Что понимается под предметом преступления

Предмет преступления: отличие от смежных понятий (В.Н. Винокуров, «Журнал российского права», N 12, декабрь 2011 г.)

В последнее десятилетие концепция «объект преступления — общественные отношения» подвергалась критике. Одним из доводов непризнания общественных отношений объектом преступлений является их абстрактность и неосязаемость. С целью конкретизации в теории уголовного права общественные отношения рассматриваются через предметы материального мира*(1). Предмет или вещь обладает свойствами, характеризуется целостностью, самостоятельным существованием, устойчивостью, границами (пространственными, временными, качественными) и является носителем свойств и отношений*(2). К предмету преступления в широком смысле относят все то, что подвергается непосредственному воздействию при посягательстве на общественные отношения: физических и юридических лиц и их деятельность, вещи и процессы как условия или предпосылки существования либо формы выражения общественных отношений. Такое понимание предмета преступления обусловлено структурой общественных отношений, элементами которых являются субъекты и их деятельность. Без посягательства на эти элементы (предмет посягательства) невозможно воздействовать на общественные отношения, а значит, не существует и «беспредметных» преступлений*(3).

Таким образом, понятие «предмет преступления» необоснованно отождествлялось в научной литературе с предметами посягательства*(4). Признание предметом преступления деятельности участников отношений, выступающей содержанием объекта преступления, не позволяет отграничивать содержание общественных отношений от предметов материального мира. Пониманию и установлению предмета преступления не способствует также его отождествление с субъектом отношений. К предмету преступления следует относить лишь вещи и другие материальные образования объективного мира, на которые непосредственно воздействует виновный*(5). Хотя тело человека поддается чувственному восприятию, его нельзя относить к предмету преступления, как это делает Н.И. Коржанский*(6), поскольку человек, как субъект отношений, — это всегда социальная категория, воплощающая в себе те или иные социальные связи. Вещи, выражающей общественные отношения, может и не быть, но отношения между субъектами тем не менее существуют. Общественный характер предмет преступления приобретает в том случае, когда он вовлечен в сферу общественной жизни*(7).

В теории советского уголовного права выделяли следующие признаки предмета преступления: физический, социальный, юридический*(8). Физический признак «материализует» общественные отношения как объект уголовно-правовой охраны. Изменения, произошедшие в предмете, свидетельствуют о том, что на него в процессе преступления было оказано воздействие, и характеризуют последствия преступления как признак объективной стороны. Значение социального признака заключается в том, что социальные свойства предмета преступления выражают характер общественных отношений*(9). Виновный, воздействуя на предмет преступления, посягает на возможность субъекта отношений реализовывать свои интересы. Юридический признак формализует социальный, когда законодатель посредством описания наиболее важных, по его мнению, свойств предмета преступления в диспозиции статьи Особенной части указывает характер правоотношений, выступающих объектом преступления как элемент состава.

В последнее время происходит переосмысление понятия предмета преступления и содержания его признаков. Так, к предмету преступления относят блага (материальные и духовные), по поводу которых существуют охраняемые отношения и на которые направлено преступное воздействие, причиняющее вред отношениям, охраняемым уголовным законом *(10). В.Д. Филимонов полагает, что благом и предметом преступления являются, например, проведение собраний, митингов, осуществление предпринимательской деятельности. Поскольку общественное отношение как объект преступления имеет своим предметом некое социальное благо, а последнее, в свою очередь, является предметом преступления, недопустимо существование беспредметных преступлений. В связи с этим разграничение объекта и предмета преступления устарело*(11). Такой подход обусловлен отождествлением понятий «предмет отношения» (нематериальные явления, по поводу которых складываются общественные отношения) и «предмет преступления», служащий формой их выражения. Так, В.П. Кашепов к предмету отношений, имеющему, по его мнению, значение для уголовного права только если он совпадает по форме и содержанию с предметом преступления, относит такие материальные блага и нематериальные ценности, в связи с которыми субъекты вступают в отношения, как жизнь, здоровье человека, имущественные ценности, воинский порядок и т.п.*(12)

Представляется, что отождествление предмета отношений как нематериального явления, в связи с которым существуют отношения между субъектами, и предмета преступления, как предмета материального мира и информации, выражающего эти отношения, произошло вследствие неразграничения общественных отношений на обобщенном уровне — как типизированных устойчивых связей, сложившихся в обществе, и на индивидуальном уровне — как социальных связей между конкретными субъектами. Когда речь идет о социальных связях между конкретными субъектами отношений, предметы материального мира можно относить к предмету этих отношений, поскольку субъекты взаимодействуют между собой по поводу этого конкретного предмета материального мира. Однако на обобщенном уровне общественных отношений как типизированных устойчивых связей предметы материального мира выступают лишь формой их выражения. Поэтому о предмете преступления как признаке состава преступления следует говорить, когда происходит посягательство на отношения, выражающиеся в материальных предметах*(13).

Отождествление предмета отношений с предметом преступления произошло также из-за широкого понимания физического и социального признаков предмета преступления, содержание которых заключается в том, что предмет преступления способен подвергаться воздействию и удовлетворять потребности людей*(14). Поэтому неправильно относить правила охраны окружающей среды к предмету преступления, предусмотренного ст. 246 УК РФ; вступивший в законную силу приговор или решение суда — к предмету преступления по ст. 315 УК РФ; деятельность, направленную на получение прибыли, к предмету преступления по ст. 171 УК РФ*(15). Это обусловлено тем, что решение суда лишь подтверждает возникновение конкретных отношений, а правила охраны окружающей среды и деятельность, направленная на получение прибыли, непосредственному воздействию не подвергаются и своих свойств не изменяют.

В современных условиях материальность как физический признак предмета преступления утратила свое значение. Так, информация является товаром и в зависимости от социальной значимости как объект права может иметь различный статус, поддаваться воздействию и изменению и, соответственно, быть предметом различных преступлений*(16). Согласно ст. 2 Федерального закона от 27 июля 2006 г. N 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» под информацией понимаются сведения (сообщения, данные) независимо от формы их предоставления. Поэтому следует отличать информацию как предмет преступления от носителя информации, являющегося формой ее закрепления*(17). К предмету преступления следует также относить электроэнергию и объекты природной среды (атмосферный воздух, землю, воду), поскольку они удовлетворяют потребности человека, доступны для восприятия (выражают общественные отношения), подвергаются изменениям, поддающимся фиксации?*(18).

Признавая предмет преступления признаком его состава, следует установить его место в системе элементов состава преступления, определяемое характером действий, совершаемых с ним. В теории уголовного права отмечают, что предмет преступления — это предметы или вещи, служащие материальным (вещественным) поводом, условием либо свидетельством существования общественных отношений, и посредством изъятия, уничтожения, создания либо видоизменения которых причиняется вред объекту преступления*(19). А.А. Пионтковский считал, что о предмете преступления как признаке состава следует говорить, когда на него, в отличие от объекта преступления, не происходит посягательства. Так, объектом взяточничества является нормальная работа государственного аппарата, а предметом — определенные материальные ценности; объектом контрабанды — монополия внешней торговли государства, а предметом — товарно-материальные ценности, незаконно перевозимые через границу. Поэтому предмет преступления относится к объективной стороне состава преступления*(20). Хотя в силу тесной связи предмета и объекта преступления и невозможности выражения общественных отношений без материальных предметов, предмет должен рассматриваться вместе с объектом преступления*(21).

Таким образом, возникает двойственность при определении места предмета преступления в системе признаков его состава. Во-первых, предметы преступления — это предметы материального мира и информация, существующие до совершения преступления, выражающие общественные отношения, охраняемые уголовным законом и подвергающиеся воздействию. Во-вторых, к предметам преступления относят также предметы материального мира и информацию, получаемые в результате преступления (ст. 185, 186, 187, 222, 228, 238, 327 УК РФ), и предметы материального мира, перемещение которых в пространстве посягает на объект преступления (ст. 174, 174.1, 188, 204, 290 УК РФ)*(22). Это терминологическое разногласие (в одних случаях предмет — это то, на что направлено воздействие, а в других — это то, чем воздействуют) ставит под сомнение изучение предмета в рамках понятия объекта преступления*(23).

И в первом, и во втором случаях предметы материального мира конкретизируют общественные отношения как объект преступления, но их роль в процессе совершения преступления различна. В первом случае эти предметы существуют до совершения преступления и подвергаются непосредственному воздействию, а во втором — их изготовление и перемещение в пространстве образует объективную сторону преступления. Предмет преступления традиционно относят к признакам объекта уголовно-правовой охраны — системы отношений, существующих до совершения преступления. Предметы материального мира, изготовление которых характеризует процесс совершения преступления, не являются элементами этой системы и не относятся к объекту. Имущество, передаваемое в виде взятки, и предметы, перемещаемые через таможенную границу с нарушением требований, относятся не к объекту, а к объективной стороне*(24). В.Я. Таций отмечает нецелесообразность отделения от объекта предметов, не входящих в систему охраняемого отношения. По его мнению, предмет преступления — это вещи материального мира, с определенными свойствами которых закон связывает наличие в действиях лица признаков конкретного состава преступления*(25). В таком ключе рассматривает понятие предмета преступления и Пленум ВС РФ, указавший в постановлении от 10 февраля 2000 г. N 6 «О судебной практике по делам о взяточничестве и коммерческом подкупе» следующее: «По смыслу закона, предметом взятки или коммерческого подкупа наряду с деньгами, ценными бумагам или иным имуществом могут быть выгоды и услуги имущественного характера, оказываемые безвозмездно, но подлежащие оплате». Однако, как обоснованно отмечает Н.И. Коржанский, при взяточничестве имущество является средством воздействия на лицо и ничем не отличается от орудия совершения преступления. В то же время автор непоследовательно относит к предмету преступления оружие при его изготовлении*(26). Действительно, применительно к составу преступления, предусмотренному ст. 226 УК РФ, оружие выступает предметом преступления, но в составе, предусмотренном ст. 222 УК РФ, оружие не является предметом преступления — признаком объекта. Так, по верному замечанию Н.В. Вишняковой, нельзя относить к предмету преступления, предусмотренному ст. 186 УК РФ, поддельные деньги*(27). В то же время их нельзя относить и к орудиям или средствам преступления, при помощи которых виновный воздействует непосредственно на предмет преступления или потерпевшего*(28). Представляется, что их следует именовать предметами совершения преступления.

В уголовно-процессуальном праве законодатель различает предметы материального мира, рассматриваемые как предмет преступления, орудия и средства совершения преступления, а также продукты и предметы деятельности. Согласно ст. 81 УПК РФ вещественными доказательствами признаются любые предметы: 1) которые служили орудиями преступления или сохранили на себе следы преступления; 2) на которые были направлены преступные действия; 3) иные предметы и документы, которые могут служить средствами для обнаружения преступления и установления обстоятельств уголовного дела. В первом случае речь идет об орудиях совершения преступления как о признаке объективной стороны преступления. Во втором — о предмете преступления как признаке объекта. В третьем — о предметах материального мира, изготовление которых свидетельствует о совершенном преступлении. К ним следует относить имущество, передаваемое в качестве взятки, незаконно перевозимые наркотические средства и т.д.

Отличие предмета преступления как признака, характеризующего объект, от предмета его совершения как признака, характеризующего объективную сторону, четко просматривается при анализе механизма причинения вреда в зависимости от сферы жизнедеятельности человека. Преступление может совершаться в материальной и нематериальной сферах жизнедеятельности общества. На основании этого С.В. Землюков выделяет типы воздействия на общественные отношения. В материальной сфере преступления совершаются путем непосредственного посягательства на материальные блага в процессе их производства, распределения или потребления либо путем выполнения такой же материальной деятельности, но в запрещенных формах (создание, распространение, хранение опасных и вредных для общества продуктов, предметов, вещей, когда результаты преступления материализованы, овеществлены и в большинстве своем имеют стоимостную оценку). В нематериальной сфере преступления совершаются в двух формах. Первую форму составляют преступления, посягающие на овеществленные духовные блага (ценности), символы, что приводит к их незаконному изъятию, уничтожению, повреждению. Вторую — преступления, заключающиеся в производстве, распространении вредного для общественного и индивидуального сознания продуктов духовной деятельности (сбыт порнографических материалов, призывы к террористической деятельности). Если вредные результаты (продукты) преступлений в сфере производства материальных благ представляют непосредственную опасность для материальных благ, телесной неприкосновенности человека, то вредные — результаты (продукты) нематериальной преступной деятельности опасны для духовной сферы человека*(29).

Отграничение предмета преступления как признака объекта преступления от предметов совершения преступления имеет и практическое значение. Так, Ф. был осужден по ч. 1 ст. 188 УК РФ, а вещественные доказательства — 6 тыс. долл. США постановлено конфисковать в доход государства. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ, признав правильной квалификацию действий Ф. по ч. 1 ст. 188 УК РФ, в то же время признала незаконной конфискацию указанной денежной суммы, поскольку умысел осужденного был направлен не на незаконное завладение денежными средствами, а на нарушение порядка их перемещения через таможенную границу, и в деле нет материалов, свидетельствующих о том, что изъятая валюта была добыта преступным путем, поэтому она (валюта) не является предметом преступления и конфискации не подлежит. В данном случае речь идет не о предмете преступления или орудиях его совершения, а о предмете совершения преступления, который, если не запрещен к свободному обороту, не подлежит конфискации. При воздействии на предмет преступления как признак объекта для квалификации, как правило, имеет значение количественная характеристика последствий, когда закон четко разграничивает преступное воздействие на предмет преступления от непреступного посредством описания последствий преступления, т.е. изменений, произошедших в предмете преступления. Количественная характеристика предметов совершения преступления (размер и количество) значения для квалификации зачастую не имеет. Главное, чтобы они обладали определенными свойствами: представляли угрозу общественной безопасности (ст. 222 УК РФ), здоровью населения (ст. 228, 238 УК РФ) и т.д.

Подводя итоги отметим, что предмет преступления как форма выражения общественных отношений — это предметы внешнего мира и информация, существующие до совершения преступления и удовлетворяющие потребности людей (быть социально значимыми), энергия и объекты экологии, доступные для восприятия и способные подвергаться воздействию, изменению и учету произошедших в них изменений. Значение предмета преступления выражается в следующем: во-первых, посредством закрепления в диспозиции статьи социальных свойств законодатель определяет характер отношений, выступающих объектом преступления; во-вторых, воздействие на предмет фиксирует изменения в социальной действительности как последствия преступления. Таким образом, социальные свойства предмета преступления выражают общественные отношения и характеризуют объект преступления, а физические свойства — способность поддаваться изменениям, которые можно зафиксировать, и характеризуют последствия преступления как признак его объективной стороны.

От предмета преступления, характеризующего объект, следует отличать предметы материального мира и информацию, создание и перемещение которых в пространстве характеризует объективную сторону преступления, которые следует именовать предметом совершения преступления, поскольку они в отличие от орудий и средств совершения преступления непосредственно не воздействуют на потерпевшего.

Баландюк В.Н. Уголовно-правовая характеристика экологических преступлений. М., 2000.

Баруллин В.С. Соотношение материального и идеального в обществе (методологические аспекты проблемы). М., 1977.

Бикмурзин М.П. Предмет преступления: теоретико-правовой анализ. М., 2006.

Благов Е.В. Механизм причинения вреда объекту преступления // Совершенствование уголовного законодательства и практики его применения. Красноярск, 1989.

Бойцов А.И. Преступления против собственности. СПб., 2002.

Бриллиантов А.В., Косевич Н.Р. Настольная книга судьи: преступления против правосудия. М., 2008.

Вишнякова Н.В. Объект и предмет преступлений против собственности. Омск, 2008.

Гельфер М.А. Некоторые вопросы общего учения об объекте преступления в советском уголовном праве // Ученые записки ВЮЗИ. М., 1955.

Глистин В.К. Проблема уголовно-правовой охраны общественных отношений (объект и квалификация преступлений). Л., 1979.

Землюков С.В. Уголовно-правовые проблемы преступного вреда. Новосибирск, 1991.

Калмыков Д.А. К вопросу о необходимости корректировки понятия «предмет преступления» // Противодействие преступности: уголовно-правовые, криминологические и уголовно-исполнительные проблемы: матер. Российского конгресса уголовного права. М., 2008.

Кириллов В.И. Логика познания сущности. М., 1980.

Коржанский Н.И. Объект и предмет уголовно-правовой охраны. М., 1980.

Коржанский Н.И. Объект и предмет уголовно-правовой охраны. М., 1989.

Коржанский Н.И. Предмет преступления. Волгоград, 1976.

Кравцов С.Ф. Предмет преступления: автореф. дис. . канд. юрид. наук. Л., 1976.

Кригер Г.А. К вопросу о понятии объекта преступления в советском уголовном праве // Вестник Московского университета. 1955. N 1.

Курс советского уголовного права (часть Общая). Л., 1968.

Лопашенко Н.А. Уголовная ответственность за нарушение правил охраны окружающей природной среды // Законность. 2001. N 8.

Малинин Б.В., Парфенов А.Ф. Объективная сторона преступления. СПб., 2004.

Никифоров Б.С. Объект преступления по советскому уголовному праву. М., 1960.

Новоселов Г.П. Учение об объекте преступления: методологические аспекты. М., 2001.

Панов Н.И. Понятие предмета преступлениям советскому уголовному праву // Проблемы правоведения. Вып. 45. Киев, 1984.

Панченко П.Н. Исследование объекта и предмета преступления // Проблемы борьбы с преступностью: сб. науч. тр. Омск, 1979.

Петухов Б.В., Кузнецов И.В. Отличие предмета от орудий и средств совершения преступления // Российский следователь. 2004. N 4.

Пионтковский А.А. Курс советского уголовного права: часть Общая. Т. II. М., 1970.

Сахаров В.И. Средства и орудия совершения преступления. Объективная сторона преступления: (факультативные признаки) / под ред. А.В. Наумова и С.И. Никулина. М., 1995.

Сергеева Т.Л. Борьба с подлогами документов по советскому уголовному праву. М., 1949.

Советское уголовное право: часть Общая. М., 1962.

Советское уголовное право: часть Общая. М., 1964.

Таций В.Я. Объект и предмет преступления в советском уголовном праве. Харьков, 1988.

Уголовное право Российской Федерации: учебник. М., 1999.

Фабричный А.И. Уголовно-правовая характеристика незаконного предпринимательства: автореф. дис. . канд. юрид. наук. Красноярск, 2001.

Филимонов В.Д. Норма уголовного права. СПб., 2004.

Фролов Е.А. Спорные вопросы общего учения об объекте преступления: сб. уч. тр. Вып. 10. Свердловск, 1969.

Яшков С.А. Информация как предмет преступления: автореф. дис. . канд. юрид. наук. Екатеринбург, 2005.

докторант кафедры уголовного права и криминологии

Сибирского юридического института МВД России,

кандидат юридических наук, доцент

«Журнал российского права», N 12, декабрь 2011 г.

*(1) См.: Фролов Е.А. Спорные вопросы общего учения об объекте преступления: сб. уч. тр. Вып. 10. Свердловск, 1969. С. 219; Коржанский Н.И. Объект и предмет уголовно-правовой охраны. М., 1989. С. 86.

*(2) См.: Кириллов В.И. Логика познания сущности. М., 1980. С. 54; Баруллин В.С. Соотношение материального и идеального в обществе (методологические аспекты проблемы). М., 1977. С. 18-19.

*(3) См.: Кригер Г.А. К вопросу о понятии объекта преступления в советском уголовном праве // Вестник Московского университета. 1955. N 1. С. 123; Курс советского уголовного права (часть Общая). Л., 1968. С. 303-307; Панченко П.Н. Исследование объекта и предмета преступления // Проблемы борьбы с преступностью: сб. науч. тр. Омск, 1979. С. 163. А.А. Пионтковский считал, что отношения между общим и непосредственным объектом преступления следует рассматривать в плоскости взаимоотношения категорий материалистической диалектики — сущности и явления. Поэтому элементы структуры отношения, выступающие предметом воздействия и непосредственно воспринимаемые (имущество, здоровье граждан и т.д.), являются не предметом преступления, а его непосредственным объектом и создают материальную предпосылку существования соответствующих отношений либо являются материальной формой их выражения или их субъектом (см.: Пионтковский А.А. Курс советского уголовного права. Часть Общая. Т. II. М., 1970. С. 116-119).

*(4) В теории уголовного права выделяют такие понятия, как «предмет отношения», являющийся структурным элементом общественного отношения, «предмет преступления» — вещи материального мира, со свойствами которых связано наличие в действиях лица состава преступления; «предмет преступного воздействия» — элемент охраняемого уголовным законом отношения, подвергающийся непосредственному воздействию (см.: Таций В.Я. Объект и предмет преступления в советском уголовном праве. Харьков, 1988. С. 32-58).

*(5) См.: Панов Н.И. Понятие предмета преступления по советскому уголовному праву // Проблемы правоведения. Вып. 45. Киев, 1984. С. 68-72; Кравцов С.Ф. Предмет преступления: автореф. дис. . канд. юрид. наук. Л., 1976. С. 7-8.

*(6) См.: Коржанский Н.И. Объект и предмет уголовно-правовой охраны. М., 1980. С. 100-104.

*(7) См.: Фролов Е.А. Указ. соч. С. 218.

*(8) См.: Гельфер М.А. Некоторые вопросы общего учения об объекте преступления в советском уголовном праве // Ученые записки ВЮЗИ. М., 1955. С. 57-58; Кравцов С.Ф. Указ. соч. С. 8-9; Панов Н.И. Указ. соч. С. 68-72.

*(9) См.: Глистин В.К. Проблема уголовно-правовой охраны общественных отношений (объект и квалификация преступлений). Л., 1979. С. 48.

*(10) См.: Вишнякова Н.В. Объект и предмет преступлений против собственности. Омск, 2008. С. 21; Благов Е.В. Механизм причинения вреда объекту преступления // Совершенствование уголовного законодательства и практики его применения. Красноярск, 1989. С. 68.

*(11) См.: Филимонов В.Д. Норма уголовного права. СПб., 2004. С. 101, 103.

*(12) См.: Уголовное право Российской Федерации: учебник. М., 1999. С. 57.

*(13) См.: Фролов Е.А. Указ. соч. С. 221.

*(14) См.: Новоселов Г.П. Учение об объекте преступления: методологические аспекты. М., 2001. С. 53.

*(15) См.: Лопашенко Н.А. Уголовная ответственность за нарушение правил охраны окружающей природной среды // Законность. 2001. N 8. С. 6; Бриллиантов А.В., Косевич Н.Р. Настольная книга судьи: преступления против правосудия. М., 2008. С. 479; Фабричный А.И. Уголовно-правовая характеристика незаконного предпринимательства: автореф. дис. . канд. юрид. наук. Красноярск, 2001. С. 17.

*(16) См.: Бойцов А.И. Преступления против собственности. СПб., 2002. С. 118-119; Бикмурзин М.П. Предмет преступления: теоретико-правовой анализ. М., 2006. С. 48-54.

*(17) См.: Яшков С.А. Информация как предмет преступления: автореф. дис. . канд. юрид. наук Екатеринбург, 2005. С. 21.

*(18) См.: Калмыков Д.А. К вопросу о необходимости корректировки понятия «предмет преступления» // Противодействие преступности: уголовно-правовые, криминологические и уголовно-исполнительные проблемы: матер. Российского конгресса уголовного права. М., 2008. С. 42-44; Баландюк В.Н. Уголовно-правовая характеристика экологических преступлений. М., 2000. С. 6.

*(19) См.: Фролов Е.А. Указ. соч. С. 222; Бикмурзин М.П. Указ. соч. С. 60. Такое понимание предмета преступления связано с его упрощенной трактовкой, когда под предметом преступления понимают те вещи, по поводу которых или в связи с которыми совершается преступление (см.: Сахаров В.И. Средства и орудия совершения преступления // Объективная сторона преступления: (факультативные признаки) / под ред. А.В. Наумова, С.И. Никулина. М., 1995. С. 105).

*(20) См.: Пионтковский А.А. Указ. соч. С. 119.

*(21) Советское уголовное право: часть Общая. М., 1962. С. 104; Советское уголовное право: часть Общая. М., 1964. С. 88, 89.

*(22) См.: Петухов Б.В., Кузнецов И.В. Отличие предмета от орудий и средств совершения преступления // Российский следователь. 2004. N 4. С. 20-22.

*(23) См.: Никифоров Б.С. Объект преступления по советскому уголовному праву. М., 1960. С. 128-130.

*(24) См.: Глистин В.К. Указ. соч. С. 50-51.

*(25) См.: Таций В.Я. Указ. соч. С. 47.

*(26) См.: Коржанский Н.И. Предмет преступления. Волгоград, 1976. С. 34, 36.

*(27) См.: Вишнякова Н.В. Указ. соч. С. 88; Сергеева Т.Л. Борьба с подлогами документов по советскому уголовному праву. М., 1949. С. 40-41.

*(28) См.: Сахаров В.И. Указ. соч. С. 105; Малинин Б.В., Парфенов А.Ф. Объективная сторона преступления. СПб., 2004. С. 238.

*(29) См.: Землюков С.В. Уголовно-правовые проблемы преступного вреда. Новосибирск, 1991. С. 73-77.

Актуальная версия заинтересовавшего Вас документа доступна только в коммерческой версии системы ГАРАНТ. Вы можете подать заявку на получение полного доступа к системе бесплатно на 3 дня.

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.

Предмет преступления: отличие от смежных понятий

В.Н. Винокуров — докторант кафедры уголовного права и криминологии Сибирского юридического института МВД России, кандидат юридических наук, доцент

«Журнал российского права», 2011 г., N 12

Понятия «предмет преступления» и «потерпевший»

В качестве предмета преступления в уголовном праве выступает ряд вещей, иных материальных объектов, при воздействии на которые виновные нарушают ряд общественных отношений, который охраняются законом.

К примеру, на основании ст.158 УК РФ в качестве предмета кражи выступает чужое имущество, на основании ст.258 УК РФ в качестве предмета незаконной охоты – ряд диких животных, которые находятся в естественной среде их обитания, на основании ст.223 УК РФ в качестве предмета незаконного производства оружия выступает огнестрельное оружие, ряд комплектующих деталей к нему, боеприпасов, взрывчатых веществ, взрывных устройств.

В ряде ситуаций в качестве предмета незаконного деяния может выступить интеллектуальная ценность. Речь идет о сведениях, которые составляют государственную тайну, которые зафиксированы в ряде конкретных материальных носителей и в виде устных данных.

Важно отметить, что для большинства незаконных деяний характерно не иметь предмета преступления. К примеру, невозможно говорить о том, что есть предмет незаконного деяния во время совершения таких преступлений, как оскорбление представителя власти, производство помех в проведении собраний, митингов, демонстраций, шествий, пикетирования, неуважение к суду.

Предмет преступления и потерпевший: различия и особенности

Стоит отметить, что важно видеть разницу между предметом преступления и потерпевшим, под которым понимается физическое лицо, которому при помощи преступления был причинен физический, имущественный и моральный вред. О потерпевших от незаконных деяний можно говорить, к примеру, во время совершения таких действий, как убийство, причинение тяжкого вреда умышленного характера, похищения людей, подмене ребенка. Для свойств потерпевших свойственно учитываться уголовным законом во время решения разных аспектов уголовно-правового характера. Речь идет о квалификации содеянного, разграничении смежных незаконных деяний, назначении наказаний, обозначении вины и т.д.

Кроме этого, важно отметить, что в качестве предмета незаконного деяния может выступить тело человека, который умер. К примеру, это допустимо в ситуациях надругательства над телом умершего и места его захоронения. Речь об этом идет в ст.244 УК РФ.

Предмет преступления, орудия и средства преступления: различия и особенности

Важно видеть разницу между предметом преступления и орудием и средством совершения незаконного деяния, то есть предметами материального мира, которые применяются во время совершения незаконного деяния. Главным отличием между ними является их предназначение во время осуществления незаконного деяния. К примеру, для пистолета как разновидности огнестрельного оружия свойственно выступать в виде орудия осуществления разного рода преступлений, сюда же относится убийство, посягательство на жизнь государственных или общественных деятелей, посягательство на жизнь лиц, которые осуществляют правосудие или предварительные расследования. Но тут же стоит отметить, что в ситуациях, когда данный пистолет был похищен, его признают в качестве предмета незаконного деяния. Речь идет о хищении огнестрельного оружия. Кроме этого, имеют место быть случаи, когда используя пистолет, срывают скобы, на которых крепится замок для того, чтобы проникнуть внутрь складских помещений для того, чтобы совершить кражу. Речь об этом идет в п. «б» ч.2 ст.158 УК РФ. В данных ситуациях пистолет важно воспринимать как средство совершения незаконного деяния.

Предмет преступления и объект преступления: различия и особенности

Недопустимо путать предмет преступления с объектом незаконного деяния.

Под объектом преступления понимается ряд общественных отношений, которые выступают в качестве необходимых элементов всех общественно опасных посягательств, которые содержат признаки состава.

Во время совершения незаконного деяния объект во всех случаях получает вред или появляется реальная угроза причинения ему данного вреда.

Предмет же преступления является или материальным выражением определенного структурного элемента общественных отношений или предпосылкой (поводом, основанием) появлением данных отношений. Если сравнивать эти два понятия, то наличие предмета свойственно не для всех преступлений, которые содержат ряд признаков состава незаконного деяния. Во время совершения незаконного деяния для предмета в большинстве ситуаций не свойственно получать вред.

Специфика юридического значения предмета преступления

Рассмотрим юридическое значение предмета незаконного деяния:

1. В ситуациях, когда о нем говорится в ст. Особенной части УК РФ, которая раскрывает ряд признаков основного состава преступления, предмет выступает в качестве необходимого его признака. Если отсутствует предмет, то это говорит об отсутствии состава незаконного деяния. К примеру, нет состава кражи в ситуациях, когда человек тайно завладел на городской свалке рядом предметов, которые не представляют никакой ценности для собственников.
2. Для предмета преступления свойственно приобретать значение квалифицирующего обстоятельства в ситуациях, когда его указали в квалификационном составе незаконного деяния.
3. Для свойств предмета незаконного деяния характерно быть важными в разграничении преступлений и иных правонарушений. К примеру, при приобретении без целей сбыта наркотических средств в крупных размерах влечет за собой уголовную ответственность на основании ч.1 ст.228 УК РФ, а ряд тех же деяний, которые совершены относительно этих же средств, но не в крупных размерах, влекут применение мер административного взыскания. Речь об этом идет в ст.6.8 КоАП РФ.
4. Для особенностей предмета в ряде конкретных ситуаций свойственно выступать как критериями разделения смежных незаконных деяний. К примеру, после кражи холодного оружия наступает уголовная ответственность на основании ст.158 УК РФ, но при аналогичном деянии, совершенном в отношении огнестрельного оружия, наступает ответственность уже на основании ст.226 УК РФ.
5. Устанавливая предмет преступления, мы даем возможность верно обозначить объект незаконного деяния, в особенности когда происходит совпадение признаков объективного аспекта смежных незаконных деяний.

Формы предметности как способы выражения объекта преступления

В.Н. ВИНОКУРОВ, кандидат юридических наук, доцент, докторант кафедры уголовного права и криминологии Сибирского юридического института МВД России Рассматриваются формы предметности, выражающие объект преступления. К ним автор относит предмет отношений, предмет воздействия, предмет преступления и предмет совершения преступления.

Страницы в журнале: 120-124

В.Н. ВИНОКУРОВ,

кандидат юридических наук, доцент, докторант кафедры уголовного права и криминологии Сибирского юридического института МВД России

Рассматриваются формы предметности, выражающие объект преступления. К ним автор относит предмет отношений, предмет воздействия, предмет преступления и предмет совершения преступления.

Ключевые слова: предмет отношений, предмет преступления, последствия преступления, элемент состава преступления.

Concreteness forms as ways of expression of object of a crime

In article the forms of concreteness expressing object of a crime are considered. The author carries a subject of relations, an influence subject, a subject of a crime and a subject of commission of crime to them.

Keywords: subject of relations, subject of a crime, crime consequence, element of structure of a crime.

Одним из доводов в пользу непризнания общественных отношений объектом преступления является их абстрактность и неосязаемость. Поэтому их рассматривают посредством предмета преступления, который отождествляют с предметом отношений. Это обусловлено некорректным пониманием предмета преступления как предмета материального мира, по поводу которого или в связи с которым совершается преступление с тем, по поводу чего существуют общественные отношения. Поэтому под предметом преступления понимают блага, в том числе материальные, по поводу которых люди вступают в отношения[1]. Отождествление предмета отношений как нематериального явления, по поводу которого существуют отношения между субъектами, и предмета преступления как предметов материального мира и информации, выражающих эти отношения, произошло из-за отсутствия разграничения общественных отношений как типизированных устойчивых связей, сложившихся в обществе, и индивидуальных социальных связей между конкретными субъектами отношений. Когда речь идет об индивидуальных связях между конкретными субъектами отношений, выступающих непосредственным объектом преступления, то предметы материального мира можно относить к предмету этих отношений, поскольку конкретные субъекты вступают в отношения по поводу этого определенного предмета материального мира. Представляется, что именно это послужило для А.А. Пионтковского основанием рассматривать отношения между общим и непосредственным объектом преступления как сущность и явление, когда элементы структуры отношения, выступающие предметом воздействия и непосредственно воспринимаемые (имущество, здоровье граждан, учреждения и т. д.), являются непосредственным объектом преступления и материальной предпосылкой существования отношений (или материальной формой их выражения) или их субъектом[2]. Следовательно, непосредственный объект преступления как нарушенная социальная связь между субъектами всегда проявляется в последствиях преступления — изменениях в социальной действительности, выражающихся в причинении вреда интересам конкретного субъекта отношений. Если последствия выражаются в причинении имущественного ущерба, то формой выражения непосредственного объекта выступает предмет материального мира, на который воздействовал виновный. Однако на уровне общественных отношений как типизированных устойчивых связей предметы материального мира выступают лишь формой их выражения. Поэтому следует различать предмет общественных отношений как нематериальное явление — процессы, состояния, по поводу которых они сложились, и предмет преступления как форму выражения отношений в диспозиции статьи Особенной части УК РФ.

В теории с целью конкретизации общественные отношения в зависимости от их предмета делят на «материальные», где структурным элементом выступают физические предметы, вернее, их социальные свойства, и «нематериальные» (идеологические), где функции предмета выполняют другие социальные ценности (например, государственная власть, духовные блага, деятельность учреждений)[3]. Однако общественные отношения — это социальная категория, не включающая в себя ничего материального. То, по поводу чего они складываются, не является их элементом. Общественные отношения, как и сама деятельность, предметны, но не в смысле предметной вещественной формы выражения, а в смысле их обусловленности определенным объектом, предметом. Предметность отношений не означает, что они вещественны, т. е. существуют как вещи и включают их в себя как органическую часть. Предметы материального мира лишь выражают социальные связи между людьми, составляют их вещественную основу. Поэтому общественные отношения — это отношения, опосредованные вещами и явлениями как предметами человеческой деятельности — «социальными предметами»[4].

Следовательно, предмет отношений — это всегда идеальное явление, и его не следует отождествлять с формой выражения отношений — субъектами и предметами материального мира. Так, предметом отношений собственности являются процессы присвоения и распределения материальных благ как неосязаемые, но вместе с тем объективно существующие ценности, в то время как имущество выступает лишь выражением отношений собственности. Воздействие на него как на предмет преступления свидетельствует о том, что реализация собственником своих правомочий затрудняется. Одни и те же предметы материального мира выражают различные отношения. Например, жилище может выражать личные неимущественные отношения и обеспечивать неприкосновенность личности, а также имущественные отношения, складывающиеся по поводу возможности владеть, пользоваться и распоряжаться им как имуществом. Следует отличать право на неприкосновенность жилища, являющееся самостоятельным, а не производным, от права на жилище. Таким образом, предмет общественных отношений — это социальные ценности, по поводу которых субъекты вступают в отношения друг с другом. К ним относятся неприкосновенность личности, права граждан, имущественные блага, государственное устройство и т. д.[5]

«Применительно к нуждам уголовного права, — отмечает В.К. Глистин, — все то, по поводу чего или в связи с чем существуют отношения, целесообразно называть предметом отношения, в отличие от объекта, которым обозначают само общественное отношение как целостную систему»[6]. По мнению ученого, структура общественных отношений как объекта преступления наиболее наглядно раскрыта на примере состава, предусмотренного ст. 140 УК РСФСР (ст. 143 УК РФ). Так, в постановлении Пленума Верховного суда СССР от 30.03.1967 № 5 «О практике рассмотрения судебных дел, связанных с нарушениями правил охраны труда и техники безопасности, и повышении роли судов в предупреждении этих правонарушений» указаны элементы структуры общественных отношений: с одной стороны, субъекты отношений — должностные лица, на которых в силу их служебного положения или по специальному распоряжению возложена обязанность по охране труда и соблюдению правил безопасности или по контролю за их выполнением; с другой стороны, субъектами указанных отношений выступают работники предприятия и иные лица, постоянная или временная деятельность которых связана с производством, а также объект — безопасные условия труда. Однако то, что называется объектом, следует определять как предмет отношений. Так, при контрабанде предметом охраняемого отношения выступает порядок перемещения товаров через границу[7]. Именно предмет отношений как нематериальная ценность, по поводу которой отношения складываются, является видовым объектом преступления. Такого же мнения придерживается и Судебная коллегия Верховного суда РФ по уголовным делам, указавшая в своем определении, что объектом преступления, предусмотренного ст. 188 УК РФ, выступает порядок перемещения товаров и иных предметов через таможенную границу Российской Федерации[8]. Как полагает Л.Р. Клебанов, непосредственным (видовым. — В.В.) объектом преступления, предусмотренного ст. 183 УК РФ, являются общественные отношения, возникающие между уполномоченными субъектами по поводу создания, распространения, преобразования и потребления информации, составляющей коммерческую, банковскую и налоговую тайну[9]. Следовательно, явления, по поводу которых отношения возникают, признаются их предметом. Видовым объектом преступления также выступают явления, по поводу которых отношения сложились. Соответственно, предмет отношений является видовым объектом преступления, и определение предмета отношений, того, по поводу чего они сложились, позволяет установить видовой объект преступления.

Кроме этого, с целью конкретизации общественные отношения в теории уголовного права рассматриваются посредством предметов материального мира[10]. Под предметом или вещью понимается все, что обладает свойствами и находится в отношениях с другими вещами. Вещь характеризуется целостностью, самостоятельным существованием, устойчивостью, границами (пространственными, временными, качественными) и является носителем свойств и отношений[11]. В то же время сторонники широкого понимания предмета преступления относят к нему все то, что подвергается непосредственному воздействию при посягательстве на общественные отношения: физических лиц и их действия как выражение общественных отношений, юридические лица (учреждения, организации), а также вещи или процессы, служащие условием, или предпосылкой существования, или формой выражения конкретных общественных отношений. Такое понимание предмета преступления определяется структурой отношений, элементами которых являются субъекты отношений и их деятельность. «Беспредметных» преступлений не существует, так как невозможно совершить посягательство на общественные отношения без воздействия на его элементы, т. е. предмет посягательства[12].

Таким образом, объем понятия «предмет преступления» необоснованно отождествлялся с элементами структуры общественных отношений[13]. Признание предметом преступления деятельности участников отношений, выступающей содержанием объекта преступления, не позволяет отграничивать содержание общественных отношений от предметов материального мира. Отождествление предмета преступления с субъектом отношений затрудняет установление первого, поскольку он поглощает понятие «потерпевший», означающее субъекта отношений, подвергнувшегося посягательству. Правильно относить к предмету преступления лишь материальные образования объективного мира, на которые непосредственно воздействует виновный[14]. Предмет преступления следует отличать от потерпевшего. Хотя тело человека поддается чувственному восприятию, его нельзя рассматривать как предмет преступления, поскольку человек как субъект отношений — это всегда социальная категория, воплощающая в себе те или иные социальные связи. Вещи, выражающей общественные отношения, может и не быть, но отношения существуют, в то время как без субъекта они не существуют. Предмет преступления как особое понятие потому и выделяют, что общественный характер он приобретает, будучи вовлеченным в общественную жизнь[15]. Следовательно, предмет преступления — это предметы материального мира, а также объекты экологии, информация, энергия, характеризующиеся целостностью, самостоятельным существованием, устойчивостью, границами (пространственными, временными, качественными), воздействуя на которые виновный причиняет вред общественным отношениям, которые эти предметы выражают.

В теории отмечают, что предмет преступления — это предметы или вещи, служащие материальным (вещественным) поводом, условием либо свидетельством существования общественных отношений и посредством изъятия, уничтожения, создания либо видоизменения которых причиняется вред объекту преступления[16]. Эти идеи частично пересекаются со взглядами А.А. Пионтковского, считавшего, что о предмете преступления как признаке состава следует говорить тогда, когда на него, в отличие от объекта преступления, не происходит посягательства. Так, объектом взяточничества является нормальная работа государственного аппарата, а предметом — материальные ценности; объектом контрабанды — монополия внешней торговли государства, а предметом — ценности, незаконно перевозимые через границу. Поэтому предмет преступления относится к объективной стороне состава преступления[17]. Хотя, учитывая связь предмета преступления с объектом и невозможность выражения общественных отношений без материальных предметов, предмет должен рассматриваться вместе с объектом преступления[18]. Следовательно, возникает двойственность при определении места предмета преступления в системе признаков его состава. Во-первых, предметы преступления — это предметы материального мира, информация, существующие до преступления и выражающие общественные отношения, охраняемые уголовным законом. Непосредственно воздействие на них и их видоизменение причиняет вред объекту преступления. Во-вторых, к предметам преступления относятся предметы материального мира и информация, получаемые в результате преступления (статьи 185—187, 222, 228, 238, 327 УК РФ) либо перемещение которых в пространстве (статьи 174, 174-1, 188, 204, 290 УК РФ) характеризует объективную сторону преступления[19]. И в первом и во втором случае предметы материального мира конкретизируют общественные отношения, выступающие объектом преступления, но их роль при этом различна. В первом случае они подвергаются непосредственному воздействию, а во втором воздействие осуществляется при их помощи. Предмет преступления традиционно относят к признакам, характеризующим общественные отношения как объект уголовно-правовой охраны. Поэтому предметы материального мира, изготовление которых характеризует процесс совершения преступления, не могут являться частью этой системы. По мнению В.К. Глистина, предметы, находящиеся вне

охраняемого отношения, не относятся к объекту, поскольку они служат орудием воздействия на общественные отношения и характеризуют объективную сторону. Имущество, передаваемое в виде взятки или перемещаемое через таможенную границу с нарушением требований, относится не к объекту, а к объективной стороне[20].

В широком смысле рассматривает понятие предмета преступления и Верховный суд РФ. Так, в п. 9 постановления Пленума ВС РФ от 10.02.2000 № 6 «О судебной практике по делам о взяточничестве и коммерческом подкупе» отмечается: «По смыслу закона, предметом взятки или коммерческого подкупа наряду с деньгами, ценными бумагами или иным имуществом могут быть выгоды и услуги имущественного характера, оказываемые безвозмездно, но подлежащие оплате». Однако, как отмечает Н.И. Коржанский, при взяточничестве имущество не может быть предметом преступления: оно является средством воздействия на лицо и в этом случае ничем не отличается от орудия совершения преступления. В то же время указанный автор непоследовательно относит к предмету преступления оружие при его изготовлении[21]. Такой же позиции придерживается и Верховный суд РФ. В постановлении от 12.03.2002 № 5 «О судебной практике по делам о хищении, вымогательстве и незаконном обороте оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств» отмечается: «При решении вопроса о наличии в действиях лица признаков составов преступлений, предусмотренных статьями 222—226 УК РФ, судам необходимо устанавливать, являются ли изъятые у него предметы оружием, его основными частями или комплектующими деталями…». Действительно, применительно к составу преступления, предусмотренному ст. 226 УК РФ, оружие выступает предметом преступления. В то же время в составе, предусмотренном ст. 222 УК РФ, оружие не является предметом преступления, признаком, характеризующим объект. По верному замечанию Н.В. Вишняковой, нельзя относить к предмету преступления, предусмотренному ст. 186 УК РФ, поддельные деньги, которые, по мнению ученого, относятся к средствам преступления[22]. В то же время их нельзя относить к орудиям или средствам преступления, при помощи которых виновный воздействует на предмет преступления или потерпевшего[23]. Поэтому их следует именовать предметами совершения преступления.

В уголовно-процессуальном праве предметы материального мира, которые выступают предметом, орудиями и средствами преступления, а также предметы деятельности четко разграничиваются. Согласно ст. 81 УПК РФ вещественными доказательствами признаются любые предметы: 1) которые служили орудием преступления или сохранили на себе следы преступления; 2) на которые были направлены преступные действия; 3) иные предметы и документы, которые могут служить средствами для обнаружения преступления и установления обстоятельств уголовного дела. В первом случае речь идет об орудиях совершения преступления как факультативном признаке объективной стороны преступления; во втором — о предмете преступления как признаке, характеризующем объект как элемент его состава; в третьем — о предметах материального мира, изготовление которых свидетельствует о совершенном преступлении, предмете совершения преступления как признаке, характеризующем его объективную сторону (имущество, передаваемое в качестве взятки, незаконно перевозимые наркотические средства и т. д.).

Разграничение предмета преступления как признака объекта преступления и совершения преступления имеет практическое значение. Так, Ф. был осужден по ч. 1 ст. 188 УК РФ, а вещественные доказательства (6 тыс. долл. США) было постановлено конфисковать в доход государства. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного суда РФ, признав правильной квалификацию действий по ч. 1 ст. 188 УК РФ, в то же время признала незаконной конфискацию в доход государства 6 тыс. долл., так как суд исходил из того, что незаконно перемещаемые Ф. доллары как предмет преступления являлись орудием преступления. Учитывая, что умысел осужденного был направлен не на незаконное завладение денежными средствами (валютой), а на нарушение порядка их перемещения через таможенную границу и в деле нет материалов, свидетельствующих о том, что изъятая валюта была добыта преступным путем, денежные средства (валюта) не являются предметом преступления и поэтому не подлежат конфискации в соответствии с п. 1 ст. 86 УК РСФСР[24]. В данном случае речь идет не о предмете преступления или орудиях его совершения, а о предмете совершения преступления, который, если не запрещен к свободному обороту, не подлежит конфискации. При воздействии на предмет, как правило, имеет значение количественная характеристика последствий, когда закон четко разграничивает преступное и неприступное воздействие на предмет преступления посредством описания последствий преступления, т. е. тех изменений, которые произошли в предмете преступления. При совершении преступлений, выражающихся в изготовлении или перемещении в пространстве предметов материального мира или информации, их количественная характеристика (размер и количество) значения для квалификации, как правило, не имеет.

Следовательно, необходимо различать следующие формы выражения предметности: 1) предмет отношений как нематериальная ценность, по поводу которой складываются общественные отношения — типизированные социальные устойчивые связи между субъектами; 2) предмет воздействия как элемент структуры отношений — предметы, субъекты отношений и взаимосвязи между субъектами; 3) предмет преступления как предметы материального мира, а также объекты экологии, информация, энергия, характеризующиеся целостностью, самостоятельным существованием, устойчивостью, границами (пространственными, временными, качественными), воздействуя на которые виновный причиняет вред общественным отношениям, которые эти предметы выражают; 4) предмет совершения преступления как предметы материального мира и информация о предметах, изготовление или перемещение которых в пространстве характеризует объективную сторону преступления.

1 См.: Панченко П.Н. Исследование объекта и предмета преступления // Проблемы борьбы с преступностью: Сб. науч. тр. — Омск, 1979. С. 163; Уголовное право России. Общая часть: Учеб. / Отв. ред. Б.В. Здравомыслов. — М., 1994. С. 111, 122; Уголовное право Российской Федерации: Учеб. — М., 1999. С. 58, 61; Сахаров В.И. Орудия и средства совершения преступления // Объективная сторона преступления (факультативные признаки) / Под ред. А.В. Наумова, С.И. Никулина. — М., 1995.

2 См.: Пионтковский А.А. Курс советского уголовного права. Часть общая. Т. II. — М., 1970. С. 116—119.

3 См.: Глистин В.К. Проблема уголовно-правовой охраны общественных отношений (объект и квалификация преступлений). — Л., 1979. С. 47—48; Таций В.Я. Объект и предмет преступления в советском уголовном праве. — Харьков, 1988. С. 32—58.

4 См.: Кучевский В.Б. Анализ категории «материя». — М., 1983. С. 40—41; Общественные отношения. Вопросы общей теории / Под ред. П.А. Рачкова. — М., 1981. С. 27, 28; Прохоров В.С., Кропачев Н.М., Тарбагаев А.Н. Механизм уголовно-правового регулирования: норма, правоотношение, ответственность. — Красноярск, 1989. С. 17; Владимиров В.В., Ляпунов Ю.И. Ответственность за корыстные посягательства на социалистическую собственность. — М., 1986. С. 13—15.

5 См.: Курс советского уголовного права. Т. 5. — Л., 1981. С. 483; Филимонов В.Д. Криминологические основы уголовного права. — Томск, 1981. С. 97.

6 Глистин В.К. Указ. раб. С. 47—48.

7 См.: Сборник постановлений Пленума ВС СССР (1924—1973). — М., 1974. С. 574—575; Глистин В.К. Указ. раб. С. 55—56.

8 Бюллетень ВС РФ. 2007. № 6. С. 3. Сложно согласиться с В.К. Глистиным в том, что предметом общественных отношений как объекта преступления, предусмотренного ст. 80 УК РСФСР (ст. 328 УК РФ), является воинская обязанность (см.: Глистин В.К. Указ. раб. С. 12). Представляется, что предметом этих отношений и, соответственно, видовым объектом преступления выступает процесс формирования вооруженных сил, а невыполнение правовой обязанности служит лишь обобщенным способом нарушения этих отношений и способом преступления. В противном случае следует признать, что предметом отношений, складывающихся при пересечении таможенной границы (ст. 188 УК РФ), является обязанность граждан декларировать данные о перемещаемом товаре.

9 См.: Клебанов Л.Р. Уголовно-правовая охрана коммерческой, налоговой и банковской тайны. — М., 2006. С. 121.

10 См.: Фролов Е.А. Спорные вопросы общего учения об объекте преступления // Сб. учен. тр. Вып. 10. — Свердловск, 1969. С. 219; Коржанский Н.И. Объект и предмет уголовно-правовой охраны. — М., 1980. С. 86.

11 См.: Кириллов В.И. Логика познания сущности. — М., 1980. С. 54; Баруллин В.С. Соотношение материального и идеального в обществе (Методологические аспекты проблемы). — М., 1977. С. 18—19.

12 См.: Кригер Г.А. К вопросу о понятии объекта преступления в советском уголовном праве // Вестн. Моск. ун-та. 1955. № 1. С. 118—123; Курс советского уголовного права. Часть Общая. — Л., 1968. С. 303—307; Панченко П.Н. Указ. раб. С. 163.

13 В теории выделяют такие понятия, как «предмет отношения», являющийся структурным элементом общественного отношения, «предмет преступления» — вещи материального мира, со свойствами которых связано наличие в действиях лица состава преступления, и «предмет преступного воздействия» — элемент охраняемого уголовным законом отношения, подвергающийся непосредственному воздействию (см.: Таций В.Я. Указ. раб. С. 32—58).

14 См.: Панов Н.И. Понятие предмета преступления по советскому уголовному праву // Проблемы правоведения. Вып. 45. — К., 1984. С. 68—72; Кравцов С.Ф. Предмет преступления: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. — Л., 1976. С. 7—8.

15 См.: Фролов Е.А. Указ. раб. С. 218.

16 См.: Фролов Е.А. Указ. раб. С. 222; Бикмурзин М.П. Предмет преступления: теоретико-правовой анализ. — СПб., 1997. С. 60.

17 См.: Пионтковский А.А. Указ. раб. С. 119.

18 См.: Советское уголовное право. Часть Общая. — М., 1962. С. 104; Советское уголовное право. Часть Общая. — М., 1964. С. 88—89.

19 См.: Петухов Б.В., Кузнецов И.В. Отличие предмета от орудий и средств совершения преступления // Российский следователь. 2004. № 4. С. 20—22. На этом разногласии (в одном случае предмет — это то, на что происходит воздействие, а в других — то, чем воздействуют) и основывается утверждение о ненужности изучения предмета в рамках объекта преступления (см.: Никифоров Б.С. Объект преступления по советскому уголовному праву. — М., 1960. С. 129).

20 См.: Глистин В.К. Указ. раб. С. 50—51. В.Я. Таций, соглашаясь с приведенным доводом, отмечает нецелесообразность отделения от объекта предметов, не входящих в состав охраняемого отношения, поскольку одни предметы преступления следовало бы рассматривать как признаки объекта преступления, а другие — как признаки объективной стороны, что недопустимо. По его мнению, предмет преступления — это любые вещи материального мира, с определенными свойствами которых закон связывает наличие в действиях лица признаков конкретного состава преступления (см.: Таций В.Я. Указ. раб. С. 47).

21 См.: Коржанский Н.И. Предмет преступления. — Волгоград, 1976. С. 34, 36.

22 См.: Вишнякова Н.В. Объект и предмет преступлений против собственности. — Омск, 2008. С. 88; Сергеева Т.Л. Борьба с подлогами документов по советскому уголовному праву. — М., 1949. С. 40—41.

23 См.: Сахаров В.И. Указ. раб. С. 105; Малинин Б.В., Парфенов А.Ф. Объективная сторона преступления. — СПб., 2004. С. 238.

24 Бюллетень ВС РФ. 2007. № 6. С. 3—4.

Поделитесь статьей с друзьями и коллегами:

Чтобы получить короткую ссылку на статью, скопируйте ее в адресной строке и нажмите на «Укоротить ссылку»:

К вопросу о необходимости корректировки понятия предмет преступления

Существенным элементом общественного отношения, выступающего объ­ек­том преступ­ления, является предмет преступления, под которым понимается все то, по поводу чего или в связи с чем существует само это отношение[1]. В теории уголовного права общепринятым подхо­дом к определению данного понятия является следующий: предметом преступления считаются такие предметы материального мира, воздейст­вуя на кото­рые виновный посягает на объект преступления и с определенными свойст­вами которого за­кон связывает наличие уголовной от­ветственности в соответствую­щих составах преступле­ний[2].

Несколько иной точки зрения относительно определения сущности предмета преступ­ле­ния придерживается А.И. Чучаев[3], полагая, что “под предметом преступления понимают вещи материального мира или интеллектуальные ценности, воздействуя на которые пре­ступник на­рушает общественные отношения, охраняемые уголовным законом. Предмет пре­ступления принято называть материальным выражением объекта. Им признается все то, что доступно для восприятия, измерения, фиксации, а в некоторых случаях – и оценки”[4]. Не­трудно заметить, что в сравнении с традиционным определением предмета преступления, приведенная авторская трактовка исследуемого понятия явля­ется расширительной за счет дополнения его термином “интеллектуальные ценности”.

Подобная трактовка весьма интересна, по­скольку к таким элементам общественных от­ношений, как, например, электроэнергия (ст. 2151 УК) или информация (ст. 140 УК), являю­щимся в указанных нормах именно предме­тами соответствующих преступлений, как нельзя бо­лее подходит предложенная формули­ровка предмета преступления в качестве “… всего того, что доступно для восприятия, из­мерения, фиксации, а в некоторых случаях – и оценки”. Однако следующее утверждение ав­тора вызывает некоторые сомнения, когда он говорит о том, что “предмет преступления наличествует не всегда, а только тогда, когда посягательство сопряжено с воздействием на материальный предмет внешнего мира или на интеллектуальную ценность (государствен­ная тайна). Например, при всех формах хищения изымается чужое имущество, при незакон­ной порубке происходят спиливание леса, повреждение деревьев, кустарников и лиан, при приведении в негодность транспортных средств или путей сообщения разрушаются или по­вреждаются транспортные средства, пути сообщения, средства сигнализации или связи, дру­гое транспортное оборудование и т.д.”[5]. В этом плане не нуждается в доказывании тот факт, что, с учетом приведенных выше примеров, ни электроэнергию, ни информацию нельзя от­нести ни к предметам внешнего мира, ни к категории интеллектуальных ценностей. И вме­сте с тем, указанные явления объективной действительности можно с известной степенью точности воспринимать, измерять, фиксировать и оценивать, тем самым – выявляя и опи­сывая некоторые их количественные и качественные характеристики, т.е. – получая некото­рые иден­тифицирующие их параметры.

Эти характеристики (параметры) указанных явлений выступают в роли их иденти­фици­рующих признаков, которые, разумеется, нельзя отождествлять с самими явлениями (электро­энергией, информацией и т.п.). Таким образом, преступление, совершаемое посред­ством проти­воправного воздействия на электроэнергию или информацию, являющиеся не чем иным, как элементами соответствующих объектов общественных отношений, безус­ловно, представляет собой определенное нарушение элементов внешнего мира, о котором го­ворит автор, однако эти элементы не обладают свойством материальности. Означает ли это, что в таких случаях нельзя говорить о предмете преступления? Разумеется – нет. Предмет преступления в указанных слу­чаях, вне всякого сомнения, существует, однако обладает известной спецификой, а именно: та­кой предмет не связан с материальной формой его фиксации[6].

В сущности, к аналогичному вы­воду подходит и сам автор, рассуж­дая далее о том, что “некоторые преступления не связаны с физическим воздействием на предметы материального мира. К их числу, например, можно от­нести нарушение равнопра­вия граждан, воспрепятствование осуществлению права на свободу совести и вероисповеда­ния, насильственный захват власти или насильственное удержание вла­сти, злоупотребление должностными полномочиями и т.д.”[7], резюмируя, к сожалению, что “в со­ставы этих посяга­тельств предмет преступления не входит. Таким образом, предмет преступ­ления является факультативным признаком, характеризующим объект посягательств”[8].

Данной позиции (с определенными оговорками) придерживается и Ф.Р. Сундуров, кото­рый полагает, что “… предмет посяга­тельства действительно является факультативным признаком, характеризующим объект пре­ступления. Означает ли это, однако, что есть так называемые бес­предметные преступления? Многие специалисты считают, что не все преступления имеют предмет. В то же время, обос­новывается и нетрадиционное мнение, согласно которому нет пре­ступлений, которые не имели бы своего предмета[9]. Даная точка зрения представляется нам бо­лее приемлемой. В каче­стве примера наличия “беспредметных” преступлений некоторые сто­ронники первой точки зрения ссылаются на оскорбление, клевету, дезертирство и др.[10]

Однако и в этих составах пред­мет или потерпевший от преступления с очевидностью подразумева­ется, а именно: лицо, в отношении которого были совершены оскорбление или клевета, а при дезертирстве – воинская часть, место службы. Вряд ли можно найти в качестве подтверждения этой позиции хотя бы один пример так называемого беспредметного преступления. В связи с этим нам могут возразить, что есть общественные отношения, взятые в качестве объекта пре­ступле­ния, в основе которых лежат нематериальные ценности (честь, достоинство, авторитет госу­дарственной власти, мир, безопасность человечества и др.). Однако, если присмотреться внимательно, то эти ценности всегда воплощаются в объектах материального мира (человек, группа или множество людей, художественная картина, литературное произведение, описа­ние изобретения и др.).

Другое дело, если законодатель не во всех составах преступлений указывает предмет преступления в качестве их признака. Собственно говоря, и ряд других его признаков носят факультативный характер, например, способ, место, время, обстановка, средства и орудия совершения преступления. Однако это не означает, что в тех случаях, если названные признаки не являются обязательными признаками состава, совершение этих пре­ступлений не имеет ка­кого – то способа, времени, места и т.д. Поэтому преступлений, не имеющих своего предмета, не было, как и не должно быть. Данный вывод можно обосновать и с позиций понимания осно­ваний уголовной ответственности по УК РФ.

Не воззрения, не мысли, не убеждения, а именно деяние, т.е. действие или бездействие, может быть при определенных условиях ее основанием. Сотрясая “воздух”, нельзя совершить преступление, если его “колебания” не влияют на созна­ние людей или предметы неживой природы. Отсюда можно сделать вывод: не может быть об­щественного отношения, признаваемого объектом преступления, без материальной или немате­риальной (которая также так или иначе объекти­вируется в материальном плане) предпосылки, как и не могут быть общественно значимые материальные, духовные и иные ценности вне об­щественных отношений”[11].

Вообще говоря, такое явление как, например, упомянутая выше электроэнергия на сего­дняшний день не признается предметом вещно – имущественных отношений. Как отмечает А.И. Бойцов, дематериализа­ция предмета хищения, а также его вывод за рамки нарушения вещных прав в абсолютных правоотношениях и, как следствие, включение в его содержание любой материальной вы­годы, извлекаемой при нарушении обязательственных прав в относи­тельных правоотноше­ниях, законодательно не оправдан[12]. При этом приводится не совсем убеди­тельный довод о том, что распространение понятия о вещных правах на права, не имею­щие своим объектом вещи, представляется теоретически неудобным.

Уголовное право России оперирует понятием “вещь”, которое разработано и опреде­лено в гражданском праве. В настоящее время дело обстоит так, что теорией и практикой граждан­ского права электроэнергия не признается имущественным правом, т.е. не является вещью[13].

На наш взгляд, крайне точным выражением сущности понятия предмета преступления применительно к предмету хищений, является высказывание Н.В. Вишняковой, которая по­лагает, что “содержание материального признака предмета хищений состоит не в фи­зической осязаемости, а в отнесении предмета к имуществу, которое является объектом права собст­венности. То, что предмет является таким имуществом, свидетельствует о возможности его гражданского оборота, а, следовательно, и возможности противоправного обращения”[14].

Немаловажным обстоятельством, способствующим дальнейшему уяснению правовой сущности предмета преступления, является его взаимосвязь с преступными последствиями про­тиво­правного деяния. Так, Н.В. Перч полагает, что: “сущность преступных последствий опреде­ляет содержание, которым они наполнены. Материальное содержание преступных последст­вий – это изменения во внешнем мире, возникающие в результате преступления.

Однако при совершении многих преступлений последствия имеют нематериальное со­держание. Нематериальный вред не бросается в глаза, его трудно подсчитать количест­венно, но общественная опасность таких преступлений может быть еще большей, чем в слу­чаях наступ­ления материального вреда (например, унижение чести и достоинства человека при оскорбле­нии и клевете, переживания изнасилованной женщины, ущерб интересам страны от разглаше­ния государственной тайны и т.д.).

Особой разновидностью являются такие изменения во внешней среде, которые поро­ж­дают угрозу наступления преступных последствий, причем как материального, так и нема­тери­ального характера. Так, при оставлении в опасности возникает угроза жизни человека, при по­ставлении в опасность заражения ВИЧ – инфекцией – угроза здоровью человека, при публич­ных призывах к насильственному захвату власти – угроза насильственного изменения консти­туционного строя государства”[15].

С учетом изложенного, применительно к таким нематериальным по свое природе явле­ниям, как информация, энергия различных видов и т.п., понятие предмета преступления может быть сформулировано сле­дующим образом: “предметом преступления следует считать доступ­ные для восприятия, измере­ния, фиксации и оценки явления внешнего мира, в том числе вещи, воздействуя на которые преступник нарушает общественные отношения, охраняемые уголов­ным законом”.

[1] См.: Уголовное право России. Часть Общая: учеб. для вузов / Отв. ред. Л.Л. Кругликов. М., 2005. С. 139.

[3] См. об этом подробнее: Уголовное право России. Части Общая и Особенная: учеб. / Под ред. А.И. Рарога. М., 2005. С. 67.

[5] См.: Уголовное право России. Части Общая и Особенная / Под ред. А.И. Рарога. С. 67.

[6] См. об этом также: Радутный А.Э. Уголовная ответственность за незаконное собирание, использование и раз­глашение сведений, составляющих коммерческую тайну (анализ составов преступлений): Автореф. дис. … канд. юрид. наук. Харьков, 2002. С. 11.

[7] См.: Радутный А.Э. Указ. соч. С. 11.

[8] См.: Уголовное право России. Части Общая и Особенная / Под ред. А.И. Рарога. С. 67.

[9] См.: Уголовное право России. Общая часть / Под ред. В.П. Малкова и Ф.Р. Сундурова. Казань, 1994. С. 111.

[10] См.: Курс уголовного права. Общая часть. Т. 1. М., 1999. С. 210.

[11] См.: Уголовное право России. Общая часть: учеб. для вузов / Под ред. Ф.Р. Сундурова. Казань, 2003. С. 165 – 166.

[12] См.: Бойцов А.И. Преступления против собственности. СПб., 2002. С. 111.

[13] См.: Халиков И.Х. Причинение имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием при неза­конном использовании электроэнергии: уголовно – правовые и криминологические аспекты: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. Казань, 2005. С. 11.

[14] См.: Вишнякова Н.В. Объект и предмет преступлений против собственности: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. Омск, 2003. С. 8.

[15] См.: Перч Н.В. Неполучение должного как вид имущественного ущерба (на примере ст. 165 УК РФ): поня­тие, влияние на ответственность и квалификацию: Дис. … канд. юрид. наук. Ярославль, 2003. С. 21.