Суверенитет и новые вызовы с точки зрения права
У юристов принято считать, что суверенитет представлен как в публично-правовом, так и в частноправовом измерениях.
С точки зрения частного права суверенитет – это, по сути, реализация принципа свободы договора, основанного на автономии воли сторон правоотношения. Именно посредством реализации суверенных воль экономически свободных субъектов выстраивается гражданский оборот, обеспечивается конкуренция.
Вместе с тем, с момента принятия Декларации СНД РСФСР «О государственном суверенитете Российской Советской Федеративной Социалистической Республики» прошло почти 30 лет. Декларация определила, что суверенитет является естественным и необходимым условием существования государственности.
С суверенитетом как качеством государства, публичной политической власти принято связывать своего рода «состоятельность» государства, способность его институтов осуществлять всю полноту политики без произвольного – помимо его воли де-факто или де-юре – вмешательства каких‑либо иных субъектов, действующих за пределами национальной государственности. Здесь суверенитет представлен способностью национальных властей реализовывать внутреннюю и внешнюю политику без определяющего вмешательства извне.
Суверенитет является тем фундаментальным качеством государства, которое предопределяет появление всех остальных, о которых принято говорить в современной демократической парадигме государственно-правового развития. Разумно заключить, что суверенитет, в каком бы проявлении он не выступал – частноправовом или публично-правовом, обеспечивает достижение целей права, к которым можно отнести обеспечение безопасности и справедливости, экономического благосостояния и т. д.
К примеру, одним из частных проявлений отражения суверенитета в законодательстве является суверенитет в отношении воздушного пространства. В соответствии с частью 1 статьи 1 Воздушного кодекса Россия обладает полным и исключительным суверенитетом в отношении воздушного пространства Российской Федерации. Указанная норма устанавливает верховенство, единство и независимость национальных властей России в отношении воздушного пространства. Норма служит обеспечению суверенного режима воздушного пространства Российской Федерации.
Суверенитет отражается и в отраслевых документах стратегического планирования. Так, к примеру, Стратегия развития Арктической зоны Российской Федерации и обеспечения национальной безопасности на период до 2020 года направлена на реализацию суверенитета и национальных интересов Российской Федерации в Арктике и способствует решению основных задач государственной политики Российской Федерации в Арктике (пункт 2 «арктической» Стратегии). Итогом реализации Стратегии экономической безопасности Российской Федерации на период до 2030 года, как следует из ее пункта 38, должны стать обеспечение экономического суверенитета Российской Федерации и устойчивости национальной экономики к внешним и внутренним вызовам и угрозам, укрепление общественно-политической стабильности, динамичное социально-экономическое развитие, повышение уровня и улучшение качества жизни населения.
Таким образом, суверенитету в различных его проявлениях уделяется достаточно внимания в нормативном массиве, однако, все же есть сферы, которые нуждаются в дополнительной законодательной проработке.
С конца XX века в политико-правовую повестку постепенно входят вопросы обеспечения кибербезопасности в различных проявлениях таковой. Такими проявлениями могут быть и недопущение вмешательства во внутренние дела государства (к примеру, в выборы) посредством информационно-коммуникационных технологий, и защита граждан и организаций от несанкционированного доступа «извне» к данным, и противодействие информационному давлению, имеющему цели дестабилизации внутриполитической обстановки в отдельных государствах. Статья 16 Федерального закона от 27.07.2006 г. № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» определяет, что государственное регулирование отношений в сфере защиты информации осуществляется путем установления требований о защите информации, а также ответственности за нарушение законодательства Российской Федерации об информации, информационных технологиях и о защите информации. В 2016 году в России была принята новая Доктрина информационной безопасности (Указ Президента РФ от 05.12.2016 г. № 646 «Об утверждении Доктрины информационной безопасности Российской Федерации»), которой под информационной безопасностью понимается состояние защищенности личности, общества и государства от внутренних и внешних информационных угроз, при котором обеспечиваются реализация конституционных прав и свобод человека и гражданина, достойные качество и уровень жизни граждан, суверенитет, территориальная целостность и устойчивое социально-экономическое развитие Российской Федерации, оборона и безопасность государства. В качестве одного из интересов в информационной сфере Доктриной определяется содействие формированию системы международной информационной безопасности, направленной на противодействие угрозам использования информационных технологий в целях нарушения стратегической стабильности, на укрепление равноправного стратегического партнерства в области информационной безопасности, а также на защиту суверенитета Российской Федерации в информационном пространстве.
Недавно на рассмотрение Государственной Думы был внесен проект федерального закона, предполагающий внесение изменений в законодательство о связи и информации, реализация которых позволит гарантировать функционирование сетевой инфраструктуры на территории России даже в случае недружественных действий со стороны иностранных государств, направленных на прекращение предоставления доступа к Всемирной сети. Конечной целью таких мер является обеспечение информационных и других прав граждан в случае попыток нарушения функционирования сетевой инфраструктуры Российской Федерации.
Все это отражает многовекторность процесса по укреплению государственного суверенитета, множественность его измерений.
Способность государства, с одной стороны, противостоять актуальным вызовам и угрозам и, с другой стороны, обеспечивать качественную государственную политику составляют базис современного государственного строительства.
Другая немаловажная проблема – соотношение государственного суверенитета и юрисдикции международных органов и структур тоже является одним из аспектов проблематики суверенитета, над которой юристы всерьез задумывались еще в прошлом веке в различных правовых системах, эта проблема встает порой и сегодня в мировом правовом пространстве.
Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д. Зорькин в своей статье «Предел уступчивости» задается вопросом целесообразности возложения функций национальной юрисдикции на наднациональную, приводя: «… Мировой банк и Международный валютный фонд не только не смогли упредить финансовый кризис, но своими неадекватными (или нетранспарентными?) действиями во многом способствовали тому, что кризисные явления развернулись во всю мощь. Даже столь консервативная организация, как ООН, поставила в результате кризиса под вопрос эффективность вышеназванных наднациональных структур. А все национальные правительства мира стали выбираться из кризиса, опираясь на собственные возможности. Договариваясь и кропотливо согласуя национальные и наднациональные интересы – а не отменяя собственные суверенитеты и обязательства перед своими народами!». С этим довольно сложно не согласиться.
Между тем, говоря о суверенитете в масштабах современного глобального правопорядка, необходимо прийти к единому знаменателю понимания суверенитета в международно-правовой плоскости, поскольку это может снять многие противоречия, которые возникают в силу проблем, связанных с разностью подходов различных правовых систем.
Власти многих стран, заигравшись с международными механизмами в различных сферах, фактически утратили самостоятельность во внутренней политике, что привело к утрате государствами качеств суверенитета и конституционной идентичности. Такой подход национальных властей стал катализатором чрезмерной активности наднациональных органов, результатом чего стало повышение давления на национальную государственность со стороны международных субсидиарных структур. К примеру, стала возможной ситуация, при которой со стороны органов в системе Совета Европы звучат призывы к изменению национальных конституций, к пересмотру базовых конституционных положений, составляющих основы конституционного строя.
Разумно заключить, что только лишь с соблюдением принципа субсидиарности при определении границ национальной и наднациональной юрисдикций возможно построение регуляторной системы, которая бы отвечала интересам всех ее участников. Здесь нужно признать, что попытка выстроить абстрактную среду правовой универсальности априори обречена на провал. В общем‑то, сегодняшний кризис наднационального регулирования и разрешения споров – самое яркое тому подтверждение.
- В Контакте
- Одноклассники
- Развернуть список
- Телеграм
Суверенитет
Онлайн библиотека книг, статей, докладов, документов
- Главная
- Внутренняя политика
- Государство
- Суверенитет
- Суверенитет
Пономарёва Е.Г.
Год публикации:
- Прилагательные суверенитета. Cуверенитет как прилагательное
- Государство в эпоху глобализации
- Закон против порядка?
- Компоненты цифрового суверенитета Российской Федерации как техническая основа информационной безопасности
- Крым и политика легитимности в международных отношениях
Суверенитет
СУВЕРЕНИТЕТ
Суверенитет – не просто важнейшая характеристика государства, а одно из ключевых понятий истории, политики и права христианской цивилизации, получившей окончательное оформление в эпоху Модерна. Исторически понятия государства и суверенитета настолько взаимосвязаны, что суверенитет нельзя рассматривать вне концепции государственности и истории государства. Суверенное государство в классической трактовке – это государство, реализующее право на независимость, управление, принятие решений, свободное в осуществлении функций верховной власти от внешнего воздействия. Иными словами, государственнаясуверенная власть есть высшая власть на конкретном политическом пространстве, обладающая исключительными прерогативами, начиная от установления правовых рамок на определенной территории и заканчивая контролем над принуждающим насилием во внутренней и внешней политике. Причем над этой властью не может быть никакой иной формы господства, имеющего правомерное полномочие повелевать ею или препятствовать осуществлению ее воли.
Итак, суверенитет государственной власти выражается в ее верховенстве и независимости от любых других властей внутри и вовне страны. Верховенство государственной власти внутри страны – внутренний суверенитет – проявляется в обладании рядом исключительных прав, в частности, правом издания законов имеющих для населения обязательный характер, правом взимания налогов, правом создания и использования специальных средств воздействия на население, отсутствующих у других структур (аппарат принуждения).
Внешний суверенитет проявляется, во-первых, в признании формальной юридической независимости страны на международной арене. Во-вторых, в способности и возможности проводить независимую внешнюю политику, реализуя и защищая национальные интересы.
Сразу следует оговориться, что данное разделение весьма условно: без внутреннего суверенитета не может быть суверенитета внешнего. Политика страны на мировой арене всегда является продолжением внутренней силы, целостности и успешности. Поэтому правильнее говорить о разных характеристиках, раскрытиях – внутренних и внешних – суверенитета.
Однако обладание суверенитетом не означает неограниченной свободы верховной власти на своей территории. В современном мире суверенитет – это объект необходимых и неизбежных компромиссов и ограничений, как внутренних, порожденных потребностью согласования прав различных общественных сил – государства и общества, правительства и граждан, так и внешних – в силу взаимодействия и столкновения государственных суверенитетов равного (пусть даже формально) достоинства, в силу влияния негосударственных и надгосударственных институтов.
Сегодня очевидно, что понимание суверенитета как «абсолютной» власти государства, данное в трудах Н. Макиавелли, Ж. Бодена, Т. Гоббса было характерно для эпохи формирования национальных государств, когда шел процесс физического закрепления контроля правителей над определенной территорией. Тогда имело место отождествление власти правителя и власти государства.
И хотя сама идея народного суверенитета восходит к античной традиции демократии, понятие народа как главного носителя суверенитета становится определяющим лишь в ХХ веке, что находит свое выражение в праве наций на самоопределение. В конституциях современных республик, как правило, содержится указание на то, что «носителем суверенитета и единственным источником власти» является народ, который «осуществляет свою власть непосредственно, а также через органы государственной власти и местного самоуправления» (Конституция РФ, Ст. 3).
Что же касается международного признания исключительных прав государства, то впервые их закрепил Вестфальский мир 1648 года. Этот принцип пространственной организации суверенных сообществ как отдельных, независимых территориальных единиц Европы пережил несколько веков. Несмотря на всевозможные трансформации, конфликты и войны суверенитет государства (в его внутреннем и внешнем измерении, а именно, в поддержании баланса сил) оставался до конца ХХ в. основным условием, императивом сохранения мирового порядка. В то же время уже с конца 1940-х гг. суверенитет постепенно стал утрачивать свою политическую сущность, а к концу века стал прежде всего синонимом территориального (не сущностного) государства, вне зависимости от степени его реальной автономии.
Дело в том, что в Уставе ООН и других международных документах были закреплены противоречащие друг другу принципы. С одной стороны, провозглашался «принцип равноправия и самоопределения народов» (Устав ООН, Ст. 1). С другой – «Организация основалась на принципе суверенного равенства всех ее Членов», т.е. государств (Устав ООН, Ст. 2). В свою очередь в Международном пакте об экономических, социальных и культурных правах и Международном пакте о гражданских и политических правах, подписанных всеми странами-членами ООН, закреплено, что «все народы имеют право на самоопределение. В силу этого права они свободно устанавливают свой политический статус и свободно обеспечивают свое экономическое, социальное и культурное развитие». Более того, в первых статьях этих документов зафиксировано, что все участвующие в пактах государства «должны в соответствии с положениями Устава ООН поощрять осуществление права на самоопределение и уважать это право».
В Декларации о принципах международного права, принятой 24 октября 1970 г., также говорится о принципе равноправия и самоопределения народов, закрепленного в Уставе ООН: «все народы имеют право свободно определять без вмешательства извне свой политический статус и осуществлять свое экономическое, социальное и культурное развитие, и каждое государство обязано уважать это право в соответствии с положениями Устава». Но самое главное заключается в следующем положении Декларации: способами осуществления права на самоопределение могут быть «создание суверенного и независимого государства, свободное присоединение к независимому государству или объединение с ним, или установление любого другого политического статуса».
Таким образом, международные документы не только зафиксировали проблему соотношения суверенитета народа и суверенитета государства, но заложили правовую основу переформатирования государственных образований. Соответственно, воссоединение Крыма с Россией никоим образом не противоречит контексту существующих международно-правовых норм. Не говоря уже о совершенно исключительных исторических и культурно-цивилизационных факторах, определяющих особое положение Крыма и Севастополя.
Автор: Е. Г. Пономарева
К вопросу о суверенитете, идеологии и правовом развитии России
В последнее время достаточно часто можно услышать разного рода комментарии, касающиеся вектора правового развития нашего государства и проблематики идеологии, различные, порой диаметрально противоположные оценки воплощенных в жизнь за последние несколько лет законодательных инициатив, направленных на совершенствование регулирования широкого круга отношений, начиная от гражданского общества и заканчивая уголовно-правовой политикой.
Однако, прежде чем предметно рассуждать о правовом развитии и конкретных мерах, которые должны быть приняты в рамках правопорядка, следует обозначить контекст такого развития и учесть ряд важных условий. В частности, непременно необходимо обратить внимание на тот факт, что объективной реальностью сегодняшнего дня является неиссякаемое стремление ряда государств приобрести главенствующее положение на международной арене, под любыми предлогами избежать межгосударственного сотрудничества и применения основного инструмента международного права – диалога.
Как ни парадоксально, в своих попытках пересмотреть сложившийся в период после Потсдамской конференции миропорядок и распространить собственное влияние далеко за пределы национальных границ некоторые из зарубежных государств своими действиями только помогли нашей стране принять в качестве руководящей идеи внешней и внутренней политики необходимость всестороннего обеспечения государственного суверенитета.
Как показывают опыт санкционных кампаний против России и безуспешные попытки российских граждан и организаций обжаловать соответствующие ограничительные меры в судебном порядке, право, его институты и правозащитные механизмы в контексте иностранной антироссийской риторики перестали иметь какое‑либо значение, уступив место политической целесообразности и экономической выгоде. В этой связи крайне примечательным является рассмотренное Европейским судом в 2017 году дело, в рамках которого ни аргументы о превышении Советом Европейского союза его полномочий при введении ограничительных мер в части их реализации вне рамок тех целей, для достижения которых они были предоставлены, ни аргументы о нарушении принципа пропорциональности при введении санкций не повлияли на поддержку Европейским судом политики Европейского союза, направленной на международную изоляцию России.
Необходимо полагать, что таким образом для ряда иностранных государств политическая целесообразность приобретает качество идеологии, определяющей цели реализации государственной политики. Это та новая реальность, которая охватывает все большее число государств. В свою очередь, подобный подход является вызовом для тех стран, которые становятся объектом агрессивной внешней политики, что предопределяет необходимость принятия максимально эффективных мер, направленных на сохранение суверенитета и государственности как таковой.
В этой связи определение обеспечения государственного суверенитета в качестве идеологии является наиболее логичным и обоснованным выбором любой страны, которая стремится обеспечить защиту собственных граждан, и Российская Федерация в этом отношении отнюдь не является исключением.
Вместе с тем, многие вспомнят о том, что Конституция Российской Федерации содержит запрет на установление государственной или обязательной идеологии. Однако, все не настолько очевидно и однозначно, как это может показаться на первый взгляд.
Смысл конституционной нормы о недопустимости общеобязательной идеологии – не в том, что идеология, национальная идея запрещена как таковая. Это совершенно не так. Откуда вообще пошла норма части 2 статьи 13 Конституции о запрете идеологии? Это ведь был своего рода страх конституционного законодателя, страх возврата к советской идеологии, к моноидеологическому обществу. Но давайте зададим себе вопрос – может ли быть государство и общество без идеологии? Конечно же нет, идеология есть абсолютно в любом обществе. Здесь не стоит уходить в крайности, это, условно, как сказать, что либо запрещена одежда любого цвета, кроме красного, либо цвета в одежде запрещены в принципе. Второго просто не бывает. Поэтому идеология – это более сложная материя, чем может показаться на первый взгляд.
Нужно заметить, что и патриотизм, о чем заявлял Президент Российской Федерации, и государственный суверенитет, и сохранение национальной культурной идентичности – это все элементы российской идеологии на настоящем этапе, российской национальной идеи.
К слову, в теории конституционного права есть концепция, которая именуется «конституционный патриотизм». Ее разработчиком был немецкий философ Дольф Штернбергер. Эта концепция в своей основе предполагает не слепое «восхваление» государства его гражданами только в связи с тем, что они имеют гражданство этого государства, а поддержку гражданами идеи конституционной законности и необходимости обеспечения приоритета прав и свобод человека в максимально широком спектре отношений, поддержку создания эффективных механизмов защиты нарушенных прав. Такая концепция в качестве составной части национальной идеи в полной мере согласуется и с положениями российской Конституции, и с тем вектором государственного развития, по которому движется Россия.
Правовое развитие государства является неотъемлемым элементом любого современного правопорядка. В этой связи хотелось бы более подробно остановиться на освещении ряда наиболее актуальных вопросов, связанных с законодательными инициативами последнего времени. Так, одной из важнейших сфер общественной жизни, требующей соответствующей правовой охраны, является информация, информационное поле. Сейчас, к сожалению, очень распространена практика так называемых fake news. Фейковые новости играют явно деструктивную роль, и государство, парламентарии, мы это прекрасно понимаем. Задача государства состоит в создании так называемого «фильтра грубой очистки», который призван не допустить попадания в информационное поле заведомо ложных сообщений и новостей. Именно для этого на рассмотрение Государственной Думы был внесен законопроект, предполагающий введение административного штрафа за распространение в СМИ и в информационно-телекоммуникационных сетях заведомо недостоверной общественно значимой информации, преподносимой в качестве достоверной. СМИ, иные лица, распространяющие информацию, во всяком случае должны осознавать свою ответственность за эффект от распространяемой ими информации.
Другой немаловажной инициативой является установление ответственности за оскорбление государственных символов и публичных служащих в сети Интернет. В связи с тем, что соответствующий вопрос получил колоссальное внимание со стороны общественности, необходимо еще раз подчеркнуть – законопроект, направленный на определение ответственности за оскорбление публичных служащих и государственных символов, не предусматривает запрета на критику органов власти в Интернете. Если даже просто бегло ознакомиться с текстом инициативы, можно понять, что предлагается установить ответственность именно за оскорбление представителей власти, выражение неуважения по отношению к государству, обществу, государственной символике.
А относительно критики представителей власти – она, конечно же, необходима, без нее невозможна свобода слова и демократическое общество, политический плюрализм. Так что противодействовать ей никто не планирует. Но только если такая критика имеет конструктивный характер и не направлена на мобилизацию каких‑либо радикально настроенных политических сил.
В деятельности государства всегда есть ряд слепых зон, на которые так или иначе необходимо обращать внимание. Деятельность иностранных агентов до недавних пор была одной из таких слепых зон. Как показала практика, если отношения не регулировать, и есть лазейки для обхода действующего законодательства, всегда находятся соответствующие заинтересованные лица. Так и было с регулированием деятельности иностранных агентов.
Между тем, следует напомнить, что российское законодательство об иностранных агентах существенно более либерально, чем аналогичное регулирование в США, где иностранными агентами может быть признан максимально широкий круг субъектов – как юридические лица любых организационно-правовых форм, так и физические лица и структуры без образования юридического лица. Поэтому, когда многие говорят о чрезмерной жесткости российского законодательства об иностранных агентах, просто забывают, что наше регулирование стало лишь ответом на попытки вмешательства во внутреннюю политику России со стороны зарубежных структур. И с этой задачей наше законодательство справляется.
Заметим, что в среде государствоведов с суверенитетом как качеством государства, качеством публичной политической власти принято связывать своего рода «состоятельность» государства, способность его институтов осуществлять всю полноту политики без произвольного – помимо его воли де-факто или де-юре – вмешательства каких‑либо иных субъектов, действующих вне рамок национального правопорядка.
Резюмируя сказанное, напрашивается вывод, что те усилия законодателя, которые в последние годы предпринимались для обеспечения суверенитета Российской Федерации в различных сферах, являются осознанным движением правопорядка в направлении полноценного и самостоятельного функционирования государственных и общественных институтов, свободного от вмешательства со стороны. Это и составляет идеологический каркас российского правопорядка.
- В Контакте
- Одноклассники
- Развернуть список
- Телеграм
Суверенитет государства это
Суверенитет государства — это неотъемлемое свойство государственной власти, которая заключается в ее независимости как от внутренних, так и от внешних сил. Наличие этого свойства означает, что государство вольно распоряжаться своими делами на своей территории и проявлять независимую внешнюю политику.
Это ключевое понятие, ключевая его характеристика в политике. Без его разъяснения и понимания ни о каком серьезном освоении курса Обществознания вообще не может идти речи! Поэтому дочитайте эту статью до конца, и может быть, освоите материал на должном уровне. А о том, где тесты решать, тоже рассказал в конце.
Понятие
Если выразится простыми словами, суверенитет — это право и возможность государства повелевать, требовать подчинения. При этом внутри страны и за ее пределами нет такой же, но другой власти, которая может ей воспрепятствовать.
А поскольку государство — центральный политический институт, постольку наличие суверенитета обязательное его качество. Почему именно государство является центральным политическим институтом непременно посмотрите в этой статье.
Вот, в чем проявляется эта независимость:
- независимость в принятии решений как во внутренней, так и во внешней политике;
- универсальность, то есть обязательность этих решений для всех субъектов государства;
- способность отменить иные решения иных властных субъектов.
Вообще, как вы понимаете, в названном определении суверенитета масса непонятного. Что же, выходит государство имеет право что угодно делать и ничего ему за это не будет? Захочет, к примеру, государство расстрелять половину своих граждан только потому, что ее представители носят очки и ботинки, и что — расстреляет? Несомненно, в истории есть примеры: например в Камбодже власти так и поступили, практически. И речь не о древности, а о 20 веке!
Черепа в Камбодже. Источник: https://posta-magazine.ru/voyage/angelina-jolie-cambodia
Но важно отметить, что в правовом, цивилизованном государстве такого не может произойти. Ведь в нормальном обществе есть масса других институтов, которые должны ограничивать власть государства. Чтобы понять это, надо разобраться с видами суверенитета.
Виды
Одним из первых понятие суверенитета в современном его понимании вывел знаменитый мыслитель Жан Боден в своем труде «Шесть книг о государстве». В ней он приписывал независимость только власти в лице монарха. Только монарх, действующий по своей воле, обладает этим свойством. Такая идея положила начало абсолютного суверенитета.
И смею вас заверить, как историк, до первой четверти 20 века так и было! В большинстве стран до этого времени была абсолютная монархия, при которой монарх что хотел, то, собственно и делал. Вообще более детально формы правления мы разобрали в этой статье. Однако еще в конце 18 века французские просветители, а за 100 лет до них и английские поняли, что не может постоянно только абсолютный суверенитет. Ведь тогда дело как раз дойдет до произвола, что в конечном счете приведет к революции: насильственной и кровавой смены как власти, так и социально-экономического строя.
Ввиду этого Жан Жак Руссо, Шарль Монтескье и прочие великие мыслители вывели идею относительного суверенитета. Она гласит, что в действительности источником любой власти является народ, который вольно или невольно поддерживает существующую политическую систему. А значит любая власть уже ограничена народом. Ведь именно народы чаще всего и устраивают революции!
Ну а если мы говорим о более-менее цивилизованном обществе с развитыми институтами частной собственности, гражданского общества, альтернативных и независимых выборов, наконец, с независимой и более-менее честной судебной системой, то в таком обществе абсолютный суверенитет попросту невозможен.
Именно поэтому, когда говорят о современном понимании этого понятия, говорят об относительном суверенитете.
Кроме этого, существует еще формальный и ограниченный суверенитет.
Формальным обладают государства, в уставных документах которых (например, в Конституции) прописано, что оно обладает независимостью, но на деле это не так. Другие страны настолько его зажали, что его и нет фактически.
Ограниченный преобладает в странах, которые в недавнем прошлом являлись агрессорами, и после победы над ними пришлось ограничить из независимость. Так, например произошло с Германией и Японией после Второй мировой войны, о которой вы можете прочесть здесь и здесь.
Также выделяют внутренний и внешний суверенитеты. Думаю, тут всем понятно, что внутренний касается внутренних дел государства, внутренней политики; а внешний — внешней политики. Может ли одно влиять на другое — да, конечно может. Вот, например ввели санкции против России, и у России закончились деньги — тут же повышают цены, налоги, убирают пенсии. При этом правительство мотивирует свое решение тем, что денег нет. Обсуждать тут можно много чего, но факт влияния одного на другое — однозначен, даже, если это не так ��
Вот вы прочли статью, и думаете, что все у вас ок, теперь вы все знаете и умеете, и непременно решите ЕГЭ по обществу на отличные баллы. Смею вас разубедить. Ведь подготовка к экзаменам — это не просто чтение статей — это целенаправленная, каждодневная работа над своими навыками.
И лучше если эта работа происходит под контролем опытного преподавателя — например меня! =) Рекомендую Вам в срочном порядке прийти на наши курсы подготовки, и хотя бы пройти бесплатные курсы, чтобы понять, как именно надо готовиться к экзаменам. Вся информация здесь. Успехов!
С уважением, Андрей Пучков