАО «Сургутнефтегаз» отсутствуют какие-либо законные основания.

Интересен не только сам факт подачи иска, но и его содержание. Иск на 99 процентов состоит из статей Федерального закона «Об акционерных обществах», а также Гражданского кодекса РФ в части правового статуса дочерних и зависимых обществ. Но эти бесспорно законные нормы права истцы используют, чтобы, как древнегреческие софисты, доказать нам, что дважды два — это пять. Вывод, который делают истцы, по смыслу заключается в том, что основное и дочернее общества есть суть одно и то же юридическое лицо! Но если это так, то почему тогда можно перераспределять имущество только дочернего предприятия в пользу материнского? Если это одно лицо, почему тогда нельзя отобрать имущество основного общества в пользу дочернего, например, заключив договор с маленькой «дочкой» «Газпрома», не обязать выполнять этот договор сам «Газпром»? Очень интересное правило открыли нам «кипрские софисты», фактически уничтожив известный всем нам принцип обособления имущества юридических лиц и разграничения ответственности основных и дочерних обществ.

Налицо полная софистика: если ОАО «Сургутнефтегаз» нарушило действующее законодательство о защите прав инвесторов, то где грозные предписания этого ведомства? Если эмитент ничего не нарушил, то чьи интересы отстаивает в суде его «эксперт»? Очевидно, пользуясь своим формальным правом подать иск к акционерному обществу, истцы прекрасно понимают, что он, по существу, удовлетворен быть не может. Действия компаний группы Hermitage — угроза смены менеджмента акционерного общества, по смыслу являются давлением на акционерное общество, «зеленой меткой».

В США в 70-80-е годы убытки крупнейших корпораций, подвергавшихся атакам гринмэйлеров, составили миллиарды долларов, поэтому гринмэйл получил негативную оценку со стороны общества и как тактика поглощения был законодательно запрещен в 1987 году. Западное бизнес-сообщество давно выработало систему защиты от «стервятников», а компании, подозреваемые в корпоративном рэкете, моментально попадают в особый, «черный» список. В США при наличии доказанного в суде факта гринмэйла большая часть прибыли, полученная в результате применения технологий корпоративного шантажа, подлежит перечислению в доход бюджета, в результате чего, например, уже упоминавшийся Кеннет Дарт отказался от американского гражданства.

Но в российском законодательстве не дано определения корпоративного шантажа, механизмов его выявления и пресечения, ответственности сторон, оценки возможности сговора менеджмента и гринмэйлера, оценки ущерба для мажоритарных акционеров, ответственности гринмэйлеров перед законом. Очевидно, что пришло время и у нас изменить правовые условия таким образом, чтобы защитить российские компании от гринмэйла, законодательно разграничить понятия корпоративного шантажа и защиты законных прав инвесторов, вкладывающих средства в российские активы.

Первоисточники:

Корпоративный шантаж (гринмейл)

Гринмейл, или, как его иначе именуют, — корпоративный шантаж, в классическом понимании представляет собой комплекс различных корпоративных действий, предпринимаемых миноритарным акционером (участников общества) в целях вынудить общество или основных его акционеров приобрести акции, принадлежавшие этому миноритарию, по весьма высокой цене. Иными словами, гринмейл является разновидностью высокоинтеллектуального вымогательства.

Первые упоминания о враждебных корпоративных действиях с целью получения отступных в отношении акционерных компаний в Великобритании относятся к 19 столетию. Сам термин «гринмейл» получил широкое распространение в 80-х годах прошлого столетия.

Схема действия гринмейлера, как правило, не отличается особым разнообразием. Сначала он приобретает небольшой пакет акций (долей) общества, а потом по заранее разработанному сценарию начинает борьбу с ним, которую ведет до тех пор, пока не получит предложение о продаже своих акций (долей) по более высокой цене.

Обычный арсенал мелкого гринмейлера включает в себя постоянные требования о проведении внеочередных общих собраний акционеров, жалобы в различные органы с целью инициировать проверки в отношении общества, его должностных лиц и крупнейших акционеров, беспричинное судебное обжалование решений и действий органов управления общества.

Случается так, что одно и тоже решение общего собрания акционеров обжалуется в нескольких судебных процессах одновременно, при этом каждый акционер-истец имеет всего по одной акции общества. Федеральный закон «Об акционерных обществах» предоставляет такие права любому акционеру, чем с большой охотой пользуются доморощенные гринмейлеры.

Аналогичные действия могут совершаться и в отношении совета директоров (наблюдательного совета) и так далее до бесконечности.

Гринмейлер без особых на то оснований использует свои права по отношению к компании, аккуратно коллекционирует допущенные нарушения и использует в своей деятельности любой промах предприятия. Не предоставленные в установленные сроки копии документов общества являются основанием для того, чтобы пожаловаться в региональное отделение органа исполнительной власти по рынку ценных бумаг, а жалоба может являться основанием для наложения на общество штрафа. Невключение части выдвинутых кандидатур в список для голосования по выборам в совет директоров (наблюдательный совет) иногда может служить основание для признания недействительным решения общего собрания акционеров.

Некоторые деятели этой сферы любят ежедневно проводить внеочередные общие собрания акционеров (участников) и каждый день избирать на них новые органы управления общества, а потом забрасывать письмами официальные органы, банки и партнеров общества, извещая их о том, что «вновь избранный состав совета директоров» или «генеральный директор» приступили к работе.

Кое-кто прославился своей пылкой привязанностью к аресту активов накануне совершения важных для общества сделок с ними. Тем более что эта задача очень легко решается с помощью определений об обеспечении абсурдных исков.

Совершено особым методом воздействия на менеджмент компании является предъявление исков к членам совета директоров (наблюдательного совета) и лицам, осуществляющим полномочия исполнительных органов в порядке ст.71 Федерального закона «Об акционерных обществах» или ст. 44 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью». Для того чтобы воспользоваться этим весьма популярным инструментом, достаточно владеть всего 1% акций или быть участником общества. Как показывает практика, с одной стороны, такого рода иски оказывают мощное психологическое воздействие на руководство общества, а с другой – этот иск, поданный с использованием «правильной» подсудности, способен на многое. Как и любой другой иск, он может быть обеспечен, например, арестом пакета акций (долей), принадлежащего генеральному директору и членам совета директоров. Все зависит от истинных намерений, фантазии и возможностей гринмейлера.

Если посмотреть на ситуацию с формальной точки зрения, то гринмейлера, очевидно упрекнуть не в чем. Все дело в том, что такие иски являются косвенными и предъявляются в защиту интересов самого предприятия. А принципиальный акционер (участник) лишь озабочен состоянием дел в обществе.

Надо отметить, что почва для упомянутого выше иска имеется практически всегда. Безудержное стремление к «оптимизации» финансовых потоков и неистребимая любовь к наличным создают эту самую почву, облегчая задачу гринмейлерам, поскольку иначе им бы приходилось ее выдумывать. Например, акционерное общество сдает помещения в аренду по цене, в десять раз меньше рыночной. Разумеется, оставшуюся часть арендной платы арендаторы оплачивают наличными в карман руководителю. Все прекрасно знают, как это происходит в жизни. Однако закон не учитывает разнообразных махинаций, а поэтому, вооружившись заключением оценщика о рыночной стоимости права аренды 1 кв.м в этом здании, даже не слишком талантливый гринмейлер может направиться, по меньшей мере, сразу в два адреса.

в суд (причем такого рода иски принимаются к рассмотрению, в том числе и судами общей юрисдикции со всеми вытекающими последствиями) с иском к генеральному директору о возмещении убытков, причиненных им обществу (кстати, если размеры сдаваемых площадей велики, то иск можно предъявить на астрономическую сумму);
в отдел борьбы с экономическими преступлениями с заявлением о возбуждении в отношении руководителей уголовного дела о злоупотреблении служебным положением по ст.201 УК РФ (кстати, если в дальнейшем ОБЭП проявит инициативу и «раскрутит» это дело, то руководителю еще не избежать и уголовной ответственности по ст. 160 УК РФ (присвоение и растрата), а поскольку за счет аренды обычно живет весь менеджмент предприятия, то и другим также не поздоровится).

Как видно, весьма простые и результативные ходы способны создать серьезные проблемы для предприятия, его менеджеров и акционеров. Причем исключительно в рамках закона, поскольку формально гринмейлер осуществляет абсолютно правомерные действия.

Таким образом, деятельность гринмейлера практически всегда направлена на дестабилизацию обстановки в обществе и нарушение его нормального функционирования. Начинают возникать различные недоразумения, партнеры вдруг отказываются отпускать комплектующие в кредит, различные правоохранительные органы являются с проверками, миноритарные акционеры заваливают общество исками, над руководителями предприятия нависает реальная угроза быть привлеченными к уголовной ответственности и т.п.

С точки зрения права, всякий гринмейлер злоупотребляет своими правами акционера (участника) по отношению к обществу, т.е. осуществляет принадлежащие ему права с единственной целью – причинить вред обществу или его основным акционерам. Однако, формальные признаки злоупотребления правом обнаружить непросто, поскольку, прикрываясь борьбой за права миноритарных акционеров, гринмейлер на самом деле борется за денежные знаки, но кто же в этом добровольно признается? А со стороны все выглядит достаточно благообразно: активный акционер отстаивает свои права, которые постоянно нарушаются вороватыми менеджерами предприятия.

Несмотря на то, что отечественный гринмейл в ходу уже более 10 лет, эта деятельность до сих пор весьма популярна. Причина в том, что, вложив некоторую сумму в покупку акций и последующие агрессивные действия, за короткий срок свои вложения можно увеличить в несколько раз.

Таким образом, на сегодняшний день гринмейл является разновидностью малоэтичного, но весьма высокодоходного бизнеса, поэтому его популярность в дальнейшем будет только расти. Для этого имеются все необходимые предпосылки.

Крупный гринмейлер – фигура куда более опасная, чем его мелкий собрат. Все дело в том, что масштабы у него иные, да и денег и возможностей, как правило, больше. Крупный гринмейлер действительно способен создать серьезные проблемы обществу, особенно, если оно не знает, каким образом можно с ним бороться. В отечественной практике серьезный и хорошо продуманный гринмейл нередко приводит к полному поглощению предприятия. А с другой стороны, неудачная попытка недружественного поглощения имеет все шансы превратиться в широкомасштабную гринмейл-компанию. Агрессор, потерпев поражение, разумеется, захочет вернуть свои деньги, потраченные на неудачный проект. В этом плане ему удобнее всего прибегнуть к гринмейлу с целью получения отступных, покрывающих все его затраты на неудачную атаку.

Эти отступные крупный гринмейлер практически всегда получает. Даже тогда, когда нет решительно никаких оснований ему платить. В этом смысле крупный гринмейлер всегда выигрывает: его действия в любом случае принесут прибыль. Ситуация парадоксальная: либо он осуществит поглощение предприятия и заработает на его перепродаже, либо он заработает на перепродаже акций (долей), которые он скупил у физических лиц или юридических лиц за несоизмеримо меньшую цену.

Таким образом, в России гринмейл и недружественные поглощения часто оказываются тесно связанными между собой. Одно может вытекать из другого. Иногда первым этапом недружественного поглощения является именно агрессивный гринмейл, который ведется с целью прощупать позиции менеджмента и основных акционеров предприятия. Поэтому на практике порой бывает сложно разобраться, что происходит на самом деле: предприятие стало объектом нападок шантажиста или на него началась атака с целью поглощения. Эта задача по силам только высококвалифицированным специалистам.

В России крайне популярной является тема национального своеобразия. Все, что только можно, рассматривается именно через эту призму. Российский гринмейл не является исключением. Он также имеет свои характерные национальные черты, наличие которых обусловлено в первую очередь очевидным несовершенством действующего законодательства и высокой степенью коррумпированности различных чиновников.

Возможности отечественного гринмейлера ограничиваются тремя объективными и одним субъективным условиям:

количеством принадлежавших ему акций (ниже приведена таблица, иллюстрирующая возможности акционера по совершению различных корпоративных действий в отношении общества в зависимости от количества принадлежащих ему акций);
бюджетом гринмейл-компании;
административным и судебным ресурсом, которым располагает гринмейлер;
креативностью мышления его сотрудников.

Как видно, соответствующие ресурсы занимают в арсенале гринмейлера далеко не последнее место. С помощью заранее спланированного и подготовленного визита на «подшефное» предприятие не совсем честных представителей правоохранительных органов можно добиться удивительного взаимопонимания на переговорах о продаже небольшого пакета акций. Милицию у нас, традиционно боятся, особенно тогда, когда понимают, она пришла не просто так, а с совершенно определенной целью: «найти и обезвредить».

Абсолютно аналогично складывается ситуация с различными судебными определениями. Самый гуманный суд в мире может запросто наложить запрет на отчуждение любого имущества АО. Указанное означает, что даже готовую продукцию предприятия уже нельзя свободно реализовать. О том, какие убытки может это причинить, не нужно гадать. Но одно совершенно ясно: за всем этим, как правило, стоит гринмейлер. Чем хуже ситуация на предприятии, тем больше денег и в более короткие сроки он сможет получить за свои акции.

В заключении следует отметить, что такое явление, как гринмейл, несмотря на истинные свои цели, имеет и некоторые положительные стороны. Приведенный пример с занижением арендной платы по своей сути является самым банальным воровством, причем деньги, проходящие мимо кассы предприятия, оседают в карманах его руководителей. Акционеры от таких «схем оптимизации финансовых потоков», очевидно, лишаются своих дивидендов. После атаки гринмейлера руководители, как правило, долго не решаются возобновить свои финансовые махинации.

Оптимизация налогообложения

Корпоративное право

Суды и арбитраж

Купля продажа готового бизнеса

Таможенное право

Субсидиарная ответственность

Раздел имущества, бизнеса между супругами

Оспаривание кадастровой стоимости объектов недвижимости и земельных участков

Недвижимость, земля, строительство

Налоговые споры

Реструктуризация бизнеса

Технологии недружественных поглощений. Как бороться в рейдерством?

Сегодня обострение конкуренции наблюдается в самых разных секторах экономики и на разных уровнях: на мировых рынках, на рынках отдельных стран и на региональных рынках. Ужесточение конкуренции подталкивает компании к укрупнению. Одни выбирают ускоренный рост, за счет заимствований или привлечение инвесторов, другие выбирают путь слияний и поглощений.

По данным экспертов ежегодно в России происходит около 2000 слияний и поглощений. Но часто «захватчика» не интересует ни развитие производства, ни благополучие работников, ни судьба самого предприятия. Не ушла в прошлое и практика захвата предприятий с целью получения контроля над финансовыми потоками или возможности перепродажи ценных производственных активов. В настоящее время практически любое предприятие, рыночная стоимость активов которого превышает 5 млн. долларов, либо среднегодовой доход приближается к 10 млн. долларам, может стать объектом попытки захвата или недружественного поглощения.

По опыту работы компании «Аюдар» с клиентами, технологии предпринимавшихся против них попыток недружественного поглощения постоянно видоизменяются. Они могут включать в себя работу с миноритарными акционерами с целью скупки акций, использование судебных исков для ареста части акций, изъятие у независимых регистраторов реестра акционеров для проведения манипуляций с ним, с целью проведения нужных решений на собрании акционеров, возбуждение процедуры банкротства и получение контроля над предприятием путем назначения своего арбитражного управляющего. Применяются и иные способы как юридически законного использования имеющихся в законодательстве противоречий, так и вполне криминальных схем, только формально опирающиеся на положения одних законов и юридических норм, а на деле грубо нарушающие многие другие.

По мере взросления российского бизнеса, его перехода к общепризнанным моделям развития и с развитием законодательства, регламентирующего работу акционерных обществ, а также с усилением контроля за соблюдением компаниями законодательства, регулирующего различные стороны деятельности экономических субъектов (от уплаты налогов до соблюдения экологического законодательства), в российской деловой практике стали появляться и гринмейлеры. Скупив небольшой пакет акций, они получают доступ к внутренней отчетности предприятия, и если в ней есть нарушения, шантажируют руководство предприятия, требуя выкупить свой пакет с большой премией. Эффективно бороться с гринмейлом не всегда умеют и в развитых странах. В России эта проблема осложняется невозможностью составления по западному опыту даже «черных списков» гринмейлеров, потому что у нас менеджмент и собственники предприятия очень часто до последнего не знают, кто их захватывает или становится акционером предприятия.

В качестве примера можно привести Центр химии лекарственных средств – государственное унитарное предприятие, занимающееся научными исследованиями. Директор Центра был противником приватизации данного института, так как она должна была состояться по бросовым ценам. После чего в деятельности Центра были найдены незначительные нарушения, которые и стали основанием для совершения рейдерской атаки. Руководители организации совместно с представителями региональной власти обратились в прокуратуру, но получили ответ, что в этих действиях не усматривается нарушений и нет оснований для прокурорского реагирования. Таким образом, сама система нынешнего законодательства препятствует предотвращению захватов и защите предприятий.

Сегодня в поправках нуждаются около 10 законов. Ведь до сих пор нет такого понятия, как «корпоративный спор» или точного определения «недружественного захвата». Сейчас действия рейдеров квалифицируются тремя статьями Уголовного кодекса РФ: ст. 159 (мошенничество), ст. 330 (самоуправство) и ст. 327 (подделка документов). Нет необходимости создавать новые законы. Следует просто исключить лазейки в действующем законодательстве.

С одной стороны, государство прислушивается к мнению экспертов, утверждающих, что для повышения конкурентоспособности российские компании должны укрупняться, и поэтому опасается затруднить процесс поглощения более эффективными компаниями менее эффективных. С другой стороны попытки совершенствования законодательства для уменьшения возможности захвата чужих активов наталкиваются на мощное противодействие лоббистов от бизнеса, построенного на переделе собственности, и поэтому очень редко приводят к действенным результатам.

Российское рейдерство резко отличается от западного, хотя подобное явление является общемировым. Рынок слияний и поглощений в России намного более криминализован. Помимо рыхлости и несовершенства законодательной базы, рейдерству способствует коррупция чиновников и правоохранительных органов, которая существенно облегчает деятельность захватчиков: ведь на каждом документе должна стоять подпись некоего должностного лица. Во многих странах, например, создают черный список рейдеров, и это помогает.

Что касается возможных схем защиты, то, хотя каждый случай захвата уникален, существует ряд общих механизмов:

• Первое направление — юридическая оборона, когда выстраивается четкая схема управления предприятия, существование чистой и прозрачной истории приватизации.

• Второе направление — социальные меры: работа с трудовым коллективом, а также с профсоюзами, бывшими сотрудниками и пенсионерами предприятия, которые имеют на руках небольшое количество акций и всегда готовы их продать.

• Необходимо формирование позитивного имиджа предприятия, занятия благотворительностью, работа со СМИ и хорошие связи с местными регистрирующими органами.

• Финансовая оборона — четкая налоговая и финансовая отчетность; притом, что нет предприятий без нарушений в финансовой сфере, нельзя дать возможность рейдерам воспользоваться ими. Необходимо аккуратное обращение с кредиторской и дебиторской задолженностью.

• Имеют значение и административные меры: при этом стоит учитывать, что этот вопрос достаточно проблематичен, в связи с упоминавшимся высоким уровнем коррупции.

• Имеют значение и чисто практические меры — надежная и эффективная охрана здания, которое может стать объектом силового захвата, так как в большинстве случаев рейдеров интересует не производство, не интеллектуальная собственность, а именно недвижимость.

В современной России есть собственность, но не сформирован институт собственности. Нет четкой нормативно-правовой базы, защищающей собственников, в том числе и в их коммерческой деятельности. Необходимо провести четкую границу между добросовестными и недобросовестными поглощениями, определить понятие «недружественный захват предприятия», ввести его в юридический оборот. Кроме того, необходимо создать общегосударственный реестр акционеров и центральный национальный депозитарий публичных акционерных обществ, с тем, чтобы эффективнее защищать права собственников.

Защита бизнеса на корпоративном уровне (когда предприятие самостоятельно или с помощью приглашенных консультантов организует «оборону») должна дополняться системной защитой экономических субъектов от попыток «передела собственности» на уровне законодательства. Именно законодательство должно поставить жесткие рамки, в которых органы власти могут и должны действовать и четко определить процедуру вмешательства органов власти, чтобы чиновники не могли самостоятельно решать, на какой стороне им играть, в случае корпоративного конфликта. При этом выработка практических рекомендаций по законодательным инициативам должна в обязательном порядке опираться не только на общепринятые в цивилизованном мире законодательные принципы, но и на практический опыт экспертов по противодействию враждебным поглощениям, чтобы соединить мировой опыт со спецификой российской экономики.

Слияния и поглощения в России. Использование информации

Настоящий сайт, размещенная на нем информация, текстовые и графические материалы, средства индивидуализации, а также любые связанные с ними права принадлежат ООО Сбондс.ру (далее — Cbonds Group). Воспроизведение, изменение, распространение или иное использование указанной информации, полностью или частично, другими лицами без письменного согласия Cbonds Group запрещено.

Cbonds Group вправе без предварительного уведомления вносить изменения в любые разделы настоящего сайта, а также обновлять содержимое или прекращать работу отдельных разделов сайта или сайта целиком в любое время по своему собственному усмотрению.

Cbonds Group предпринимает разумные меры по сохранению конфиденциальности любой информации, которая может время от времени передаваться через данный сайт и, при этом, вправе использовать такую информацию, включая, помимо прочего, персональные данные, для предоставления информации об услугах Cbonds Group, а также раскрывать такую информацию своим работникам, представителям, агентам или аффилированным лицам, а также государственным органам, требующим раскрытия такой информации на законном основании.

Информация, размещенная на данном сайте, не предназначена для распространения или использо-вания в любом государстве или юрисдикции, где ее распространение является противоречащим применимому законодательству и/или требует какой-либо регистрации со стороны Cbonds Group.

Информация, содержащаяся в материалах настоящего сайта, если специально не оговорено иное, носит информационный вспомогательный характер и/или является исключительно частным суж-дением специалистов Cbonds Group, не является рекламой каких-либо финансовых инструментов, продуктов или услуг или предложением/рекомендацией совершать операции на рынке ценных бумаг, а равно не может быть использована в качестве допустимого доказательства при урегулировании споров в судебном или во внесудебном порядке.

Любые инвестиции в ценные бумаги, иные финансовые инструменты или объекты, упоминаемые в материалах сайта, могут быть связаны со значительным риском, могут оказаться неэффективными или неприемлемыми для той или иной категории инвесторов. Необходимо обладать определенными знаниями и опытом в финансовых вопросах, в вопросах оценки преимуществ и рисков, связанных с инвестированием в тот или иной финансовый инструмент.

Cbonds Group предпринимает разумные усилия для получения размещаемой на сайте информации из источников, по ее мнению, заслуживающих доверия, но Cbonds Group не делает никаких заверений в отношении того, что информация или оценки, содержащиеся на настоящем сайте, являются достоверными, точными, своевременными или полными.

Ни Cbonds Group, ни кто-либо из ее работников, представителей, агентов или аффилированных лиц не несет ответственности:
• в отношении финансовых результатов, полученных в практической деятельности на основании использования информации, содержащейся на настоящем сайте;
• за достоверность любой информации, приведенной в составе правомерно размещенных на сайте материалов из внешних источников, и любые последствия использования этой ин-формации;
• за убытки, вызванные или возникшие в связи с настоящим сайтом, доступом к нему или невозможностью такого доступа, его использованием, неисправностями или перерывами в работе сайта или в результате какого-либо иного действия или бездействия сторон, вовлеченных в создание сайта или предоставления данных, содержащихся на сайте, независимо от того, контролирует ли Cbonds Group, привлеченные Cbonds Group лица либо поставщики программного обеспечения или услуг обстоятельства на это влияющие;
• за убытки, причиненные компьютерным вирусом во время передачи или получения доступа к услугам или информации на настоящем сайте, или же причиненные другим компьютерным кодом или программным средством, которые могут использоваться для получения доступа, уничтожения информации, повреждения, прерывания или создания другой помехи для работы настоящего сайта или программного, аппаратного обеспечения, информации или имущества любого пользователя.

Некоторые интернет-сайты могут содержать указатели для перехода на данный сайт, при этом, Cbonds Group не несет ответственность за содержание таких сайтов или за предлагаемые через них продукты или услуги, равно как за убытки любого рода, возникающие в связи с доступом, использованием, функционированием или соединением с другими интернет-сайтами, осуществленными с настоящего сайта.

Любые риски, вызванные или возникшие в связи с использованием настоящего сайта, несут исключительно его посетители.