Первые по числу заключенных
На каждые 100 тыс. россиян приходится 439 заключенных, это самый высокий показатель среди европейских стран. К такому выводу пришли эксперты из Лозаннского университета, которые составили ежегодный доклад о состоянии тюрем в странах — членах Совета Европы. Копия документа есть в распоряжении РБК. Данные, которые анализировали авторы, были действительны на сентябрь 2015 года. Тогда в России было 642,5 тыс. заключенных, из которых примерно пятая часть были арестованы на время следствия, а остальные осуждены.
По количеству заключенных на 100 тыс. населения Россия опережает ближайшего преследователя почти вдвое: у Литвы, которая на втором месте, 277 заключенных на 100 тыс. человек. В среднем по Европе этот показатель составляет 139 арестованных. За последние годы плотность тюремного населения в России уменьшилась почти на треть, но все это время Россия сохраняла лидерство по этому показателю, следует из доклада. Максимальная плотность была зафиксирована в 2008 году, когда на 100 тыс. россиян приходилось 625 заключенных (тогда за решеткой в России находились 887,7 тыс. человек).
Число заключенных в России устойчиво снижается, указала РБК член Совета по правам человека при президенте Мария Каннабих: «Было время, когда в заключении находилось около миллиона человек. А сейчас — около шестисот тысяч. Это положительный факт». По ее словам, это заслуга общественности, которая, в частности, добивается альтернативных мер пресечения для подследственных. Число заключенных будет снижаться, но, по оценке Каннабих, не опустится ниже 30% от нынешнего показателя.
В конце декабря правительство утвердило концепцию федеральной целевой программы (ФЦП) «Развитие уголовно-исполнительной системы» на 2017–2025 годы. В рамках этой концепции для борьбы с перенаселенностью в российских тюрьмах планируется построить 11 изоляторов, 14 режимных корпусов СИЗО и 45 общежитий в исправительных колониях. С учетом уровня инфляции и потребностей региональных управлений ФСИН на реализацию программы потребуется от 54,9 млрд до 167,2 млрд руб.
Сотрудник охраны ФСИН на территории колонии № 7 в Омске (Фото: Алексей Мальгавко / РИА Новости)
Лидеры по убийствам
По соотношению числа заключенных и тюремщиков Россия на втором месте: на каждого сотрудника администрации колоний приходится 11 арестантов, говорится в докладе Лозаннского университета. Выше этот показатель только у Словакии, а в среднем по Европе заключенных примерно в три раза больше, чем тюремщиков.
Самой распространенной статьей среди российских заключенных является убийство — за это преступление были осуждены 27,8% из отбывающих наказание. Выше показатель только в Албании — почти 40% заключенных. В большинстве стран Европы убийство — третья по популярности статья обвинения; за него осуждены в среднем 15% заключенных.
За незаконный оборот наркотиков (это самая массовая группа преступлений по всей Европе) в России осужден каждый четвертый арестант. При этом на каждые 100 тыс. населения России приходится 90 осужденных по этой статье — это больше, чем в любом другом европейском государстве.
Сроки заключения в России в среднем длиннее, чем в большинстве стран Европы. Основная масса приговоренных к лишению свободы россиян получает от пяти до десяти лет колонии (37%); в среднем же по Европе заключенных с такими сроками только 22%.
Одно из свойств российской тюремной системы, оставшееся еще с советских времен, — более длительные по сравнению с Европой сроки заключения, указывает глава международной правозащитной группы «Агора» Павел Чиков. По его оценке, за статьи, связанные с нелегальным оборотом наркотиков, российские суды выносят максимально суровые приговоры. Это касается и убийств: «15–25 лет — очень распространенное явление, когда речь идет об убийстве двух и более лиц. В Норвегии Брейвик получил 25 лет за 70 убийств. У нас он без вариантов получил бы пожизненное».
Экономия и смертность
В России сохраняется высокая тюремная смертность: из 10 тыс. заключенных 61 человек умирает в местах лишения свободы. Этот показатель вдвое превышает средний по Европе; чаще заключенные умирают только в Армении, Молдавии и Черногории.
Правительство России в 2014 году тратило на каждого заключенного €22,5 в день, что вдвое меньше среднего (€52); сильнее экономили только закавказские и балканские страны, а также Литва, Румыния и Молдавия. При этом бюджет российской тюремной системы составил рекордные €5,4 млрд — это на 2 млрд больше, чем у ближайшего преследователя, Великобритании.
В целом в Европе эксперты зафиксировали смешанные тенденции. Растет число освобождений из мест заключения: на 1 сентября 2015 года было зафиксировано 1,4 млн заключенных, на 103 тыс. меньше по сравнению с 2014 годом. «Падение общего числа заключенных в тюрьмах Европы можно только приветствовать, — прокомментировал доклад генсек Совета Европы Турбьерн Ягланд. — Развитие альтернативных способов наказания не обязательно ведет за собой рост числа преступлений, но способствует реинтеграции нарушителей в общество и помогает решить проблему переполненности тюрем».
Вместе с тем аналитики отмечают рост числа вновь осужденных и увеличение среднего срока наказания. Также стабильно растут траты государства на каждого заключенного в день. Кроме того, в исследовании отмечается, что перенаселенность тюрем сохраняется. Как и годом ранее, треть всех администраций тюрем рассказали, что в их учреждениях наблюдается недостаток мест. В целом европейские тюрьмы заполнены на 93,7%. Ситуация серьезно ухудшилась в Молдавии, Турции и Чехии и улучшилась в Греции.
«В СИЗО меня избивали практически каждый день». Воспоминания бывшего заключенного
Бывший заключенный одной из иркутских колоний рассказал о своем совершенном преступлении, приговоре и шести годах, проведенных в местах лишения свободы.
Иван (имя героя изменено — Прим. ред.) — высокий, худощавый парень. Он сидит передо мной и спокойно рассказывает о шести годах, проведенных в колонии строгого режима. Я вглядываюсь в его лицо, пытаясь понять, какие чувства он испытывает, сожалеет ли о потерянных годах и друзьях, которые забыли о его существовании сразу после вынесения приговора.
— Знаете, я сожалею только о том, что столько боли причинил маме, — как будто прочитав мои мысли, произносит он, после чего опускает глаза и несколько секунд молча рассматривает свои руки.
Ивана обвинили и посадили в тюрьму на девять лет за торговлю наркотиками. Когда его арестовали, молодой человек учился в университете. На время следствия Иван взял академический отпуск, надеясь, что его не осудят, но он получил реальный срок, и его отчислили. «Мне просто не повезло,» — говорит он и продолжает свой рассказ.
«Просто хотел подзаработать»
— Как я оказался в тюрьме? Банально — нужны были деньги на хорошую жизнь. Думал, вот сейчас подзаработаю и открою свой бизнес. А быстро заработать можно только на наркотиках. Так я стал закладчиком.
Наркотики я никогда не пробовал, даже желания, если честно, не было: знал, к чему приводит употребление. Но и угрызения совести — что продавал — не испытываю. Это выбор каждого — употреблять или нет. Не я, так другие бы подгоняли дурь наркоманам.
Мне не повезло: повязали уже через два месяца. Одна знакомая девушка сдала меня полиции. Она тоже торговала наркотиками, и ее задержали. Уже потом узнал, что следователи пообещали ей смягчить наказание, если сдаст других торговцев. Она согласилась и привела ко мне домой полицию, зная, что я при товаре. Если бы не она, наверное, я бы заработал ту сумму, которая была нужна, и ушел бы из этого бизнеса. А может, и нет — не знаю.
Самое сложное после ареста было смотреть в глаза родителям, они не могли поверить, что я торговал наркотиками. Помню, на маме лица не было. Но, тем не менее, они не отвернулись от меня, всегда поддерживали, навещали в СИЗО, потом в колонии.
Друзей у меня было немного, а вот знакомых предостаточно, но со многими из них я сразу после ареста прекратил общение: было стыдно. А потом жизнь расставила все по своим местам, и рядом осталось несколько настоящих друзей.
С девушкой, с которой жили вместе, я расстался. Я повзрослел в тюрьме очень быстро, а она осталась такой же — беззаботной девчонкой. После освобождения у меня изменились приоритеты, система ценностей, у нее же только запросы стали выше, а взрослых мыслей так и не появилось. Я понял, что не смогу с ней быть.
«В СИЗО меня избивали практически каждый день»
В СИЗО, пока шло следствие, я просидел пять с половиной месяцев. В изоляторе есть арестанты, которые «работают» на администрацию СИЗО. Как правило, это те, кому грозит долгий срок. Эти «внештатные сотрудники» издеваются над заключенными и пытают их, чтобы выбить признательные показания или заставить активнее сотрудничать со следствием. Такое сотрудничество дает заключенному право пользоваться мобильным телефоном или иметь другие запрещенные в тюрьме вещи. Например, одного парня избили до такого состояния, что он ни есть, ни пить не мог, после чего он сознался вместе со своими подельниками в ограблении восьми ювелирных магазинов на сумму больше пяти миллионов.
С момента ареста на меня оказывали колоссальное давление: первые несколько дней не давали спать, потом начали избивать. Доставалось практически каждый день, иногда больше, иногда меньше. В колонии, по сравнению с пребыванием в СИЗО, был курорт. Поначалу я отвечал на провокации: не привык терпеть обиду, но потом понял, что до добра меня это не доведет, и стал вести себя тише.
В тюрьме есть двухкомнатные камеры, есть однокомнатные. Я сидел в однокомнатной. Обстановка скудная: кровати с железными прутьями, посередине стол. Решетки на окнах, большие стальные двери. В углу стоит раковина и унитаз. От жилой части камеры отхожее место с трех сторон отделяли перегородки высотой всего около полутора метров. Чтобы не справлять нужду на глазах сокамерников, в качестве четвертой перегородки использовали полотенце, которым завешивали вход.
В камере всегда был полумрак. Через небольшое окно с решеткой практически не проникал свет. А вечером камеру освещала только тусклая лампочка, висящая под самым потолком.
Подъем в шесть утра. 30 минут на заправку постели и умывание. Потом начинают раздавать завтрак. Я хорошо запомнил звуки вагонетки, на которой развозили еду. Железные колеса тележки грохотали так, что ее приближение было слышно издалека. После еды мы прибирались в камерах.
Вообще в СИЗО надо вести себя осторожно. Никогда не знаешь, что кто-то из заключенных работает на сотрудников и может тебя «спалить».
С 8:00 до 9:00 происходил утренний обход и проверка камер на предмет незаконных вещей. Всех осужденных выводили в коридор и строили вдоль стены лицом к ней, спрашивали, есть ли жалобы или предложения. В это время в камере сотрудники производят обыск. На самом деле, запрещенных предметов, которые нельзя здесь иметь, много, поэтому даже самая пустячная с виду вещь может уйти в утиль. Во время проверки назначается дежурный по камере, который сутки следит за чистотой и порядком в камере. Он также несет ответственность за все выявленные нарушения.
Потом час свободного времени. Кто-то читал, кто-то просто ходил по камере. И так каждый день.
Потом нас, заключенных, выводили на прогулку в прогулочную камеру. Там вместо потолка решетка. Все ограждено колючей проволокой, установлена видеокамера. Прогулка длится 10-15 минут, но больше и не надо. Рядом находится котельная, постоянно в часы прогулки разгружали уголь, и вся черная пыль летела в прогулочную камеру — мы дышали этой пылью, у многих развился сильный кашель. Помню, когда я приехал в СИЗО через четыре года на пересмотр приговора, выводить на прогулку стали уже на час. Оказалось, кто-то из заключенных пожаловался на короткие прогулки, и их увеличили. Вот только я, как и многие, был не рад этому: зимой находиться на улице, стоя практически на одном месте, было очень холодно.
После обеда было три часа свободного времени. Затем ужин, уборка и очередная проверка. Перед сном немного времени, чтобы умыться, в тазике помыть ноги – и отбой.
Кормили три раза в сутки, ассортимент блюд скудный. Утром давали кашу, сваренную на воде, в обед — суп и второе, вечером – чаще каша. Иногда давали одну и ту же кашу утром, в обед и вечером. Это издевательство над осужденными. Выделяют же деньги на тюрьмы, куда они уходят?! Как правило, вся еда была переваренной и безвкусной. Например, рыбный суп состоял из 300 миллилитров воды, половины картофелины и костей от рыбы. Съел – и непонятно, поел ты или нет. Уже через час-полтора после такого обеда желудок начинает сводить от голода.
Когда в тюрьму приезжали с разными проверками, кормили очень хорошо. Помню, однажды был суп с килькой в томатном соусе, после нескольких недель недоедания казалось, что ничего вкуснее я и не ел. За сигареты раздатчик еды накладывал нам добавки в пластиковые контейнеры — вот так мы и отъедались.
При наличии денег питаться в заключении можно вполне нормально, поскольку у зеков есть доступ к продуктовому магазинчику, расположенному на территории СИЗО. Еще в тюрьме разрешены передачки. Мне родители передавали продукты. Со мной сидели китайцы, таджики, азербайджанцы — к ним никто не приходил, и они не получали посылок. Бывало, я делился с ними едой.
Некоторым заключенным разрешали готовить в камерах. Они приноровились варить в обычных пластиковых ведрах с использованием кипятильника. Так, например, они готовили суп из «Доширака», картофеля и сосисок.
Ежедневно утром и вечером умывались прямо в камерах холодной водой. Мыться в душе разрешалось только один раз в неделю — в банный день. Из-за этого вонь от пота и грязного тела в камере иной раз была невыносимой. На всё давали 15 минут, не успел – твои проблемы. Кто-то договаривался с начальством и мылся дольше, а бывало — и чаще.
Камеры, по сути, — это каменные коробки: летом в них жарко, зимой холодно. Я, как и другие заключенные, болел каждый месяц, один раз особенно тяжело. Помню, в течение нескольких дней была высокая температура, кашель, насморк, все тело страшно ломило. Когда стало хуже, попросил медпомощи, но был уже вечер, медицинский кабинет был закрыт. Пришел дежурный врач, меня вывели в коридор, он тут же что-то вколол мне и дал таблетки. После этого стало еще хуже, думал, умру, но через несколько дней пошел на поправку.
«Маньяки, террористы, убийцы, насильники, наркоторговцы — здесь есть все»
После вынесения приговора меня отправили в колонию строгого режима. На тот момент мне исполнился 21 год. За распространение наркотиков дали девять лет, я отсидел шесть и вышел по УДО. Это еще мягкий приговор, изначально мне грозило от 15 лет лишения свободы, так как у меня нашли много наркотиков. Но мне повезло. Знаете, как говорят, хороший адвокат — это не тот, кто знает закон, а тот, у кого есть нужные знакомства. Так вот, у меня был хороший адвокат.
По прибытии в колонию мне выдали костюм черного цвета, который меняли раз в неделю. Роба стала моей униформой на весь срок заключения.
Среди зэков, как и среди тюремщиков, есть и хорошие, и плохие люди. Мне повезло — чаще я встречал хороших.
Вся территория колонии разделена на жилую зону, в которой стоят бараки, и промышленную — с различными производствами. Заключенные здесь живут в бараках по 50-100 человек. Основной контингент осужденных — это люди в возрасте от 25 до 35 лет. Маньяки, террористы, убийцы, насильники, наркоторговцы — здесь есть все. Сначала рядом с ними находиться страшно, потом привыкаешь и уже не думаешь, что они совершили.
Есть колонии, в которых сидят рецидивисты, отбывающие второй, третий, а иногда и четвертый срок за убийство, кражу, наркотики. Тюрьма стала для них домом. Я сидел в колонии строго режима для «первоходов». Большинство из них убили по пьянке своих жен, сожительниц или собутыльников. Со мной сидели люди, организовывавшие ОПГ и ОПС в нашем городе, у которых в подчинении были 50 и больше бандитов. Были те, кто получил срок за расстрелы людей во время грабежа на дорогах, в том числе детей и женщин. Сидели террористы-игиловцы, а также те, кто размещал в соцсетях посты с экстремистскими текстами — они, как правило, получали срок 3-4 года.
А вообще истории у всех разные. Например, один заключенный сидел за то, что палкой изнасиловал сожителя своей сестры, который надругался над его племянником. За самосуд он получил десять лет колонии строгого режима.
Здесь такой же распорядок дня, как и в СИЗО. Разница лишь в том, что в колонии осужденные работают в автомастерских, выполняют строительно-ремонтные и столярные работы, производят мебель, оконные рамы, работают с металлом. Зарплаты, конечно, копеечные, но в колонии любые деньги не лишние. Правда, оплачиваемой работы не хватает на всех желающих, поэтому на производствах задействована только часть заключенных, остальных привлекают к труду по обслуживанию потребностей колонии. Это уборка, работы в столовой, в прачечной или подсобном хозяйстве – то, что не оплачивается вообще.
В колонии, как и в тюрьме, есть касты. Зэки из низших каст, которых воспринимают скорее как рабов, прислуживают «блатным»: моют пол, исполняют различные поручения, смотрят за отношениями между заключенными, доносят на других зэков. Никто не хотел попасть в низшую касту «петухов» — это дно. И я не хотел. Быстро понял, что лучше поделиться продуктами, сигаретами, деньгами, ни с кем не конфликтовать, не лезть не в свое дело — и спокойно отсидеть срок. Иначе жизнь здесь быстро превратится в ад.
В лагере я сидел спокойно. Были стычки с другими заключенными, но это так, мелочи, по сравнению с тем, что было в СИЗО. Здесь у меня даже был телефон на протяжении всей отсидки: сумел договориться. А вообще у заключенных со связями есть всё – алкоголь, наркотики, телефоны, даже проститутки к некоторым приезжают. Администрация колонии в курсе этого. Раз в месяц тюремщики устраивали показательные обыски, во время которых непременно находили запрещенные предметы.
«За шесть лет, проведенных в колонии, я видел восемь случаев суицида. Кто-то не смог смириться с приговором, а кого-то довели до самоубийства. Всякое здесь бывает».
Шести лет, проведенных в колонии, вполне хватило, чтобы понять, что я не хочу обратно. Там мало кто протестует, как правило, все быстро начинают жить по тем законам, которые уже сложились, боясь избиений, издевательств и насилия со стороны не только заключенных, но и надзирателей.
Две недели после условно досрочного освобождения я практически не выходил из дома: много спал, запоем смотрел фильмы и сериалы, читал книги. Было непросто вернуться к обычной жизни на свободе. До ареста был дерзким подростком: в голове одни гулянки, алкоголь и девушки. Мог разбить витрину, подраться в клубе. Но тюрьма изменила меня. Мама переживает, что я могу попасть в какую-нибудь историю и меня опять посадят: сейчас я условно освобожденный, и любой «косяк» может привести меня обратно в тюрьму.
Часто слышу, что преступники есть преступники, что не надо слушать их жалобы — их надо расстреливать. Однако в тюрьме сидят тоже люди. Я не стыжусь своей судимости. Спрашивают — отвечаю: «Да, сидел». У нас вон каждый третий депутат имеет судимость, и это не мешает им вполне успешно занимать должности и хорошо зарабатывать.
Беседовала Анастасия Маркова, IRK.ru
Иллюстрации Семёна Степанова
Чтобы сообщить об опечатке, выделите текст и нажмите Ctrl + Enter
«Убить на зоне могут лишь спецназ и плохая медицина» Как устроена жизнь в российских колониях и почему вокруг них столько мифов? Отвечает бывший арестант
В начале марта стало известно, что в исправительной колонии Татарстана заключенные подняли бунт после того, как один из них отказался дать конвоирам сфотографировать свои татуировки. Наколки осужденных — важная, почти сакральная часть тюремной культуры: свое значение и смысл имеют не только изображения, но и отношение к ним. Возможно, именно поэтому бесцеремонное требование тюремщиков так возмутило зэков. О том, по каким традициям живут российские тюрьмы и колонии, существует немало мифов — очень распространенных, но зачастую не имеющих ничего общего с реальностью. Правда ли, что новичка ждет наказание, если он нарушил ритуал, входя в камеру? Как складывается жизнь осужденного на зоне в зависимости от его статьи? И насколько верны заявления о том, что в колониях повсеместно царит насилие? О главных тюремных мифах и о том, насколько они соответствуют действительности, «Ленте.ру» рассказал бывший российский заключенный Михаил Краснобаев.
В 2015 году 26-летнего Михаила Краснобаева осудили за «Приготовление к сбыту наркотических веществ». Сам Михаил не отрицал, что хранил запрещенные вещества, но утверждал, что исключительно для личного потребления. Однако вместо условного срока и постановки на учет в наркодиспансере он получил пять лет колонии строгого режима.
Михаил был из тех, кого за глаза называют «ботаником»: окончил школу с золотой медалью, никогда не увлекался спортом и был далек от криминального мира. Когда молодого человека заключили под стражу в зале суда, ему было очень страшно. Он верил всему, что «знающие люди» рассказывали ему о тюрьмах и зонах, и был напуган перспективой испытать все это на собственном опыте.
Миф №1. «Да ты знаешь, что с такими на зоне делают?»
Самый большой страх людей, впервые попадающих в места лишения свободы, заключается в том, что там их будут бить, насиловать, а возможно, и убьют. На самом деле это не так. Во-первых, проблемы могут быть только у насильников и педофилов, чьи преступления считаются наиболее порицаемыми в среде арестантов.
Материалы по теме:
«Прибыль делят смотрящие и надзиратели» Заключенные крадут у россиян миллиарды прямо из тюрем. Как устроен этот бизнес?
1 марта 2021
«Прощайся с домом, ты его больше не увидишь» «Русского Илона Маска» пытали и убили в СИЗО. Кому перешел дорогу талантливый инженер?
16 марта 2021
Лет 20 назад на зонах таких заключенных действительно могли «опустить» (унизить) по всей строгости арестантской жизни. Однако не так давно в воровском укладе появилось специальное указание: «*** [мужским половым органом] не наказывать». И если кто-то попробует таким образом наказать другого арестанта, то будет немедленно остановлен сокамерниками.
Сегодня в местах лишения свободы педофилы и насильники получают сильную взбучку и немного мочи из бутылки на лицо. Они действительно оказываются в «обиженных» — низшей касте арестантов, которые убирают туалеты и стирают чужие носки. Но даже «обиженные» если и оказывают сексуальные услуги, то только по согласию: заставить их никто не может.
Что касается сотрудников тюремной администрации, то с недавних пор их обязали носить включенные видеорегистраторы, записи с которых просматривают контролирующие органы. Эта мера существенно снизила число случаев беспредела со стороны тюремщиков.
Убить за решеткой может разве что тюремный спецназ во время бунта или некачественная медицина вкупе с нехваткой витаминов и малоподвижным образом жизни. За пять лет, что я находился в колонии, самой частой причиной смерти заключенных был суицид.
Его главные причины — это карточные долги, отсутствие перспектив и общая беспросветность существования
И я хотел бы подчеркнуть: это были именно суициды, а не убийства, замаскированные под них. Что касается физического насилия со стороны заключенных, то оно может иметь место, если человек не соблюдает правила арестантского быта. Но эти правила — просты и очевидны, а все остальное действительно мифы.
Миф №2. «В «хату» надо входить правильно»
Второй очень распространенный страх у тех, кто впервые оказывается в местах лишения свободы, — по незнанию допустить такое поведение, за которое ждет суровое наказание. Тюремный фольклор действительно богат на загадки и прибаутки, но судьбу арестанта и его статус в тюремной иерархии определяет вовсе не знание правильных ответов.
Как и в обычной жизни, отношение к человеку на зоне определяют его поступки. Ниже — главные постулаты правильного поведения в тюрьме, следуя которым заключенный будет застрахован от проблем. Самое удивительное в том, что все эти вещи многие люди знают еще с детства, от родителей, а потому следовать им легко и просто.
Врать — плохо.
Брать чужое без спроса — плохо.
Не держать обещания — плохо.
Доносить на близких — плохо.
Унижать слабого — плохо.
Говорить плохое о ком-то за его спиной — плохо.
Смеяться над тем, что дорого другому, — плохо.
Решать вопрос с помощью физической силы — плохо.
Соблюдать гигиену и не причинять дискомфорт окружающим — хорошо.
Мало того что эти правила поведения в целом элементарны: новичкам на зонах, которые допустили какие-то ошибки по незнанию, многие вещи прощаются и объясняются. На первый раз!
Миф №3. «Да ты хиляк, тебя на зоне разом сломают»
Будучи физически абсолютно неразвитым, я, конечно, боялся, что меня на зоне будут третировать люди сильнее меня, которых там большинство. На деле же все оказалось совсем иначе.
Если брать знаменитых воров в законе — Владимира Бабушкина (Вася Бриллиант) или Александра Северова (Саша Север), — то ни один из них не выглядел стероидным качком или жилистым силачом.
На зоне котируется в первую очередь крепость духа, а не крепость тела
Более того, конфликты заключенные стараются разрешать при помощи переговоров, поэтому драк на наших зонах куда меньше, чем, например, в США. Причем за распускание рук арестанта может довольно сурово наказать «смотрящий», или «положенец» (представители криминальных авторитетов в местах лишения свободы — прим. «Ленты.ру»).
К слову, на зонах исторически сложилось, что тренажерный зал и хорошее питание были доступны только «красным» (приближенным к тюремной администрации) — завхозам, бригадирам, дневальным и нарядчикам. Они же впоследствии входили в так называемые секции дисциплины и порядка (СДП).
Эти секции по факту занимались избиением арестантов-новичков по негласному распоряжению администрации
Отсюда и пошло некое пренебрежительное отношение к «спортсменам» среди порядочных арестантов. Так что мускулы на зоне большой роли не играют: куда важнее информативно разговаривать, логично строить умозаключения, а главное — не материться.
Миф №4. «С такой статьей ты будешь унитазы драить»
Отчасти это действительно так: скажем, в местах лишения свободы моют туалеты и прибираются на улице в основном те, у кого статьи 131 («Изнасилование») или 132 («Насильственные действия сексуального характера») УК РФ. А осужденные по «наркотической» статье 228 УК РФ обычно вынуждены выделять из своих средств на общие нужды больше, чем другие заключенные.
Вот только дело тут отнюдь не в статьях. Для того чтобы определить, в каком статусе будет сидеть весь дальнейший срок заключенный, одного предъявленного или даже доказанного судом обвинения мало. О человеке и о его преступлении арестанты узнают «по своим каналам», проводят свое следствие.
Если вина заключенного очевидна, насильник попадет в «обиженку», а наркоторговец будет весь срок платить дань. Но судебная система у нас отнюдь не безупречна. Каждый пятый из осужденных по статье 228 УК РФ является просто наркозависимым или, что еще хуже, вообще не имеющим отношения к наркотикам человеком, которого подставили. К таким людям отношение на зоне доброжелательное: никто не подумает назвать такого заключенного «барыгой».
Миф №5. «Ты шибко умный — таких на зоне не любят»
Существует расхожее мнение, что типичный зэк — недалекий и агрессивный алкоголик. На самом же деле это не более чем стереотип. Во-первых, на зоне у арестанта масса свободного времени, за которое есть возможность прочитать очень много книг, посмотреть немало фильмов и пообщаться с другими заключенными, у которых есть свой культурный багаж.
Таким образом, отбывая свой срок, даже человек изначально невысокой культуры развивается и становится как минимум интересным собеседником
Во-вторых, большая часть времени арестанта уходит на разговоры с другими осужденными, но истории о вольной жизни довольно быстро заканчиваются. И тогда приходит время философских, политических и даже теологических дискуссий, а это — еще одна возможность для культурного развития.
Я сам за пять лет срока прочел около сотни книг, включая те, до которых на воле не доходили руки. Я познакомился с политиками, футболистами, деятелями искусства и просто образованными людьми, от которых узнал немало нового. Но то, что процентов шестьдесят заключенных в начале срока действительно недалеки и бескультурны, — это правда.
Миф №6. «На зоне привыкнешь к чифиру — жить без него не сможешь»
Миф о тюремном чифире и зависимости от него — пожалуй, самый безобидный из всех, но прочно сидящий в головах обывателей. На деле чифир не вызывает зависимости: он разве что может войти в привычку — как кофе по утрам. Чифир действительно бодрит и снимает похмелье, но эффект от него по силе сопоставим с обычными энергетиками.
А еще чифир хорошо согревает и на некоторое время подавляет чувство голода
К слову, существует заблуждение, что настоящий чифир готовят только на зоне — но это совсем не так: приготовить его совсем несложно и в домашних условиях. Для этого нужно взять 80-100 граммов мелколистового чая и залить литром холодной воды.
Потом все это нужно довести до кипения, проварить минут 15 на медленном огне, остудить — и вскипятить заново. Возьмите сито, процедите отвар — и чифир готов. Пить его лучше небольшими глотками, добавив в напиток немного соли, вприкуску с сыром, вяленой рыбой, чипсами и сухарями. А если пить чифир со сладостями, тонизирующий эффект будет сильнее.
Ничего хорошего в тюрьме нет — и те, кто романтизирует ее, как правило, культурно ограничены. Но в том, чтобы оказаться на зоне, нет и ничего страшного. Как говорят заключенные: «Тюрьма не *** [мужской половой орган] — садись, не бойся».
Если вы стали свидетелем важного события или у вас есть новость для отдела «Силовые структуры», напишите сюда: crime@lenta-co.ru
Тюрьмы и колонии в России
Переполненность московских СИЗО к концу 2023 года снизилась до 5,9% с 22% годом ранее. Такие данные уполномоченный по правам человека столицы Татьяна Потяева привела в конце декабря 2023 года.
В пресс-службе ФСИН подтвердили «Коммерсанту» эти цифры и пояснили, что сократить число содержащихся в СИЗО Москвы лиц удалось благодаря переводу граждан в изоляторы в других регионах. Так, в 2023 году из СИЗО Москвы перераспределено более 6 тыс. человек. При этом все московские изоляторы рассчитаны, по оценкам правозащитников, на 9 тыс. человек).
СИЗО Лефортово
Член общественной наблюдательной комиссии (ОНК) Москвы, гендиректор Центра содействия развитию пенитенциарной системы Сергей Аристов в разговоре с изданием подчеркнул, что многие перемещенные из столичных в региональные СИЗО лишаются возможности частых встреч с защитником. Работа по сокращению продолжительности пребывания в СИЗО пока незаметна, заявил Аристов. По его мнению, решить вопрос переполненности следственных изоляторов можно лишь при помощи расширения практики применения альтернативных мер пресечения. Российский рынок WMS-систем: оценки, перспективы и крупнейшие поставщики. Обзор TAdviser
16 декабря 2023 года директор ФСИН России Аркадий Гостев говорил, что переполненность СИЗО есть в 13 регионах, в том числе в Москве. По данным на 1 ноября 2023 года, в СИЗО находилось больше 105 тыс. человек, хотя на ту же дату прошлого года этот показатель составлял 112,8 тыс. человек. [1]
Минюст РФ утвердил правила уничтожения дронов на территориях колоний, СИЗО и тюрем
11 декабря 2023 года Минюст РФ утвердил правила уничтожения дронов на территориях исправительных учреждений, следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы (УИС) и прилегающих к ним территориях, на которых установлены режимные требования. Кроме того, определен перечень должностных лиц, уполномоченных на принятие решений о пресечении функционирования беспилотных аппаратов.
В документе речь идет о дронах разных типов. Это могут быть воздушные, подводные и надводные суда и аппараты, беспилотные транспортные средства и иные автоматизированные беспилотные комплексы. Новый документ заменяет аналогичный приказ Минюста от 13 ноября 2020 года, который распространялся исключительно на воздушные дроны.
Минюст утвердил правила уничтожения дронов на режимных территориях
В утвержденном документе сказано, что решения об уничтожении беспилотников могут приниматься в целях «защиты жизни и здоровья граждан, работников УИС, осужденных, подозреваемых и обвиняемых, содержащихся под стражей». Допускается применение различных методов борьбы с дронами: это подавление или преобразование сигналов дистанционного управления беспилотными аппаратами, воздействие на пульты управления беспилотными аппаратами, а также непосредственное повреждение или разрушение беспилотников.
Решение о выборе того или иного способа противодействия принимает уполномоченное должностное лицо УИС. Допускается использование огнестрельного оружия, если иными средствами прекратить функционирование дронов на территории исправительного учреждения или СИЗО невозможно. Принятое решение о борьбе с беспилотниками незамедлительно доводится для исполнения сотрудникам подразделений охраны в устной форме. Утвержденные меры призваны предотвратить несанкционированную эксплуатацию дронов на режимных объектах. [2]
Минюст РФ утвердил применение дронов для мониторинга колоний и СИЗО
В ноября 2023 года Министерство юстиции РФ представило порядок применения технических средств надзора и контроля в учреждениях уголовно-исполнительной системы (УИС). Среди прочего документа касается использования беспилотников.
Как пояснили в Минюсте, приказ подготовлен в целях реализации принятого ранее в 2023 году федерального закона, в соответствии с которым в исправительных учреждениях и следственных изоляторах УИС при наличии возможности могут использоваться аудиовизуальные, электронные и иные технические средства надзора и контроля.
Тюрьма Кресты в Санкт-Петербурге
Разработанный Минюстом документ регламентирует перечень указанных средств надзора и контроля, а также определяет процедуру их применения в учреждениях уголовно-исполнительной системы. Администрация СИЗО и тюрем будет обязана под расписку уведомлять подозреваемых, обвиняемых и осужденных о применении таких технических средств. Эти инновационные технические решения, объединенные в единую систему, будут способствовать гуманизации условий содержания подозреваемых, обвиняемых и осужденных, а также обеспечению комплексной безопасности учреждений УИС, отметили в министерстве.
Как пишут «Ведомости», в приложении к проекту приказа, в частности, говорится, что беспилотные воздушные суда применяются для осуществления надзора и контроля за запретными зонами, внутренней и прилегающей к СИЗО или колонии территориями. При этом говорится также о том, что предусмотрены технические средства подавления или преобразования сигналов дистанционного управления беспилотными воздушными, подводными и надводными судами и аппаратами.
По мнению опрошенных газетой юристов, новый порядок продиктован тем, что средства электронного контроля постоянно совершенствуются. Запрета на использование БПЛА нет, но, закупив их, учреждения ФСИН могут нарваться на проблемы с надзирающими органами. Чтобы этого не было, власти решили регламентировать их применение, считают эксперты. [3]
В российских тюрьмах внедрили цифровые сервисы для чтения книг, подачи жалоб и записи к врачу
В российских тюрьмах внедрили цифровые сервисы для чтения книг, подачи жалоб и записи к врачу. Об этом 6 октября 2023 года сообщил на встрече с уполномоченным по правам человека в РФ Татьяной Москальковой замминистра юстиции Всеволод Вуколов.
В российских тюрьмах внедрили цифровые сервисы для чтения книг
По словам Вуколова, в магазинах учреждений ФСИН осталась возможность покупать бумажные книги. При наличии технической возможности отдельных следственных изоляторов содержащимся в них гражданам по запросу могут выдавать планшеты и закачивать в них книги и материалы уголовного дела.
Также, как рассказал замглавы Минюста, в исправительных учреждениях были внедрены электронные терминалы для жалоб и записи к врачу.
Внедрение электронных сервисов произошло по приказу Министерства юстиции РФ, который был выпущен в 2022 году. Документ посвящен новым правилам содержания подозреваемых, обвиняемых и осужденных. В частности, приказ предполагает улучшение коммунально-бытовых условий содержания заключенных: инвалиды, беременные женщины и женщины с маленькими детьми смогут ежедневно принимать душ, а при установке санузлов будет обеспечена приватность.
Значительное внимание в новых правилах уделяется вопросу оказания медпомощи заключенным. Подозреваемые, обвиняемые и осужденные смогут знакомиться с медицинской документацией, получать врачебные выписки и приобретать лекарства с последующим их хранением при себе.
Кроме того, в новых правилах предусматривается возможность проведения обыска с помощью специальных технических средств. В помещениях для обысков будут установлены ширмы. [4]
ФСИН назвала число осужденных, привлеченных к работе в компаниях. За год их стало втрое больше
К 10 августа 2023 года 26 тыс. осужденных к принудительным работам привлекаются к труду в 1,7 тыс. организаций, в компаниях также трудоустроено несколько тысяч приговоренных к колониям-поселениям. Сколько именно, не уточняется. В 2022 году таких было 9,3 тыс. человек. Такие данные приводят в Федеральной службе исполнения наказаний (ФСИН).
26 тыс. осужденных к принудительным работам привлекаются к труду в 1,7 тыс. организаций
Там же отметили, что благодаря поправкам к законодательству с 2020 года на предприятиях появилась возможность создавать испавравильные центры в формате общежитий для осужденных к принудительным работам. С октября 2023 года вступят в силу изменения, позволяющие привлекать таких осужденных к работам у индивидуальных предпринимателей.
Во ФСИН назвали осужденных к принудительным работам «постоянной, дисциплинированной рабочей силой, которая находится под наблюдением и контролем». По информации ведомства, их привлекают к работам в различных отраслях в зависимости от имеющейся специальности.
В марте 2023 года ФСИН сообщила о создании 367 исправитальных центров на 40 тыс. осужденных. По данным Минюста, более половины таких участков размещены непосредственно на предприятиях. К 2024 году планируется увеличить количество мест в исправительных центрах до 80 тыс. человек.
Во ФСИН заверили, что целью привлечения к труду осужденных не является получение прибыли, а в подобной практике тюремное ведомство видит «лишь средство их исправления и важнейший элемент их трудового воспитания и профессионального обучения». Утверждается, что осужденных к принудительным работам привлекают к труду в соответствии с трудовым законодательством, но «за исключением правил приема на работу, увольнения с работы, перевода на другую работу, отказа от выполнения работы, предоставления отпусков». [5]
2022
В российских тюрьмах сократилось число жалоб на пытки
Количество обращений к уполномоченному по правам человека в РФ Татьяне Москальковой о применении пыток и других незаконных методов получения доказательств у обвиняемых и осужденных в 2022 году сократилось. Об этом стало известно в середине мая 2023 года.
Как сообщает «Интерфакс» со ссылкой на ежегодный доклад о деятельности омбудсмена, Москалькова в 2022 году получила 47 жалоб на применение пыток со стороны сотрудников правоохранительных органов (в 2021 — 66), 56 — на использование незаконных методов получения доказательств, в том числе фальсификаций и использование недопустимых доказательств (в 2021 — 68), 16 — на психологическое воздействие в виде отказа в свиданиях и телефонных разговорах с родственниками (в 2021 — 19), и еще 49 жалоб на нарушение служебной этики должностными лицами правоохранительных органов и судов (в 2021 году — 55). За 2022 год омбудсмену удалось восстановить права двух человек, обращавшихся по этой тематике.
В российских тюрьмах сократилось число жалоб на пытки
В 2022 году был принят закон об ужесточении наказания до 15 лет колонии за пытки. Причиной тому явились ситуации в российских колониях осенью 2021 года после публикации в YouTube видео о сексуальном насилии и пытках осужденных в Саратовской области. СК РФ возбудил ряд уголовных дел, а глава ФСИН Александр Калашников на этом фоне ушел в отставку.
Он также уточнила, что в 2022 году восьми субъектах РФ зафиксированы жалобы на переполненность камер и отсутствие условий для обеспечения надлежащего медицинского обеспечения. [6]
Из СИЗО и колоний никто не сбежал
В 2022 году из российских СИЗО и колоний впервые никто не сбежал. Об этом в Федеральной службе исполнения наказаний (ФСИН) заявили 13 марта 2023 года.
Впервые в истории России за год было совершено 0 побегов из СИЗО и колоний
Директор ФСИН напомнил, что одной из основных задач службы является обеспечение надлежащего уровня охраны и правопорядка в учреждениях уголовно-исполнительной системы (УИС), укрепление режима отбывания наказания. Он констатировал также, что «в результате принятых мер количество преступлений, совершенных в учреждениях УИС, снизилось почти на 28%».
При этом, как пишет РБК, в конце августа 2022 года двое осужденных сбежали из ИК-38 в г. Березники в Пермском крае. Полиция и сотрудники службы исполнения наказаний задержали их. Как уточнили изданию в пресс-службе главного управления ФСИН по Пермскому краю, осужденных снова осудят, им дадут еще один срок. По статье о побеге (ст. 313 УК) в России дают до восьми лет лишения свободы.
Для розыска осужденных в системе УИС Минюст в 1998 году поручил создать подразделения розыска. Количество побегов заключенных из СИЗО и колоний за 25 лет сократилось в 140 раз, сообщили ТАСС в январе 2019 года во ФСИН.
В 1994 году совершено 140 побегов из-под охраны, в 2000 году — 25, в 2010 году — 11, в 2015 году — 8, в 2016 году — 5, 2017 году — 2, в 2018 году — 1. В эту статистику не входят побеги или попытки побегов из колоний-поселений, где осужденные находятся не под охраной, а лишь под надзором. [7]
Доходы осужденных выросли на 14%
Средний заработок трудоустроенных осужденных в российских исправительных колониях в 2022 году вырос на 14% в сравнении с 2021-м. Такие данные в середине марта 2023 года обнародовали в Федеральной службе исполнения наказаний (ФСИН).
Как сообщает ТАСС, в 2018 году осужденным в колонии в среднем платили в месяц 4,8 тыс. рублей, а к 2022 году эта сумма выросла почти вдвое — до 9 тыс. рублей. Как уточнили во ФСИН, свой доход осужденные могут отправлять родственникам, тратить в магазине колонии, но в первую очередь с его помощью они возмещают ущерб по поданным к ним искам.
В 2022 году средний доход заключенного в России составил около 9 тыс. рублей
Во ФСИН заявили, что служба последовательно осуществляет мероприятия по созданию условий для трудовой занятости осужденных, улучшению производственно-хозяйственной деятельности учреждений и предприятий уголовно-исполнительной системы. Благодаря этому увеличилась доля осужденных, привлеченных к труду на оплачиваемых работах, достигнув 70,5% по итогам 2022 года. В 2021-м показатель измерялся 65%.
Как сообщает «РИА НовостиРИА Новости]]», заключенные производят самые разные товары, причем как для нужд самой колонии, так и для коммерческих предприятий, не имеющих ничего общего с зоной. Любая организация или крупное бюджетное ведомство может заказать вещи, сделанные арестантами. Вся тюремная продукция объединена в каталог под брендом «Торговый дом ФСИН России».
Больше всего производится продуктов питания и сельскохозяйственных товаров — 45%, одежда и обувь — 21%. Кроме того, изготавливаются изделия из металла — от подставок для цветов, теплиц до крупного оборудования, машин. Пользуются популярностью мебель из дерева и мелкие сувениры. Несмотря на высокий доход, который приносит ФСИН труд осужденных, в колониях работают не больше 40% арестантов, отмечает агентство. [8] [9]
ФСИН: СИЗО заполнены на 96%
К августу 2022 года следственные изоляторы в России заполнены на 96%. Об этом в Федеральной службе исполнения наказаний (ФСИН) РФ сообщили «Коммерсанту» в ответ на запрос о нехватке мест в СИЗО.
По данным ведомства, по состоянию на 1 августа 2022 года в российских СИЗО содержалось 114 172 человек, в то время как изоляторы в стране рассчитаны в общей сложности на 118 495 задержанных.
СИЗО заполнены на 96%
По словам члена президентского Совета по правам человека и ОНК Москвы Евы Меркачевой, которая в июле 2022 года проверяла условия содержания людей в «Матросской Тишине» в Москве, изолятор переполнен на 43%, там содержатся более 600 «лишних» заключенных. В третьем корпусе, где люди спят на полу, «камеры и коридоры в грибке, черные туалеты, ржавые трубы», ситуация особенно тяжелая. Администрация СИЗО обещает исправить проблему, но никто не знает, куда переселить людей, заявила правозащитница.
Меркачева подчеркнула изданию, что администрация СИЗО не отрицает проблему переизбытка арестантов и обещает расселить самые заполненные камеры. Она также обратила внимание на то, что сотрудники следственного комитета арестовывают по делам, за которые раньше назначался домашний арест или выдавалась подписка о невыезде.
Руководство СИЗО не может отказать в принятии новых арестантов, даже если их негде расселять, сообщил «Коммерсанту» управляющий партнер коллегии адвокатов Pen & Paper Алексей Добрынин. Переполненность СИЗО Петербурга и Ленинградской области наблюдается с 2021 года, добавил он.
Хроническую перегрузку СИЗО в комментарии изданию признало управление ФСИН по Ставропольскому краю. Управление ФСИН по Краснодарскому краю заявило, что принимает меры по недопущению переполненности СИЗО. [10]
ФСИН хочет разрешить осужденным ИТ-специалистам удаленно работать на бизнес
27 апреля 2022 года стало известно о планах Федеральной службы исполнения наказаний (ФСИН) разрешить осужденным ИТ-специалистам удаленно работать на бизнес. По словам замглавы ведомства Александра Хабарова, с таким предложением обратились несколько регионов.
ФСИН может разрешить осужденным ИТ-специалистам удаленно работать на бизнес
Как отметил Хабаров, речь идет о специалистах, которые отбывают наказание в исправительных центрах. Замглавы ФСИН подчеркнул, что осужденные в таких центрах обязаны трудиться в любой сфере, в том числе это можно сделать в ИТ. Согласно закону, осужденные в исправительных центрах могут работать в пределах одного региона, однако удаленно они смогут работать на компании из других субъектов России, пояснил он.
В исправительных центрах отбывают наказание, однако человек, который там трудится – не заключенный в буквальном смысле этого слова. У него есть мобильный телефон, ему можно посещать магазины и добираться до работы на общественном транспорте, а не под конвоем. Осужденные живут в общежитиях в исправительных центрах, в том числе расположенных на объектах, принадлежащих предприятиям.
О планах ФСИН привлекать осужденных ИТ-специалистов к работе на коммерческие компании стало известно на фоне острой нехватки айтишников в России. В конце апреля 2022 года первый вице-спикер Совета Федерации, секретарь генсовета партии «Единая Россия» Андрей Турчак заявил, что российской экономике требуется порядка 1 млн ИТ-специалистов, в то время как часть таких кадров с началом российской спецоперации на Украине покинули РФ. [11]