Чем опасно распространение фейковой информации

Сила уже не в правде? Как мир накрыла волна фейков и почему им верят

Мир сегодня — мир постоянной лжи. Лжи, которая не просто комфортно устроилась в беспрерывном информационном потоке, но которая оттеснила правду на задний план. На фоне объективной подачи новостей, аргументированных опровержений и установленных фактов наиболее ярко выделяются именно фейки.

Фейковые новости прочно вошли в нашу реальность и очень скоро переросли из безвредной дезинформации в настоящую опасность: яркие, с броским заголовком, они оказывают на умы людей негативное воздействие, меняют образ мышления, деформируют картину мира и устанавливают в сознании отдельные «инкубаторы», в которых рождается навязанное извне представление о «действительности». Такую характеристику фейков нельзя назвать преувеличенной. Для борьбы с ними во многих странах вводятся специальные законы, предусматривающие не только административную, но и уголовную ответственность, и Россия в этом вопросе не стала исключением.

Но откуда появились фейки, как их распознать и почему сила уже давно не в правде?

Как это ни странно, но фейки — или то, что в российском политическом пространстве принято называть «утками», — не что иное как следствие. Фейковые новости стали частью реальности только потому, что эпоха, в которой мы живем, представляет собой отличный плацдарм для их формирования и последующего распространения. Мир постправды открыл широкий простор для фейков, лжи, «уток» и вбросов; он видоизменил информационный поток, введя новые требования к составлению новостей: апелляция к рефлексам и чувствам и преследование, в первую очередь, определенной цели. Сегодня достоверность и фактология отходят на второй план — первую скрипку перехватывает эмоциональное заискивание перед потребителями контента, и тогда объективное восприятие теряет свое значение и проигрывает манипуляциям, сознательному обману.

Понятие «постправды» гораздо шире в своих смысловых пределах, чем сам фейк: иными словами, фальшивые новости — это «детище» сегодняшней эпохи, продукт современной реальности. Для более наглядной демонстрации этой тенденции можно привести следующее сравнение: талантливый художник создает произведение искусства, которое привлекает к себе внимание, остается в истории и формирует вокруг себя круг поклонников. Среди них находится человек, решающий скопировать стиль автора, имитировать почерк другого мастера, — и тогда на свет появляется так называемый пастиш — вторичная работа, которую можно рассматривать только в контексте оригинала, но никак не самостоятельную единицу творчества. Феномен постправды позволяет такой мимикрии затмить объект вдохновения. Фейк — вторичное — занимает главенствующее положение над первичным — правдой.

Как и любая ложь, фейки требуют тщательной проработки всех деталей, отдельную модель функционирования. Технология создания фейковых новостей базируется на негативных эмоциях человека: для того, чтобы «утка» возымела необходимый эффект, необходимо попасть в болевую точку аудитории — будь то проблемы в личной жизни, отсутствие уверенности в завтрашнем дне или кризисное состояние действительности. Деструктивный характер фейков позволяет неправдивой информации в буквальном смысле захватить умы людей — рядовой пользователь интернета будто забывает о способности критически мыслить и анализировать полученные сведения, сверять факты и проверять источники. Негативные эмоции поглощают рациональную часть сознания, а быстрому распространению фейковых новостей способствует кризисная обстановка вокруг. Именно по этой причине не соответствующие реальности вбросы и «утки» особенно сильно проявляются во время всеобщих волнений, когда паника, недовольство, страх и прочие низменные чувства становятся главными двигателями в восприятии человека и переходят в категорию навязчивых мыслей — обсессию.

Однако это лишь необходимый фон для культивирования фейков — далее за дело берутся определенные группы, выполняющие поставленную задачу. Нельзя забывать: фальсификация новостей — это, в первую очередь, попытка достичь конкретных целей, и, как показала история, зачастую политических.

Предвыборные кампании бывшего президента США Дональда Трампа прославились за счет огромного количества фейковых новостей, которые распространял не только сам кандидат, но и отдельные граждане. По подсчетам газеты The Washington Post, только с момента вступления в должность по ноябрь 2017 года республиканец успел произвести на свет 1628 ложных или вводящих в заблуждение заявлений. Кроме многочисленных постов на своей странице в Twitter, нацеленных на повсеместное закрепление фейков, Трамп использовал целые научно-исследовательские центры и аналитические компании, занимающиеся таргетированием и сбором данных о той или иной аудитории, — Matrix, Palantir, Cambridge Analytica.

Тем не менее технология фейковых новостей подвластна и обычным гражданам: так, 9 ноября 2016 года, на следующий день после выборов в США, блогер с небольшим количеством подписчиков Эрик Такер опубликовал в Twitter фотографию, на которой запечатлел ряд автобусов. Свой пост Такер подкрепил утверждением, что протесты против Трампа организовывают по заказу, а доказательство тому — общественный транспорт, на котором «привезли митингующих».

Тот самый твит. Перевод: «Протестующие против Трампа в Остине собрались явно не сами. Вот автобусы, на которых их привезли». Фото: austinchronicle.com

Новость оказалась очередным вбросом, но за несколько дней произвела колоссальный эффект, вызвав огромный поток ненависти по отношению к Демократической партии США. Для того, чтобы хоть как-то смягчить возникшее недовольство, компания Tableau Software, которая заказала автобусы для участников конференции разработчиков программного обеспечения, сделала официальное опровержение. Однако в случае с фейком доказательства обратного уже не так важны: по остаточной инерции сфальсифицированная новость будет и дальше разлетаться по интернету, перекочевывая из одного издания в другое и обрастая дополнительными деталями.

Алгоритм создания фейка оказывается одновременно и трудоемким, и незамысловатым. Сложность заключается в том, чтобы точно попасть в волнующую всех тему, которая станет своеобразным «триггером» для бурной эмоциональной реакции. Затем необходимо придумать громкий — кликбейтный (то есть захватывающий внимание читателя любыми способами) заголовок, усилить его реальными фотографиями, упоминанием существующих личностей и достоверными фоновыми подробностями. После этого наступает финальная часть конструирования фейка: гиперболизация самого события, сознательное замалчивание контекста и фактов.

Специальная военная операция РФ на территории Украины продемонстрировала, насколько опасны фейки для самосознания не только человека или общества, но и для всего мира в целом. При этом здравомыслящие люди нередко ощущают диссонанс, потому что фейковые новости, несмотря на нелепость и анекдотичность содержания, все равно находят свою аудиторию — иногда в лице западных СМИ.

30 марта газета New York Post выпустила на своих страницах материал с привлекающим внимание заголовком: «Россия продолжает бомбить украинские города, несмотря на заявление о мире». В деталях расписывая бесчеловечность российских военных, нарушивших собственные обещания о деэскалации конфликта, американские журналисты сознательно или случайно не проверили источник происхождения видео. В первоисточнике фигурировал полуразрушенный дом в ДНР, удар по которому нанесла украинская сторона. Причем фальсификацию новости в американских СМИ выдавало и прикрепленное к видеоролику название — «Кадры, снятые с беспилотника, показывают повреждения жилых зданий после обстрела в Донецке».

Появляется стойкое ощущение, что фейки разрабатываются уже не так профессионально и тщательно, как это было несколько лет назад, однако при этом (что удивительно) их эффект остается крайне сильным. На примере с, казалось бы, авторитетным американским изданием становится очевидно, что настоящие «декорации» фальсифицированной новости — реальные кадры с Украины, фотографии разрушенных зданий и улиц — придают «утке» правдивый вид. Изображение дома в ДНР и последствия обстрела украинскими войсками попадают в болевую точку западной аудитории: возникает непреодолимое чувство страха и тревоги. Каркас фейковой новости готов — остается лишь вывернуть факты наизнанку, упомянуть в тексте безжалостность России и выдать Донецк за Киев и Чернигов. Туман боевых действий не позволяет читателям более внимательно отнестись к деталям, а нацеленность фейка на негативные эмоции окончательно лишает человека способности критически оценивать качество информации.

Как результат — рост всеобщего недовольства и очередной повод обвинить Россию в антигуманности, подготовить новый пакет санкций и призвать мировое сообщество бойкотировать РФ. Чем не политическая цель?

В то же время некоторые страны используют спецоперацию для создания конкретной атмосферы внутри своего общества. Так, шведский телеканал TV4 принялся тиражировать фейк о том, что два российских самолета, предположительно нарушивших воздушное пространство Королевства, были оснащены ядерным оружием, и этот акт призван устрашить скандинавское государство. По словам профессора Дипломатической академии МИД РФ Владимира Винокурова, это невозможно: оборудование летательных аппаратов подобными боеголовками осуществляется исключительно по специальному указанию, поводов для которого не было.

Однако аргументированное опровержение остается незамеченным, и фейк превосходно справляется со своей задачей — усилить антироссийские настроения среди шведов и оправдать целесообразность вступления страны в НАТО. Налицо — первоклассное воздействие на психологическое состояние населения при помощи «ядерного оружия», сообщить о котором шведские журналисты решили спустя месяц после того, как «самолеты РФ незаконно пересекли воздушное пространство Королевства». Тем не менее этот факт ускользает от внимания читателей — равно как и то, что перелеты между Калининградской и Ленинградской областями происходят над нейтральными водами.

Борьба с фейками — это одна из центральных тем в контексте управления информационным полем и его содержательным пластом. Пока мировое сообщество вырабатывает стратегию контроля над ложными новостями, в наших силах остается возможность вовремя распознать «утку» и не позволить деформировать свое представление о мире. Существует несколько основных методик, согласно которым нужно всегда обращать внимание на:

заголовок, его возможную броскость и эпатажность;

источники и их авторитетность;

старые фотографии низкого качества;

отсутствие объективного освещения темы, наличие лишь одной точки зрения;

опечатки в тексте, сомнительный адрес домена.

Остановить распространение фейков невозможно — они уже безоговорочно принадлежат современной реальности. Но не дать себя обмануть — доступная опция. Главное — подвергать любую информацию сомнению и критическому анализу, и тогда за яркими вывесками и пугающими заголовками станет видна зияющая пустота лжи. А значит, истина где-то рядом.

«Фейковые новости» как угроза национальной безопасности и инструмент информационного управления Текст научной статьи по специальности «СМИ (медиа) и массовые коммуникации»

ПОЛИТИКА / ФЕЙКОВАЯ НОВОСТЬ / ФЕЙК / ИНФОРМАЦИЯ / ИНФОРМАЦИОННАЯ ВОЙНА / ПОЛИТИЧЕСКАЯ ПОВЕСТКА / БЕЗОПАСНОСТЬ / POLITICS / FAKE NEWS / FAKE / INFORMATION / INFORMATION WAR / POLITICAL AGENDA / SECURITY

Аннотация научной статьи по СМИ (медиа) и массовым коммуникациям, автор научной работы — Манойло Андрей Викторович

Настоящая статья посвящена природе происхождения и принципам действия так называемых фейковых новостей сообщений заведомо ложного резонансного характера, способных вызвать в обществе ажиотаж вокруг несуществующего (создаваемого этими же новостями) информационного повода. В сочетании с вирусными технологиями и механизмами распространения в СМИ и социальных сетях фейковые новости в современных политических кампаниях становятся опасным инструментом воздействия на массовое сознание граждан. Основной задачей фейковых новостей в современных политических кампаниях и процессах становится перехват политической повестки с ее последующим замыканием на информационный повод, генерируемый самой фейковой новостью, а также создание вокруг этого информационного повода всеобщего ажиотажа. В отдельных случаях фейковые новости могут использоваться экстремистами для формирования социально-политической напряженности, провоцирования паники, протестных настроений, что создает существенные угрозы национальной безопасности .

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Fake News as a Threat to National Security and as a Tool of Information Management

This article examines the nature of the origin and functional principles of so-called fake news reports that are deliberately false in nature which can create a stir in a society around a non-existent informational case born of the same news source. In combination with viral technologies and mechanisms of distribution in the media and social networks, fake news in modern political campaigns is becoming a dangerous tool for influencing the mass consciousness of societies. The main task of fake news in modern political campaigns and processes is the interception of the political agenda, with its subsequent closure to the news feed generated by the fake news itself, as well as the creation of general excitement around the given news story. In some cases, fake news can be used by extremists to create socio-political tensions, provoke panic and raise protest sentiments, which can create significant threats to national security .

Текст научной работы на тему ««Фейковые новости» как угроза национальной безопасности и инструмент информационного управления»

ВЕСТН. МОСК. УН-ТА. СЕР. 12. ПОЛИТИЧЕСКИЕ НАУКИ. 2019. № 2

Андрей Викторович Манойло,

доктор политических наук, профессор кафедры российской политики факультета политологии МГУ имени М.В. Ломоносова (Ленинские горы, д. 1, 119991 Москва, Россия), e-mail: 9315891@gmail.com

«ФЕЙКОВЫЕ НОВОСТИ» КАК УГРОЗА НАЦИОНАЛЬНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ И ИНСТРУМЕНТ ИНФОРМАЦИОННОГО УПРАВЛЕНИЯ

Настоящая статья посвящена природе происхождения и принципам действия так называемых фейковых новостей — сообщений заведомо ложного резонансного характера, способных вызвать в обществе ажиотаж вокруг несуществующего (создаваемого этими же новостями) информационного повода. В сочетании с вирусными технологиями и механизмами распространения в СМИ и социальных сетях фейковые новости в современных политических кампаниях становятся опасным инструментом воздействия на массовое сознание граждан. Основной задачей фейковых новостей в современных политических кампаниях и процессах становится перехват политической повестки с ее последующим замыканием на информационный повод, генерируемый самой фейковой новостью, а также создание вокруг этого информационного повода всеобщего ажиотажа. В отдельных случаях фейковые новости могут использоваться экстремистами для формирования социально-политической напряженности, провоцирования паники, протестных настроений, что создает существенные угрозы национальной безопасности.

Ключевые слова: политика, фейковая новость, фейк, информация, информационная война, политическая повестка, безопасность.

Andrey Viktorovich Manoylo,

Doctor of Political Science, Professor, Russian Politics Program, Political Science Department, Lomonosov Moscow State University (Leninskie Gory 1, 119991 Moscow, Russia), e-mail: 9315891@gmail.com

FAKE NEWS AS A THREAT TO NATIONAL SECURITY AND AS A TOOL OF INFORMATION MANAGEMENT

This article examines the nature of the origin and functional principles of so-called fake news — reports that are deliberately false in nature which can create a stir in a society around a non-existent informational case born of the same news source. In combination with viral technologies and mechanisms of distribution in the media and social networks, fake news in modern political campaigns is becoming a

dangerous tooI for influencing the mass consciousness of societies. The main task of fake news in modern political campaigns and processes is the interception of the political agenda, with its subsequent closure to the news feed generated by the fake news itself, as well as the creation of general excitement around the given news story. In some cases, fake news can be used by extremists to create socio-political tensions, provoke panic and raise protest sentiments, which can create significant threats to nationaI security.

Key words: politics, fake news, fake, information, information war, political agenda, security.

В настоящее время проблема защиты российского общества от деструктивного воздействия вбрасываемой в информационное пространство заведомо ложной информации (так называемых «фейк ньюс») приобретает особую актуальность. Сегодня любую катастрофу или террористический акт сопровождает вброс фейковых новостей, провоцирующих нагнетание страха и панику среди населения, распространение слухов и домыслов, создающих опасность политической дестабилизации общества. В политической сфере фейковые новости стали инструментом информационной войны. В этих условиях государство нуждается в надежных методах и технологиях противодействия фейковым новостям и тому деструктивному влиянию, которое они оказывают на общество (особенно в кризисных ситуациях). При этом решение данной проблемы осложняется фактическим отсутствием в российской политической науке фундаментальных исследований, посвященных именно формам, методам и технологиям противодействия распространению фейковых новостей и их влиянию на российское общество.

В российской политологической литературе термин «фейко-вые новости» используется со времени избирательной кампании президента США Д. Трампа (с конца 2016 г.). О значении фейковых новостей и их влиянии на общество и политику свидетельствует то внимание, которое российское государство уделяет проблеме законодательного регулирования информационного пространства («суверенизация интернета») и противодействия распространению фейковых новостей1. В научном плане фейковые новости и их влияние на формирование общественного мнения представляют собой малоизученный феномен, требующий глубокого и фундаментального политико-философского осмысления. Исследователям предстоит

1 Так, Государственная Дума Российской Федерации на пленарном заседании

7 марта 2019 г. приняла в третьем, окончательном чтении поправки в Закон «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» и изменения в Кодекс об административных правонарушениях, направленные на противодействие фейковым новостям.

выработать точное научное определение этого явления, определить его социальную и политическую значимость, характер и степень влияния на современные общественные отношения и процессы, сопоставить его с другими общественно-политическими явлениями, близкими по природе и происхождению. Фейковые новости нуждаются не только в дефиниции, но в классификации и типологизации, а также в разработке собственного методологического аппарата, позволяющего исследовать данный феномен в среде его бытования.

В зарубежных исследованиях постепенно формируется определенное отношение к фейковым новостям как к объекту политологического анализа. Так, Г. Пенникук, Т. Кэннон и Д.Д. Рэнд считают, что под фейковой новостью следует понимать полностью сфабрикованный контент, выдаваемый за фактический2, способный создать «иллюзию правды», но при этом обладающий низким уровнем правдоподобности. М. Верстраете, Д.Э. Бамбауэр и Дж.Р. Бамбауэр относят к фейковым новостям пропаганду, сатиру и троллинг3. Й. Дрексл связывает феномен фейковых новостей с политикой «постправды», распространяемой интернет-посредниками типа «Фейсбука», «Твиттера» и др.4 Я. Шнелленбах указывает, что граждане часто нуждаются в фейковых новостях для того, чтобы подтвердить свои собственные убеждения и опасения5.

При этом многие авторы утверждают, что фейковые новости, их распространение в социальных сетях и порождаемые ими эффекты необходимо контролировать на государственном уровне6. Однако на этот счет существует и другое мнение: так, Л. де Лима Карвальо считает, что контроль за фейковыми новостями может создать «угрозу свободе выражения мнений» в онлайн-пространстве7. Анализ работ показывает, что научное осмысление феномена фейковых новостей

2 Pennycook G., Cannon T., and Rand D.G. Prior Exposure Increases Perceived Accuracy of Fake News // Journal of Experimental Psychology: General. 2018. Vol. 147. No. 12. P. 1865-1880.

3 Verstraete M., Bambauer D.E., and Bambauer J.R. Identifying and Countering Fake News // Arizona Legal Studies Discussion Paper. 2017. No. 17-15. URL: https:// ssrn.com/abstract=3007971

4 Drexl J. Economic Efficiency versus Democracy: On the Potential Role of Competition Policy in Regulating Digital Markets in Times of Post-Truth Politics // Reconciling Efficiency and Equity: A Global Challenge for Competition Policy / Eds. D. Gerard and I. Lianos. Cambridge: Cambridge University Press, 2019. P. 242-268.

5 Schnellenbach J. On the Behavioural Political Economy of Regulating Fake News // ORDO: Jahrbuch fur die Ordnung von Wirtschaft und Gesellschaft. 2018. Vol. 68. No. 1. P. 159-178.

6 Metaxa-Kakavouli D., and Torres-Echeverry N. Google’s Role in Spreading Fake News and Misinformation // SSRN. 2017. November 5. URL: https://ssrn.com/ abstract=3062984

7 Lima Carvalho, L. de. The Case Against Fake News Gatekeeping by Social Networks // SSRN. 2017. November 1. URL: https://ssrn.com/abstract=3060686

в западной научной среде еще не вышло за пределы поиска точного определения «fake news» и политико-философского осмысления феномена «постправды», в то время как на практике фейковые новости и сопряженные с ними технологии уже активно применяются политтехнологами во внутренних и внешних политических кампаниях, в том числе связанных с выборами президента США (в 2016 г.).

Вместе с тем необходимо отметить, что фейковые новости существовали и до выборов президента США 2016 г., когда на них стали обращать пристальное внимание. Примером фейковых новостей могут служить такие информационные поводы, как эпидемии «атипичной пневмонии», «птичьего» и «свиного» гриппа, порождавшие ажиотаж и панику даже не в национальных, а в поистине глобальных масштабах. При этом жертвами эпидемии «атипичной пневмонии» во всем мире стало всего около 1100 человек, тогда как от обычного гриппа в мире ежегодно погибает около 400 тыс. человек (т.е. в 400 раз больше).

В целом природа фейковых новостей и механизмов их распространения и влияния на сознание людей довольно проста.

Фейковая новость — это информационный вброс специально подготовленной информации заведомо провокационного и резонансного характера. При этом сам фейк может содержать как заведомо ложную, так и истинную (верифицируемую) информацию, вырванную из контекста конкретной беседы, разговора или выступления.

Цель фейковой новости — создание ажиотажа вокруг мнимого информационного повода, создаваемого вбросом заведомо провокационной информации, имеющей резонансный характер. Основной задачей фейковой новости при этом становится перехват информационной повестки и замыкание ее на себя, с тем чтобы содержание фейка на некоторое время стало навязчивой идеей, подчиняющей себе сознание человека, подпавшего под влияние фейковой новости. Если информационная повестка перехвачена и общество зациклилось на обсуждении фейка — главная задача фейковой новости выполнена. Вместе с тем в отдельных случаях фейковые новости могут использоваться и для провоцирования паники, массовых беспорядков, дискредитации публичных политиков и общественных деятелей, пропаганды деятельности террористов и экстремистов. Особенно широко фейковые новости применяются в современных операциях информационной войны.

Механизмы распространения фейковых новостей предельно просты: фейки, содержащие информацию заведомо провокационного характера, оказывающую сильное («взрывное») влияние на эмоциональную сферу граждан, распространяются в обществе так называемым вирусным способом — благодаря эффекту «эмоционального

заражения». Суть этого способа в том, что человек, попавший под влияние фейковой новости, быстро достигает пограничного состояния (высшей точки эмоционального возбуждения). Фейк вызывает у человека эмоциональный резонанс, и в этот момент у него появляется настоятельная потребность немедленно поделиться этой резонансной новостью со своими «контактами» из ближнего круга общения (родными, близкими, лучшими друзьями, доверенными лицами). Иными словами, человек, «заразившийся» фейковой новостью, становится ретранслятором фейка на новые аудитории, «заражая» сначала свое ближайшее окружение (которое доверяет ему), а затем и дальний круг своего общения, включая контакты и контакты контактов своих друзей. В результате фейк начинает распространяться по сетям и личным доверительным каналам своих коммуникаторов как вирусная инфекция, передаваемая от человека к человеку через личный информационный контакт. По сути, весь секрет эффективности «фейк-ньюс» — это резонансный характер содержащейся в фейке информации плюс вирусный механизм распространения.

Довольно часто фейковые новости распространяются в качестве «пробных шаров» — в тех случаях, когда ньюсмейкер сначала вполне серьезно вбрасывает в публичное пространство какую-то резонансную новость, «взрывающую» общество, а потом сознательно дезавуирует ее значение, заявляя, что он «пошутил». Примером может служить информационная атака политического консультанта М.Ю. Виноградова на Г.А. Зюганова (3 апреля 2019 г.). Виноградов опубликовал список возможных преемников Зюганова8. Атака «захлебнулась» в самом начале, информационную повестку она не перехватила, ажиотажа не вызвала. Сам Виноградов утверждал, что делает такие вбросы «для смеха».

Однако далеко не всегда фейковые новости используются только для получения пиар-эффекта. Примером могут служить недавние события в Венесуэле, где оппозиция, напрямую поддерживаемая США, стремится отстранить от власти законного президента страны. Для организации государственного переворота в стране венесуэльский прецедент предполагает следующую схему:

— один из лидеров оппозиции (в случае с Венесуэлой — Хуан Гуайдо) провозглашает себя президентом страны; США сразу же признают его в качестве такового, вслед за США этого человека признают президентом все их западные и не западные союзники;

— США арестовывают счета и имущество страны за рубежом и передают все арестованные активы новому президенту; вслед за

8 См.: ИвановМ., КорченковаН. КПРФ готовят к выборам будущего. Геннадию Зюганову ищут преемника // Коммерсантъ. 2019. 3 апреля. № 58. URL: https://www. kommersant.ru/doc/3931729

США то же самое на своей территории делают их западные союзники; на эти деньги новый президент покупает лояльность высшего руководства армии и политических элит; среди арестованных активов — отобранные у настоящих руководителей страны личные капиталы, аккумулированные на зарубежных счетах, в том числе открытых на подставных лиц; недвижимость, ценные бумаги, объекты бизнеса;

— одновременно с этим США накладывают санкции на любые компании, банки, совершающие сделки с компаниями и банками, принадлежащими стране, в которой организовывается госпереворот; в результате в стране начинается экономический коллапс, нефть перестает продаваться, зарплаты — выплачиваться, и т.д.;

— под предлогом контроля справедливой раздачи гуманитарной помощи в страну вводятся иностранные войска и под видом гуманитарной интервенции начинается интервенция настоящая;

— одновременно по всей стране идут массовые выступления населения, которому нечего есть, в стиле классических «цветных революций», и власть тратит бесценное время на поиски единого управляющего центра, думая, что главная угроза для нее — это классический Майдан наподобие того, который был в Киеве в 2014 или в Ереване в 2015, 2018 гг.

— тем временем из одного из «соседних кабинетов» к президенту страны зайдет «старый друг» и скажет, что «время пришло» и «пора уходить»9.

С технологической точки зрения эта схема является универсальной и применимой к различным странам (не только к Венесуэле). При этом действия «самопровозглашенного президента» Х. Гуайдо становятся в этой схеме главным источником фейковых новостей, нагнетающих ажиотаж вокруг происходящих в Венесуэле событий в стиле «в шаге от катастрофы». Между тем время идет, а режим Н. Мадуро продолжает демонстрировать устойчивость, тогда как Х. Гуайдо теряет поддержку внутри страны. В результате в Осло начинаются «тайные переговоры» между делегацией Венесуэлы и оппозицией (представителями Х. Гуайдо, М. Мачадо и других оппозиционных лидеров), и идут они почти в сирийском «женевском формате» (разве что без Стаффана де Мистуры). Ажиотаж, вызванный самопровозглашением Х. Гуайдо и последующим его признанием США и еще почти 50 странами мира, объективно идет на спад.

Как социальное явление, фейковые новости являются новым шагом в развитии технологий информационного влияния и мас-

9 См.: МанойлоА. Новые технологии государственных переворотов // Экспресс: Газета. 2019, 8 апреля. URL: https://www.eg.ru/politics/720385-novye-tehnologii-gosudarstvennyh-perevorotov-079957/

совой коммуникации. Этот шаг был сделан, когда информацию резонансного характера сделали вирусной и использовали вирусные технологии ее распространения.

Как инструмент информационной войны, фейковые новости представляют собой серьезную угрозу национальной безопасности. Понятно, что с фейковыми новостями надо бороться. Для этого необходимо разработать основы, архитектуру и рекомендации по формированию в Российской Федерации государственной системы противодействия распространению фейковых новостей и их влиянию на российское общество, включая соответствующие формы, методы и технологии. Эта система позволит в сотрудничестве со структурами гражданского общества обеспечить защиту граждан от деструктивного влияния фейковых новостей, а также существенным образом ограничить каналы их распространения.

Американские операции информационной войны разработаны в соответствии с единственной стандартной организационно-технологической схемой, поэтому эффективным способом противодействия этой схеме является прием, основанный на известном в практической психологии эффекте «разрыва программы». Суть его такова: организаторы информационной операции стремятся последовательно реализовать все действия, предусмотренные заложенной в ней программой. Если эту программу «разорвать», сбить заранее намеченный ритм ее реализации, то противник обязательно окажется в состоянии замешательства и на время потеряет способность контролировать ситуацию. В этот самый момент возникает реальная возможность перехватить инициативу в информационной войне и навязать противнику собственную информационную повестку. Включившись в навязанную игру, противник перейдет под скрытое управление организаторов контратаки и перестанет быть опасным.

Эффективным инструментом «разрыва программы» и перехвата информационной повестки могут выступать фейковые новости, распространяющиеся вирусным способом. Именно фейки создают ажиотаж, способный сбить фокус внимания с резонанса, создаваемого информационным вбросом, поразившим «мишень» информационной операции. В лавинообразно нарастающем ажиотаже по поводу резонансного события, сфабрикованного фейковой новостью, люди перестают отслеживать любые другие события (в том числе порождаемые информационной операцией), их внимание приковывается к породившему ажиотаж информационному поводу: именно он на определенное время захватывает умы и формирует потребности людей в немедленном получении новых порций уточняющей информации. Если в этот же момент будет разворачиваться информационная операция класса «Панамское досье» и в публичное

пространство будет вброшена новая порция компрометирующих материалов, этого попросту никто не заметит и они «выпадут» из информационной повестки за считанные часы.

Классическим примером такого перехвата информационной повестки является трансляция 30 октября 1930 г. радиопостановки «Война миров» по одноименному роману Г. Уэллса — типичного фейка, вызвавшего грандиозный ажиотаж. Оказавшись перед угрозой вторжения инопланетян, люди в одно мгновение потеряли интерес и к быту, и к политике — перед лицом новой опасности это стало для них не важным.

Ажиотаж, порождаемый фейком, не только перехватывает внимание людей, заставляя их полностью концентрироваться на единственном поводе, но и «стирает» в подсознании память об эмоциях, порожденных прежними информационными событиями — в том числе сгенерированными операциями информационной войны. Оперативная память человека освобождается от груза прежней информации, эмоций и ожиданий, и в освобожденное пространство загружается новая повестка. После выхода из состояния ажиотажа человек чувствует себя опустошенным, поскольку новость оказалась фейковой и, следовательно, бесполезной для ее дальнейшего осмысления; возникший вакуум порождает потребность немедленно заполнить его новыми, на этот раз реальными, новостями, но резонансного характера (поскольку сознание и подсознание людей уже «инфицировано» именно резонансными новостями, то и от реальных новостей они ждут такого же эффекта, как и от фейковых, только основанного на подтвержденных данных). В этот самый момент новая информационная повестка может быть внедрена в сознание не только больших масс людей, окончательно разрушив стереотипы, порожденные информационной войной, но и в сознание организаторов самой информационной операции.

То же самое происходит и со СМИ: включившись в ажиотаж, порожденный фейком, они «выстраиваются в ряд» на получение резонансной информации, анонсируемой вирусными раздражителями, содержащимися в фейковой новости, и становятся каналом распространения новой повестки, формировать которую (в отличие от фейковых новостей) должны уже сами органы власти.

Drexl J. Economic Efficiency versus Democracy: On the Potential Role of Competition Policy in Regulating Digital Markets in Times of Post-Truth Politics // Reconciling Efficiency and Equity: A Global Challenge for Competition Policy / Eds. D. Gerard and I. Lianos. Cambridge: Cambridge University Press, 2019. P. 242-268.

Lima Carvalho, L. de. The Case Against Fake News Gatekeeping by Social Networks // SSRN. 2017. November 1. URL: https://ssrn.com/abstract=3060686

Metaxa-Kakavouli D., and Torres-Echeverry N. Google’s Role in Spreading Fake News and Misinformation // SSRN. 2017. November 5. URL: https://ssrn.com/ abstract=3062984

Pennycook G., Cannon T., and Rand D.G. Prior Exposure Increases Perceived Accuracy of Fake News // Journal of Experimental Psychology: General. 2018. Vol. 147. No. 12. P. 1865-1880.

Schnellenbach J. On the Behavioural Political Economy of Regulating Fake News // ORDO: Jahrbuch für die Ordnung von Wirtschaft und Gesellschaft. 2018. Vol. 68. No. 1. P. 159-178.

Verstraete M., Bambauer D.E., and Bambauer J.R. Identifying and Countering Fake News // Arizona Legal Studies Discussion Paper. 2017. No. 17-15. URL: https:// ssrn.com/abstract=3007971

Drexl, J. «Economic Efficiency versus Democracy: On the Potential Role of Competition Policy in Regulating Digital Markets in Times of Post-Truth Politics,» Reconciling Efficiency and Equity: A Global Challenge for Competition Policy, eds. D. Gerard and I. Lianos. Cambridge: Cambridge University Press, 2019, pp. 242-268.

Lima Carvalho, L. de. «The Case Against Fake News Gatekeeping by Social Networks,» SSRN, November 1, 2017, URL: https://ssrn.com/abstract=3060686

Metaxa-Kakavouli, D., and Torres-Echeverry, N. «Google’s Role in Spreading Fake News and Misinformation,» SSRN, November 5, 2017, URL: https://ssrn.com/ abstract=3062984

Pennycook, G., Cannon, T., and Rand, D. G. «Prior Exposure Increases Perceived Accuracy of Fake News,» Journal of Experimental Psychology: General, Vol. 147, No. 12, 2018, pp. 1865-1880.

Schnellenbach, J. «On the Behavioural Political Economy of Regulating Fake News,» ORDO: Jahrbuch für die Ordnung von Wirtschaft und Gesellschaft, Vol. 68, No. 1, 2018, pp. 159-178.

Verstraete, M., Bambauer, D. E., and Bambauer, J. R. «Identifying and Countering Fake News,» Arizona Legal Studies Discussion Paper, No. 17-15, 2017, URL: https:// ssrn.com/abstract=3007971

Опасность фейковых новостей: люди, не защищенные против дезинформации, рискуют оторваться от реальности

getbadnews

Фальшивые новости могут создавать иллюзию альтернативной реальности у тех, кто их читает и слушает. Таким образом, человек, который менее устойчив к дезинформации, отстраняется от действительности. О чем следует знать, чтобы такое не случилось с вами, рассказывает редактор проекта Delfi «Детектора лжи» Айсте Мейдуте, которой приходится бороться с фейковыми новостями каждый день.

Почему фальшивые новости распространяются так быстро

Пандемия обнажила самые разные проблемы – в том числе и открывшийся в социальных сетях ящик Пандоры с фальшивыми новостями. Мир динамичной и легко доступной информации служит прекрасной средой для распространения фейка.

«Истина – мудра, потому и медленна, обдуманна, и на этом пространстве ложь всегда будет на шаг впереди. Единственный способ этого избежать – тренировать правду, и она обязана если не опережать ложь, то хотя бы доходить до людей в более творческой форме.

На службе у фейка состоят самые разные техники, которые с каждым днем совершенствуются. Например, когда приходится взвешивать – я и остальные или я против остальных, противостояние создается там, где его быть в принципе не должно. Если в этой игре поднимаются особенно наболевшие темы, возникает риск, что альтернативная реальность начнет проявляться в крайне конкретных решениях, способных причинить в реальной жизни немало вреда. Именно такую ситуацию мы, например, наблюдаем в случае с активным движением против прививок», – отмечает А. Мейдуте.

Несложно заметить, что большинство фальшивых новостей являются универсальными. Как правило, перед тем, как распространиться в Литве, фейк долетает сюда с других материков, выдергивается из других контекстов, где тоже наделал немало бед.

«Для многих не секрет, что нынешний кризис в сфере здоровья стал и информационным кризисом – увеличился поток фальшивых новостей, связанных с пандемией, мерами, которые применяются в целях предотвращения распространения болезни.

Например, именно тогда, когда создатели вакцины от нового коронавируса приближаются к финишной прямой в ее разработке, мы можем наблюдать, как активизируются противники прививок. Вопросы, связанные со здоровьем, всегда довольно болезненны, человек более восприимчив к ним, настроен более эмоционально, легче поддается влиянию извне, и ответы на вопросы здоровья зачастую ложатся на плечи экспертов в этой области.

Нередкий потребитель информации очень мало знает о своем собственном здоровье, поэтому ложные пророки могут оказывать молниеносное воздействие – менять убеждения, формировать вредоносные модели поведения. В конце концов все это ведет к самодеструкции или, что еще хуже, человек, уверовавший в фейк, сам начинает его распространять», – призывает к более критичному взгляду на доходящую до нас информацию редактор «Детектора лжи».

Aistė Meidutė

Никто не защищен от влияния фальшивых новостей

По словам А. Мейдуте, фальшивые новости имеют на редкость обширную аудиторию, и сложно сказать, кто больше подвержен их влиянию, а кто – меньше.

«Хотелось бы заметить, что чаще всего к фейковым новостям более восприимчивы люди с небольшим жизненным опытом или менее образованные, но это – лишь первый сигнал.

Фальшивые новости в наш век технологий достигли невиданного уровня, приобрели новые формы, поэтому совершенно естественно, что людей, которые могут им поддаться, становится все больше.

Главное, нельзя разделять людей на два лагеря – на тех, кто верит в фейк, и тех, кто не верит, потому что именно такую цель преследует пропаганда: разделять и создавать атмосферу недоверия», – отмечает представитель СМИ.

Как говорит А. Мейдуте, никто не защищен от воздействия фальшивых новостей, и события последних месяцев как нельзя лучше это продемонстрировали. Образование, жизненный опыт человека, его положение в обществе – все это совершенно неважно: создателям фейковых новостей. мастерам теорий заговора прекрасно известны слабые места многих из нас. Поэтому крайне важно тренировать критическое мышление, сохранять холодный разум, понимать, что наполненное эмоциями содержание не всегда является достоверным. Чаще всего происходит наоборот – именно на эмоциях так любят играть создатели пропаганды.

По ее мнению, единственный способ помочь людям отличать фейк от истины – повышать устойчивость к последнему, чему могут послужить просвещение и развитие способности критически мыслить, прибегая при этом к максимально разнообразным и оригинальным методам.

Одним из них является игра Get Bad News.

Предложенная Demaskuok.lt новая игра Get Bad News дает возможность познакомиться с наиболее часто используемыми техниками дезинформации: лицедейство, игра на эмоциях, поляризация, теория заговора, дискредитация и троллинг.

Игра интересна тем, что сам игрок отнюдь не является героем – все в ней происходит из перспективы тролля. Поэтому играющему приходится принимать массу неэтичных решений, чтобы повысить свою популярность и увеличить количество подписчиков. Результаты кембриджского исследования говорят о том, что люди, овладевшие этими техниками, легче распознают ложную информацию. Всего после пятнадцати минут в игре доверчивость игроков по отношению к дезинформации снизилась на 21 проц., они стали увереннее отличать настоящие новости от фейка.

По словам редактора «Детектора лжи», истина может обойти ложь только в том случае, если будет проявлять гибкость, значит, здесь нужны творческие и увлекательные решения, которые заставят людей интересоваться ею и не поддаваться на провокации.

Суть игры Get Bad News – стать провокатором, чтобы иметь возможность отличать, когда тебя провоцируют, когда говорят неправду. И это – очень изобретательная форма проявления истины, которую многие с легкостью освоят», – утверждает А. Мейдуте. Игра Get Bad News уже доступна в Литве, Латвии и Эстонии.

Главное – не рассчитывать на быстрый результат

Конечно, у каждой медали есть и обратная сторона. Эффективность средств изобличения дезинформации оценивать очень сложно. «Зачастую при попытке добраться до истины происходит неприятное столкновение – поверившие в фейк люди активно сопротивляются этой истине, и порой довольно агрессивно. Это происходит по причине существования той самой альтернативной реальности, созданной пропагандистскими ресурсами.

Какие меры в этом случае будут самыми эффективными? Продолжать говорить правду, даже если порой кажется, что это бесполезное занятие. Следующий шаг – искать новые способы донести слово, чтобы оно было услышано Работа с пропагандистским контентом и фейком – кропотливая и медленная, здесь нет легких побед», – делится своими наблюдениями редактор проекта Delfi «Детектора лжи».

Самое трудное для нее в этой работе – не надеяться на быстрые результаты. Говоря о правде, ты неизбежно говоришь и о неправде, значит, какой-то части людей пытаешься объяснить, почему именно они были неправы.

Demaskuok žaidimas

«Никому не нравится быть неправым, поэтому всегда появятся те, кто попытается поднять тебя на смех, найти твои слабые места. Ты словно постоянно находишься под увеличительным стеклом. Все это искупается знанием того, что просвещение, поиски истины – это часть долгого, но стабильного процесса.

Радует то, что по всему миру люди, работающие с пропагандистским контентом, проверкой фактов, объединяются в многочисленные сообщества, обмениваются знаниями и инструментами, поэтому здесь всегда есть куда расти.

Два года назад вместе с журналистами из Латвии и Эстонии я была в США: мы путешествовали по разным штатам, встречались с представителями СМИ, с людьми, работающими с поиском в общедоступных источниках.

Очень интересно было сравнить, как ведется борьба с фальшивыми новостями на другом материке, каким источникам информации больше всего доверяют живущие там люди, поискать точки соприкосновения. Кроме того, я участвовала в программах обучения на тему развития критического мышления, организованных в Словакии, в Брюсселе. В этом году, когда мир вынужден сделать перерыв в сфере путешествий, я участвую в курсах обучения онлайн, где специалисты в своих областях делятся знаниями о нюансах поисковых систем, учат, как еще быстрее и эффективнее искать информацию. Мы учимся друг у друга – и в такой работе это самое большое вознаграждение», – рассказывает о необходимости непрерывного роста в работе с фейком А. Мейдуте.

Užsakymo nr.: PT_85777983

Фейковые новости: кто привлекается к ответственности за их распространение

Проблема распространения недостоверной информации – ложных сведений под видом достоверных – в Интернете обсуждается уже не первый год, в том числе на международном уровне. Законодательство разных стран дополняется положениями об ответственности за распространение фейковых новостей (от англ. fake news – ложные новости). Соответствующая тенденция существует и в РФ.

Ответственность за распространение фейковых новостей

Под фейковыми новостями в российском законодательстве понимается заведомо недостоверная общественно значимая информация, распространяемая под видом достоверных сообщений и создавшая определенную угрозу жизни или здоровью граждан, имуществу, общественному порядку и общественной безопасности (ч. 1 ст. 15.3 Федерального закона от 27 июля 2006 г. № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации»; далее – закон о защите информации).

И понятие такой информации, и ответственность за ее распространение в России появились в марте 2019 года: в закон о защите информации внесены соответствующие поправки, КоАП дополнен статьями, направленными на противодействие фейковым новостям. Так, распространение в СМИ и Интернете заведомо недостоверной общественно значимой информации под видом достоверных сообщений влечет административную ответственность в виде штрафа в размере от 30 тыс. до 100 тыс. руб. для граждан, от 60 тыс. до 200 тыс. руб. для должностных лиц, от 200 тыс. до 500 тыс. руб. для организаций с возможной конфискацией предмета административного правонарушения, если правонарушение совершено гражданином или юридическим лицом (ч. 9 ст. 13.15 КоАП РФ).

Куда более серьезная ответственность за распространение фейковых новостей предусмотрена в случае, когда оно повлекло создание помех функционированию объектов жизнеобеспечения, транспортной или социальной инфраструктуры и т. п., – штраф для граждан составляет от 100 тыс. до 300 тыс. руб., для должностных лиц от 300 тыс. до 600 тыс. руб., а для юридических лиц – от 500 тыс. до 1 млн руб., с конфискацией предмета административного правонарушения или без таковой для граждан и юридических лиц (ч. 10 ст. 13.15 КоАП РФ). Повторное совершение данного правонарушения влечет наложение на граждан административного штрафа в размере от 300 тыс. до 400 тыс. руб., на должностных лиц – от 600 тыс. до 900 тыс. руб., на юридических лиц – от 5 млн до 10 млн руб.

Также в марте 2019 года был введен механизм ограничения доступа к такой информации Роскомнадзором по обращению Генеральной прокуратуры РФ (ч. 1.1-1.5 ст. 15.3 закона о защите информации).

Увеличение числа распространяемых заведомо ложных новостей в период пандемии новой коронавирусной инфекции обусловило необходимость поиска новых решений для борьбы с такой недостоверной информацией. В апреле 2020 года ст. 13.15 КоАП РФ была дополнена новыми положениями. В отдельный состав правонарушения выделено распространение в СМИ и Интернете информации об обстоятельствах, представляющих угрозу жизни и безопасности граждан, или о принимаемых мерах по обеспечению безопасности населения и территорий, приемах и способах защиты от указанных обстоятельств. К ответственности за данное правонарушение в виде штрафа в размере от 1,5 млн до 3 млн руб. с конфискацией предмета административного правонарушения или без таковой привлекаются только юридические лица (ч. 10.1 ст. 13.15 КоАП РФ). Если распространение фейковых новостей о перечисленных обстоятельствах повлекло смерть человека, причинение вреда здоровью человека или имуществу, массовое нарушение общественного порядка или общественной безопасности, штраф для юридических лиц составляет уже от 3 до 5 млн руб. (ч. 10.2 ст. 13.15 КоАП РФ).

Кроме того, публичное распространение заведомо ложной общественно значимой информации, повлекшее тяжкие последствия, теперь является уголовным составом (ст. 207.2 Уголовного кодекса), так же, как публичное распространение заведомо ложных сведений об обстоятельствах, представляющих угрозу жизни и безопасности граждан (ст. 207.1 УК РФ).

Кто находится в зоне риска?

Несмотря на то, что борьба с распространением фейковых новостей представляется эффективным инструментом защиты общества от недостоверной информации, экспертным сообществом ведутся дискуссии о возможности применения положений рассмотренных статей как к журналистам и СМИ, так и к обычным интернет-пользователям. На тематическом мероприятии LF Академии и IP CLUB адвокат МКА «Липцер, Ставицкая и партнеры» Екатерина Абашина обратила внимание на то, что, судя по данным судебной практики, к ответственности по этим статьям привлекаются не только общественные активисты, журналисты, СМИ (хотя они в первую очередь), но и рядовые интернет-пользователи. Иными словами, любой пользователь, который ведет активную жизнь в сети – оставляет комментарии к постам в социальных сетях, общается в групповых чатах в мессенджерах, потенциально попадает в зону риска.

Примеры из судебной практики

Судебная практика по рассматриваемому вопросу неоднородна. Как отметила Екатерина Абашина, подходы к рассмотрению дел о фейковых новостях отличаются, в частности, в зависимости от субъекта РФ, в котором рассматривается дело. Эксперт также обратила внимание на то, что в таких делах плохо применяется презумпция невиновности и привлекаемое к ответственности лицо порой вынуждено доказывать достоверность распространенных сведений.

Однако в отношении некоторых вопросов о фейковых новостях судебная практика все же вносит ясность. Так, в одном деле суд разъяснил, что субъективная сторона публичного распространения фейковых новостей в СМИ и в Интернете в соответствии с ч. 9 ст. 13.15 КоАП РФ характеризуется прямым умыслом: лицо должно осознавать, что сообщает ложную информацию о вышеуказанных обстоятельствах и что это сообщение может вызвать панику, страх, беспокойство, нарушить общественную безопасность, и желает так действовать (Решение Верховного суда Республики Саха (Якутия) от 18 июня 2020 г. по делу № 7/1-132/2020). Мотив правонарушения при этом может быть различным и на квалификацию не влияет. Если лицо добросовестно заблуждается относительно соответствия действительности распространяемой информации, его ответственность исключается. В рассматриваемом случае суд отменил решение районного суда о привлечении лица к ответственности по ч. 9 ст. 13.15 КоАП РФ ввиду отсутствия состава административного правонарушения.

Но не всегда обжалование в вышестоящие суды приводит к отмене судебных актов о привлечении к ответственности по ст. 15.3 КоАП РФ, и в такой ситуации можно подумать об обращении в ЕСПЧ. Екатерина Абашина привела в пример кейс своего клиента. Он в апреле 2020 года оставил комментарий к посту пермского СМИ в социальной сети Instagram о том, что четверо его знакомых умерли от коронавируса, в то время как пост содержал официальную статистику о трех погибших от COVID-19 в Пермской области (на момент публикации поста). Гражданину был назначен штраф в размере 15 тыс. руб. Не получив правовую защиту в российских судах, он решил подать жалобу в ЕСПЧ – о нарушении ст. 6 (закрепляющей право на справедливое судебное разбирательство) и ст. 10 («Свобода выражения мнения») Конвенции о защите прав человека и основных свобод ETS № 005 (далее – конвенция о защите прав человека). Сейчас жалоба формируется.

Похожий случай был рассмотрен ЕСПЧ в ноябре 2020 года (жалоба № 36911/20 «Авагян против России») 1 . В мае 2020 года гражданка А. оставила в социальной сети Instagram комментарий о неблагоприятной ситуации с коронавирусной инфекцией в регионе, в котором она живет. В комментарии она заявила, что в Краснодарском крае не было зафиксировано ни одного случая заражения коронавирусом, ни один пациент с положительным результатом теста не получил документ, подтверждающий наличие подтвержденной коронавирусной инфекции.

В результате А. была привлечена к ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 9 ст. 13.15 КоАП РФ, с назначением штрафа в размере 30 тыс. руб. Суд постановил, что ответчица не представила доказательств, опровергающих существование коронавирусной инфекции COVID-2019 в Краснодаре и Краснодарском крае, которые могли бы подтвердить правдивость информации, которой она поделилась в Интернете. Ответчица вину не признала, отметив, что сформировала свое мнение на основании открытых источников и интернет-публикаций, и ее утверждения нельзя квалифицировать как заведомо ложные, поскольку наличие коронавирусной инфекции в Краснодарском крае не было официально подтверждено или опровергнуто. В апелляционной жалобе она заявила, что суд не принял во внимание контекст публикации и переложил на нее бремя доказывания. От полиции суд не требовал представления каких-либо материалов, доказывающих, что ее утверждения не соответствовали действительности, и тем самым взял на себя роль обвинения в отсутствие государственного обвинителя во время судебного разбирательства. Также судом, по мнению А., не был учтен факт отсутствия вреда от ее публикации в виде создания опасности для чьей-либо жизни или здоровья. Поэтому штраф, по ее мнению, точно является чрезмерным наказанием, вместо него ей могло было быть вынесено предупреждение. В июле 2020 года Октябрьский районный суд Краснодара отклонил апелляционную жалобу, сославшись на региональные правила предотвращения распространения инфекции COVID-19, и после этого А. обратилась в ЕСПЧ.

Рассмотрев данное дело, ЕСПЧ в ноябре 2020 года коммуницировал жалобу и предложил РФ оценить, имело ли место нарушение ст. 10 конвенции о защите прав человека («Свобода выражения мнения»), ответив на следующие вопросы.

Должны ли отдельные граждане придерживаться того же стандарта точности при их частном обмене информацией в Интернете, что и СМИ, в обязанность которых входит предоставление точной и надежной информации в соответствии с этическими нормами журналистики?
Осознанно ли опубликовал заявитель недостоверную информацию?
Можно ли квалифицировать данную информацию как социально значимую?
Спровоцировал ли комментарий риски, предусмотренные ч. 9 ст. 13.15 КоАП РФ?
Была ли у заявителя возможность воспользоваться презумпцией невиновности?
Является ли предъявляемая санкция соразмерной характеру предполагаемого нарушения?

***
Отсутствие однородной судебной практики не позволяет однозначно ответить на вопрос о том, кто может привлекаться к ответственности за распространение фейковых новостей: только журналисты и СМИ или любые интернет-пользователи. Однако вынесение не только обвинительных, но и оправдательных приговоров дает надежду на то, что в будущем суды все же сформулируют четкие критерии привлечения к ответственности за публичное распространение недостоверной общественно значимой информации.

1 Ознакомиться с материалами данного дела можно на официальном сайте ЕСПЧ.