Футболисты «Спартака» — жертвы Берии или подпольные предприниматели?
В марте 1942 года органы НКВД арестовали Николая, Андрея и Петра Старостиных. В октябре на Лубянке к ним присоединился Александр. Известных футболистов обвиняли в подготовке покушения на Сталина. По версии следствия, они намеревались совершить его в 1937 году во время демонстрации на Красной площади. Братьям инкриминировали также покушение на измену родине, создание антиреволюционной группы и пропаганду буржуазного спорта. И совсем уж неожиданный поворот в расследовании: их подозревали в хищении вагона с мануфактурой, отправленного из Иваново в адрес спортивного общества «Спартак».
Версия, по которой арест и осуждение известных футболистов стали делом рук Лаврентия Берии — наркома НКДВ и почетного председателя «милицейского» общества «Динамо», во многом внушена любителям и знатокам истории футбола мемуарами Николая Петровича Старостина «Весна патриарха: „Дело братьев Старостиных“.
Николай Старостин в 1939 году со дня на день ждал ареста
В своей книге Николай Старостин вспоминает, что в 1939 году во время переигровки полуфинального матча на Кубок СССР между московским „Спартаком“ и тбилисским „Динамо“ при счете 3:0 в пользу москвичей Берия в бешенстве отшвырнул стул и покинул стадион. „Думаю, что и раньше Берия не испытывал к „Спартаку“ особых симпатий, — писал Старостин. — Но уверен, именно в 1939 году он отнес меня к разряду если и не личных врагов — больно уж велика была разница в положении на государственной иерархической лестнице, — то наверняка к разряду людей, ему явно неугодных. Судьба Старостиных была предрешена“.
Николай Петрович назвал Берию „дьяволом“, который „включил часы“ его судьбы, и признавался, что в 1939 году он „ждал ареста каждый день“.
Переигровку полуфинального матча на Кубок СССР „назначил“ глава НКВД
Успехи „Спартака“ в те годы были впечатляющими. В 1937 году спартаковцы со счетом 6:2 переиграли в дружеском мачте команду басков (Испания), считавшуюся одной из самых сильных в Европе. Затем были победы на III Всемирной олимпиаде рабочих-спортсменов в Бельгии (соревнования, альтернативные Олимпийским играм) и на международном турнире в Париже, приуроченном к Всемирной выставке. Не менее результативным для команды оказался сезон 1938–1939 годов. „Спартак“ дважды подряд добился „золотого дубля“ — стал чемпионом страны и обладателем кубка.
В 1939 году произошла и история с беспрецедентной переигровкой полуфинального кубкового матча между „Спартаком“ и тбилисским „Динамо“. Здесь впервые вписывается в футбольную тематику фигура Берии.
В первом матче спартаковцы победили со счетом 1:0. Руководство грузинской команды опротестовало результат игры, посчитав, что гол засчитан ошибочно. Протест отклонили, и 12 сентября 1939 года состоялся финальный матч на Кубок СССР, в котором спартаковцы обыграли ленинградскую команду „Сталинец“.
А через несколько дней спартаковцы узнают, что принято решение о переигровке полуфинального матча. Все прекрасно понимали, что здесь без вмешательства Берия не обошлось. В кубковом турнире приняли участие в общей сложности 17 команд „Динамо“, подведомственных наркомату внутренних дел, но до финальной части дошли только тбилисские „милиционеры“. И всесильный нарком решил „подыграть“ своим подопечным и землякам. Но в повторной встрече вновь победил „Спартак“ (3:2).
Спартаковцев обвинили в подготовке покушения на Сталина с помощью футбольной бутсы. Но не только
На первый взгляд, есть все основания считать дело братьев Старостиных от начала и до конца сфабрикованным по указанию Берии с одной целью — разрушить московский „Спартак“ изнутри. Как следует из мемуаров Николая Старостина, фальсифицированные обвинения на допросах отпадали одно за другим. Вот как он описывает один из первых допросов, который проводил следователь НКВД капитан Рассыпнинский:
— Нам известно, что вы вместе с братьями должны были во время парада осуществить террористический акт против членов Политбюро и лично товарища Сталина. Как вы собирались это сделать?
— Что за нелепость? Какого парада?
— Парада на Красной площади в 1937 году. Забыли? Вот фотография, которую мы нашли в вашем доме при обыске. На ней отлично видно, что машина, оформленная футбольной бутсой, шла буквально в десяти метрах от Мавзолея. Из нее очень удобно было осуществить ваши зловещие замыслы. Это тягчайшая улика. Что скажете?
Старостин приводит свой ответ: в машине—»бутсе» находился сотрудник органов, а он, Старостин, шел в колонне спортсменов далеко впереди машины.
Допрос продолжился вопросом следователя о вагоне мануфактуры, который был отгружен из Иваново в адрес общества «Спартака» и исчез. «Без вас такая пропажа не могла состояться», — настаивал капитан, очевидно, имея в виду, что подследственный с 1937 года являлся председателем Московского городского совета «Спартак».
«Суета вокруг вагона продолжалась недели две. Потом эта тема постепенно ушла из обвинительных формулировок, — пишет Старостин. — Я понял, что вагон обнаружили. Впоследствии я узнал, что в неразберихе начала войны его отправили на какую-то другую станцию и потом доставляли в Москву кружным путем».
«Футбольная» версия и роль Молотова
В той интерпретации причины ареста братьев Старостиных, которую дает в своих мемуарах Николай Петрович, есть немало противоречий и недомолвок. При детальном изучении рассекреченных архивных материалов судебного производства по делу Старостиных их обнаружил Вячеслав Звягинцев — военный судья в отставке, добросовестный исследователь судеб известных людей, которые в разные годы и по разным причинам были осуждены, подвергались арестам, репрессиям и гонениям.
Впрочем, «футбольная» версия Николая Петровича представляется небезупречной и с точки зрения формальной логики. Невольно задумываешься над тем, почему для «ослабления спартаковской команды» Берия выбрал столь неподходящее время. Арест известных спортсменов состоялся в разгар Великой Отечественной войны, когда стране было явно не до футбола. К тому же, в 1942 году Николаю Старостину исполнилось 40 лет, Андрею — 37, Петру — 33 года, а 39-летний Александр раньше братьев ушел из большого футбола из-за травмы.
И почему Берия не использовал свое почти неограниченное влияние для того, чтобы насильственно отлучить братьев Старостиных от футбола, скажем, в том же 1939 году?
Словно предвидя в будущем такой вопрос, Николай Старостин в своей книге утверждает, что ордер на его арест, заготовленный в недрах НКВД, якобы не подписал Вячеслав Молотов. Документальных подтверждений этому нет, да и сама версия, что Молотов, будучи председателем советского правительства, мог иметь какое-то отношение к процедуре ареста футболиста, хоть и известного, кажется очень сомнительной.
Старостин-предприниматель
В 1939 году в одной из центральных газет появилась статья «О насаждении в обществе „Спартак“ буржуазных нравов», в которой, помимо прочего, говорилось, что «братья Старостины являются первоисточником вредных для советского спорта настроений». В воспоминаниях Старостина-старшего это утверждение названо бредом.
«В статье раскрывалась страшная „тайна“, — писал Николай Петрович, — что в „Спартаке“ спортсмены общесоюзного значения получали деньги. Им действительно платили стипендию — что-то около 80 рублей. Умалчивалось же о главном: делалось это по решению Комитета физкультуры, утвержденному А.И.Микояном…»
Однако и в самих мемуарах Николая Старостина также содержится немало фигур умолчания. Например, он почти не касается тех пунктов обвинения, которые относились к его деятельности на посту председателя МГС «Спартак». Зато к ситуации с пропавшим вагоном из Иваново Николай Старостин обращается охотно. Ведь она, по его мнению, хорошо доказывает облыжность остальных обвинений в адрес Старостиных. «Нелепая возня с мануфактурой, — писал он, — имела вполне определенную цель. По Москве распускали слухи, что Старостины расхищали народное добро, а значит, арестованы за дело и нечего о них сожалеть…»
Действительно, о суде над кумирами болельщиков московского «Спартака» в столице говорили много: несмотря на то, что трехдневный процесс по делу братьев Старостиных и других фигурантов проходил в закрытом режиме, сведения о происходящем в зале суда просачивались наружу.
Николай Старостин обвинялся по шести статьям: 19-58 п. «б» (покушение на измену родине), 58-10 ч.2 (антисоветская агитация и пропаганда), 58-11 (антисоветская организация), 117 ч.2 (получение взятки), 118 (дача взятки и посредничество во взяточничестве) УК РСФСР и ст. 3 Закона от 7 августа 1932 года (хищения). Забегая вперед, скажем, что суд исключил покушение на измену родине и дачу взятки, а по остальным вмененным ему статьям он был осужден.
Помимо братьев Старостиных в качестве соучастников в деле фигурировали еще 9 человек, в том числе, заместитель председателя МГС «Спартак», директор магазина, руководители некоторых предприятий промкооперации. Об этом факте, не укладывающемся в схему «Спартак» — «Динамо» — Лаврентий Берия, Николай Старостин в книге предпочел не говорить.
У нас есть возможность обратиться к выдержкам из документов предварительного и судебного следствия, которые свидетельствуют, что центральное место в материалах дела занимали обвинения Старостиных в экономических преступлениях. В связи с этим интересно отметить, что до революции Старостин учился в Московской практической академии коммерческих наук и был предприимчивым и оборотистым человеком.
Из обвинительного акта
«На протяжении ряда лет [подсудимые] систематически расхищали промышленные товары и сырье предприятий и артелей промкооперации, похищенные товары в большинстве случаев сбывались через магазин общества „Спартак“, всего вывезено без оформления документов лыжных костюмов и других товаров на сумму 60 тыс. рублей… За взятки, даваемые военкому Бауманского райвоенкомата Кутаржевскому, Старостин Н.П. беспрепятственно оформлял отсрочки от мобилизации в Красную Армию на лиц, не желающих быть на фронте».
Такие незаконные отсрочки получали не только работники общества «Спартак», но и, например, руководители «Мосплодоовощторга» и магазинов «Молококомбината». За оказанное посредничество они снабжали Н.П. Старостина продуктами «в неограниченном количестве».
Из протокола судебного заседания
В ходе процедуры установления личности подсудимого Николай Старостин, отвечая на вопросы председательствующего по делу генерал-майора юстиции Орлова, сообщил, что он «в 1930 году арестовывался органами НКВД за хищения». Об этой странице из его биографии мало кто знал.
Что касается существа настоящего дела, то Старостин сказал: «Мои первые хищения относятся к весне 1940 года… Мною была установлена практика брать деньги на расходы не из кассы спортивного общества, а в магазине „Спартак“… Всего получил от директора магазина Кожина около 20 тысяч рублей… Кожин говорил, что он это делал (излишки денег. — Ред.) за счет продажи товаров низших сортов по ценам высших и, кроме того, за счет прикроя — материал на 100 простыней, а из него вырабатывается 110…».
Из приговора военной коллегии от 20 октября 1943 года
«На протяжении ряда лет подсудимые Старостины, а также Денисов (заместитель председателя МГС „Спартак“ — Ред.), Ратнер и Сысоев систематически занимались расхищением спортивных товаров из предприятий системы промкооперации», причинив государству ущерб в размере 160 тысяч рублей. Из них присвоено Николаем Старостиным — 28 тысяч рублей, Александром Старостиным — 12 тысяч, Андреем и Петром Старостиными — по 6 тысяч рублей.
Спартаковец в заключении вынужден был тренировать динамовские команды
Свою вину в «совершении контрреволюционных преступлений» Николай Старостин в основном отрицал. В воспоминаниях он признал «антисоветские и пораженческие настроения», но обвинения в покушении на измену Родине и создание контрреволюционной группы назвал необоснованными.
Братья Старостины и бывший заместитель председателя МГС «Спартак» Денисов получили по 10 лет лишения свободы каждый, с поражением в правах на 5 лет и конфискацией всего личного имущества. Остальные — по 8 лет лишения каждый.
Братьев разбросали по разным лагерям. По иронии судьбы Николай Петрович, спартаковец, в заключении тренировал команды «Динамо» в Ухте и Комсомольске-на-Амуре, а после условно-досрочного освобождения — ульяновское «Динамо» (проживание в Москве и еще в нескольких городах ему было запрещено).
При пересмотре дела Николая Старостина свидетели отказались от ранее данных показаний
После смерти Сталина Николай Петрович написал Никите Хрущеву письмо с просьбой о пересмотре дела. 16 июня 1954 года Военная коллегия ВС СССР исключила из обвинения Старостина две «контрреволюционные» статьи, а его участие в хищениях и взяточничестве вновь признала доказанным.
Но уже 9 марта 1955 года по заключению Главного военного прокурора Военная коллегия вновь пересмотрела дело и прекратила его за недоказанностью обвинения. Военные судьи констатировали, что обвинение осужденных «было основано только на показаниях самих осужденных, а также на показаниях свидетелей…» В процессе повторной проверки они отказались от ранее данных им показаний.
Спустя почти полвека, 28 октября 1992 года, легенда российского футбола, начальник команды «Спартак» Герой Социалистического Труда Николай Старостин написал в Военную коллегию заявление с просьбой выдать ему справку о реабилитации. Его просьба была удовлетворена.
Звягинцев В.Е., Трибунал для академиков. —М.:ТЕРРА — Книжный клуб, 2009. —(Двуликая Клио: Версии и факты).
Кому наследуют Кокорин и Мамаев? Известные футболисты, сидевшие в тюрьме
Легендарные спартаковцы братья Старостины, стоявшие у истоков советской школы футбола, попали в жернова правосудия во время Великой Отечественной войны. Николая, Александра, Андрея и Петра Старостиных арестовали в марте 1942 года после того, как народный комиссар внутренних дел СССР Лаврентий Берия доложил вождю народов Иосифу Сталину о «профашистских настроениях и вражеской работе», проводимой кланом Старостиных.
Помимо антисоветских высказываний и пропаганды пораженческих настроений, Старостины получили обвинения в хищении спорттоваров на предприятиях промышленной кооперации, которые сбывались через магазины общества «Спартак». Согласно обвинению, ущерб государству составил 160 тысяч рублей. Старостиных приговорили к 10 годам лишения свободы. Николай освободился через 2 года, его младшие братья отмотали полный срок.
Впрочем, многие историки считают, что тяжелые сроки «прилетели» Старостиным совсем по иным причинам. В полуфинале Кубка СССР 1939 года тбилисское «Динамо», которое курировал Берия, уступило «Спартаку» со счетом 0:1. Апелляция на якобы неправильно забитый гол была отклонена, а «Спартака» в финале обыграл ленинградский «Сталинец» (3:1).
Но влияния Берии хватило на то, чтобы уже после финала — уникальный случай, не имеющий аналогов в мировой практике! — матч между «Динамо» и «Спартаком» был переигран. Но и в нем сильнее оказались москвичи (3:2), и этого унижения Берия Старостиным уже не простил.
Эдуард Стрельцов (1958) — 12 лет за изнасилование
Перед чемпионатом мира 1958 года 20-летний Эдуард Стрельцов, считавшийся восходящей звездой не только советского, но и мирового футбола, вместе с двумя другими игроками сборной СССР — Борисом Татушиным и Михаилом Огоньковым — был арестован по обвинению в изнасиловании.
Следствие, по сути, не смогло доказать вину футболиста, но дело вышло на политический уровень. Из Кремля прозвучала команда «фас», и Стрельцова примерно, в назидание другим, наказали: 12 лет лишения свободы, при том, что Татушин и Огоньков были оправданы.
В заключении Эдуард провел почти 5 лет, а через два года после освобождения, в 1965 году, продолжил футбольную карьеру. В том же году его родное «Торпедо» выиграло чемпионат СССР, в 1968 году — Кубок. В 1967 и 1968 годах Стрельцов признавался лучшим игроком чемпионата СССР.
Его карьера завершилась в 1970 году вследствие разрыва ахиллова сухожилия, после чего звездный форвард работал тренером детских команд московского «Торпедо». Эдуард Стрельцов скончался 22 июля 1990 года в Москве от рака легких.
Юрий Севидов (1965) — 10 лет за аварию со смертельным исходом
В течение 5 лет (1960-1965) Юрий Севидов был одним из ведущих форвардов московского «Спартака» (146 матчей, 71 гол), приглашался в олимпийскую сборную СССР. Но осенью 1965 года карьера 23-летнего футболиста дала резкий крен.
На следующий день после очередного матча Севидов и несколько его друзей восстанавливались, как это было в те годы принято, в бане. Не обошлось без спиртных напитков («Чуть-чуть пригубил коньяка», — говорил потом Севидов). Возвращаясь на личном «Форде» домой, футболист сбил пожилого человека, который оказался крупным ученым-химиком, членом-корреспондентом Академии наук СССР, Героем социалистического труда, трижды лауреатом Ленинской премии Дмитрием Рябчиковым.
Академик получил перелом ноги, но в больнице ему неправильно подобрали анестезирующее средство, и ученый скончался от сердечного приступа. Всех собак спустили на Севидова — десять лет за решеткой, лишение всех спортивных званий. Через четыре года игрок был досрочно освобожден по амнистии, но дальнейшая его карьера оказалась далеко не столь успешной, как до тюрьмы.
Впоследствии Севидов стал одним из ведущих футбольных аналитиков России, сотрудничая с крупнейшими печатными изданиями, радиостанциями и телеканалами. Скончался в 2010 году во время служебной командировки в испанской Марбелье, где освещал сбор московского «Локомотива».
Эдуард Югрин (2001) — 13 лет за преступления в составе ОПГ
Югрин прошел с родным «КАМАЗом» (Набережные Челны) путь от турнира коллективов физкультуры до высшей лиги чемпионата России и участия в еврокубках. На излете карьеры, в 2001 году, выступая за любительскую команду «Барс», 33-летний защитник избил судью и получил пожизненную дисквалификацию. Осенью того же года был приговорен к 13 годам лишения свободы за участие в темных делах челнинской ОПГ «29-й комплекс».
— Мы с друзьями занимались бизнесом, нормально работали, зарабатывали. Просто стечение обстоятельств, — рассказывал Югрин в интервью порталу «Матч ТВ». — По УДО меня не отпускали. В Удмуртии, где я сидел, не отпускали вообще никого. Ужасом были первые два месяца, когда не было работы, — время тянулось мучительно долго. Я, попав туда, не мог даже гвоздь вбить — всю жизнь в футбол играл. А там выучился, разобрался в пилораме, трехстороннем станке — и при помощи друзей организовал кузницу, сделал цех. Я много работал, читал книги, ходил в спортзал. И время махом пролетало.
В 2014 году Югрин освободился из мест заключения, сейчас работает в Набережных Челнах и выступает за ветеранов «КАМАЗа».
Статья по теме
Георгий Деметрадзе (2011) — 6 лет за участие в подпольном тотализаторе
Воспитанник тбилисского «Динамо» Георгий Деметрадзе выступал за многие клубы, в том числе — за российские «Аланию» и «Локомотив». И даже стал лучшим бомбардиром чемпионата России (1999 года, 21 забитый гол).
В 2010 году 34-летний Деметрадзе вернулся в Грузию и начал играть за «Спартак-Цхинвали», но провел за свою новую команду лишь 6 матчей. 8 июля 2010 года игрок был задержан по обвинению в связях с воровским миром (в частности, с криминальным авторитетом, Вато Кипиани), а также за участие в подпольном тотализаторе, где являлся коллектором, взыскивающим деньги с должников.
23 марта 2011 года Тбилисский городской суд приговорил Деметрадзе к 6 годам лишения свободы. В декабре 2012 года он вышел на свободу по амнистии. При этом сам форвард считает, что дело имело политическую подоплеку: при помощи показаний Деметрадзе против Кипиани власти хотели лишить авторитетного вора свободы, избавив его от влияния на властные структуры, сформированные президентом Грузии Михаилом Саакашвили.
«Спекуляция и расхищение имущества». За что сидели основатели «Спартака»?
Четыре брата-футболиста, чьи имена занимают особое место в истории «Спартака». Старший — Николай. Именно он в 1935 г. предложил назвать физкультурно-спортивное общество в честь гладиатора.
В марте 1942 г. братьев Старостиных неожиданно для всех арестовали, осудили и отправили отбывать наказание: Александра — в Соликамск, Петра — в Нижний Тагил, Николая — в Ухту, Андрея — в Норильск. В истории клуба указано, что Старостины были репрессированы по политическим мотивам. Но что же это были за мотивы?
«За спекуляцию валютой»
В архивах НКВД сохранилось «секретное спецсообщение Берии Сталину» (19.03.1942, сов. секретно, № 444/6, ЦК ВКП(б): «НКВД СССР располагает материалами, свидетельствующими о профашистских настроениях и вражеской работе спортсменов». Далее следуют имена трёх братьев Старостиных — Николая, Андрея и Петра.
«В момент напряжённого военного положения под Москвой Старостины Николай и Андрей, распространяя среди своего окружения пораженческие настроения, готовились остаться в Москве, рассчитывая в случае занятия города немцами занять руководящее положение в «русском спорте». Политические настроения Старостиных в этот период времени характеризуются следующими высказываниями. Старостин Андрей среди близких ему лиц заявил: «Немцы займут Москву, Ленинград. Занятие этих центров — конец большевизму, ликвидация советской власти и создание нового порядка. Большевистская идея, которая вовлекла меня в партию в 1929 г., к настоящему времени полностью выветрилась, от неё не осталось и следа».
Вопрос-ответ
Старостин Н.: «11-й день наступления немцев (15 октября 1941 г.), ну, через недельку они будут здесь. Нам надо поторопиться с квартирой и завтра всё оформить», «если брать комнаты, квартиры, то только у евреев, потому что они больше не приедут сюда».
Жена Старостина: «Голицыно находится в 10 километрах от Москвы, Лялечка (дочь Старостина) идёт учить немецкий язык, я тоже поучусь, а то немцы придут, а я и говорить не умею».
Старостин: «Да, жизнь наступает интересная».
Жена: «Была интересная в 1917 г., боролись за жизнь, а теперь уничтожают всё».
Старостин: «А что тогда было интересного?»
Жена: «Свержение царизма».
Старостин: «А сейчас идёт свержение коммунизма».
Статья по теме
Готовясь к сотрудничеству с германскими оккупационными властями и сгруппировав вокруг себя классово-чуждый элемент, Старостины занялись накоплением материальных ценностей (валюта, золото) и продовольственных запасов. Установлено, что Старостины связаны с разветвлённой группой расхитителей социалистической собственности в системе промкооперации и производственных предприятий спортобщества «Спартак». Хищническая деятельность этой группы приняла широкий размах, особенно в период войны. Из числа участников группы в данное время арестовано 15 человек. Показаниями других обвиняемых Старостин Николай изобличается как один из её руководителей. Используя свои связи среди отдельных руководящих работников советских и хозяйственных органов, Старостин Николай, получая крупные взятки, незаконно бронирует лиц, подлежащих мобилизации в Красную Армию, и организует прописку в Москве классово-чуждого и уголовного элемента. НКВД считает необходимым арестовать Старостина Н. П. и Старостина А. П. (На первом листе имеется резолюция: «За спекуляцию валютой и разворовывание имущества промкооперации — арестовать. И. Сталин».)
В ходе следствия все Старостины дали признательные показания. Следствие в условиях особого контроля со стороны Берии шло почти год. Выписка из приговора: «Хищения и мошеннические операции принесли Николаю Старостину 28 тыс. руб., Александру — 12 тыс., а Андрею и Петру Старостиным — по 6 тыс. руб. На протяжении ряда лет подсудимые Старостины систематически занимались расхищением спортивных товаров из предприятий системы промкооперации. Похищенные товары в большинстве случаев сбывались через магазин общества «Спартак», деньги, вырученные от продажи, делили в разных долях между соучастниками хищений».
Следователи считали, что прибыльным для братьев-футболистов могло оказаться и посредничество в операциях по освобождению состоятельных москвичей от фронта. Состоятельными москвичами в те времена были партработники, руководители торговых предприятий. «Руководствуясь корыстными соображениями, Старостин Николай во время Отечественной войны вошёл в преступную связь с военным комиссаром Бауманского района Москвы Кутаржевским (осуждён) и за взятки, даваемые последнему в виде спиртных напитков и продуктов питания, добивался получения от райвоенкомата отсрочки от мобилизации не только в отношении работников спортивного общества «Спартак», но и лиц, не имевших никакого отношения к этому обществу». Среди людей, избежавших таким образом отправки на фронт, указаны руководители «Мосплодоовощторга», магазинов «Молококомбината», их заместители и др. За содействие указанные выше лица снабжали Николая Старостина продуктами — в частности, «только от директора магазина Звездкина он получил масла сливочного 60 кг и колбасных изделий 50 кг».
Полностью оправдали
Старостиных осудили на 10 лет. Отсидев треть срока, Николай был помилован Сталиным по просьбе сына Василия, которому нужен был тренер по футболу для команды ВВС. И выпущен с формулировкой «запрещено жить в 16 центральных городах СССР». Поэтому тренерскую деятельность Николай продолжил в Комсомольске-на-Амуре. Другие братья отсидели свои сроки, из-за чего потом выражали обиду на Николая.
Старший из братьев — Николай Старостин — умер последним. Он дожил до 93 лет.
Позже Никита Хрущёв дал указание Верховному суду пересмотреть дело Старостиных. Братья были реабилитированы, а ущерб государству от их деятельности во время войны «признан малозначительным». По протекции того же Хрущёва Андрей Старостин был назначен на должность начальника сборной СССР по футболу, Александр — председателем Федерации футбола РСФСР, а Николай в 1955 г. стал главой спортивного общества «Спартак», проработав на этой должности вплоть до 1995 г.
За что посадили братьев Старостиных
Версий много, дело, как говорится, темное. Сами братья не распространялись на этот счет. В приговоре целый букет преступлений: антисоветские высказывания, пораженческие настроения, шпионская деятельность, незаконное обогащение… Хотя по общему мнению посадили просто потому, что Берия ненавидел «Спартак» …
Был бы, как говорится, человек – преступление найдем. Однако, почему тогда не арестовали раньше, в разгар чисток, когда сажали и расстреливали всех подряд? Почему Берия выбрал для мести такой неудачный момент – март 1942-го, когда все катилось в трам-тарары, стране было не до футбола и недавняя вражда «Динамо» и «Спартака» казалось такой ерундой?
В 2004-м году мне позвонил Сергей Полевой, бывший (1962-87) заведующий отдела футбола Всесоюзного Совета Спортивных обществ профсоюзов СССР, и вдруг заявил, что хочет рассказать одну историю, которую ему поведал покойный Станислав Леута (штатный пенальтист «Спартака»), севший по одной статье с братьями. Я включил диктофон – так появилось это интервью.
— Станислав Викентьевич мне это лично рассказал. Взяли его в марте 1942-го (ему было 30 лет), посадили в одиночную камеру в Бутырках. Ложился в 11 вечера. В четыре койка падала, и он — на полу. И на допрос. Допрос длился до 6 утра. Возвращался, ложился, в 8 утра койка опять падала – снова на полу. А допрос был такой. «Ну, садись, — говорил следователь. — Рассказывай!» «Да нечего рассказывать!» Вот и весь разговор. Стасик сидел, следователь читал журналы. Так продолжалось полтора года. Однажды привели к следователю, тот: «Все, Стасик, допросы закончены. Завтра вас будут судить». «Слушай! Я на колени встану — скажи мне, за что меня арестовали?» «16 октября 41 года было у вас партийное собрание?» «Я не выступал!» «Вот тебе и дадут 10 лет за то, что не выступал, а остальным — по 12! Какие же вы мудаки! Поставили вопрос: что делать, если придут немцы? Что вам Сталин говорил в 1941-м? В тылу врага поезда под откосы пускать, взрывать мосты… На фронте – «ни шагу назад», в тылу – «все для фронта, для победы», а вы ставите вопрос: что делать, когда немцы придут!»
Привезли их в суд — напротив гостиницы «Москва». 18 человек, все спартаковцы. Посадили в два ряда, между ними ходят охранники. И все в погонах. Мы, говорит, впервые увидели — ведь раньше петлички были, только в 1942-м ввели погоны. Старостин сказал тогда: «Нас расстреляют». К нему подскочил военный: «Молчать!» Зачитывают приговор: этому — 12, этому – 12, этому — 12. А Стасику дали только десять и отправили в Воркуту. Девять лет он там отсидел, когда пришло помилование — оставался год. Он в Норильске на шахте работал с Андреем Петровичем (Старостиным), и когда, говорит, «пришел к Андрею и сказал: «Вот документы о помиловании» — с ним чуть плохо не стало». Стасик еще год работал на этой шахте, а Андрей Петрович сразу куда-то пропал. Не дождавшись реабилитации (она пришла только дней через двадцать). Даже не взял никаких документов в шахте. И вдруг Андрей объявляется в Москве! А от Норильска до ближайшей железной дороги было 400 км! С блатными шел.
— 400 километров шел к поезду?
— Да. Никто не мог понять, как ему это удалось. Я его спросил однажды, он сказал: «Сергей Васильевич, я только одно понял: блатные — они все могут. Мы спали в снегу, с головой закрывались телогрейками».
— Зэки, с которыми он шел, бежали или освободились?
— Бывало те, кто убегал, брали с собой кого-то из «лохов» — на мясо: съедали…
— А его довели. Приехал в Москву — квартиру ему вернули. Точнее, другую дали — на «Соколе». А Андрей Петрович в свою въехал. Все вернули, даже ботинки. Только обручальные кольца не вернули. «А кольца то где?» «Ну, друзья, это в фонд обороны – золото!»
— Так было собрание в «Спартаке» в 1941-м?
— Да. 16 октября – немцы тогда стояли в 12-ти километрах от Москвы.
— Обсуждали, что делать?
— Да. Предварительно жен отправили в Загорск. И на партсобрании в Тарасовке этот вопрос поставил секретарь: «Что будем делать, если придут немцы?»
— Тогда паника была в городе…
— Я же тогда на заводе работал электромонтером. Нас вызвали — сборочный цех — сказали, что враг прорвал оборону. Выдали за три месяца зарплату, дали по мешку (2 пуда) муки. Появились листовки на заборах: оборона города переходит в командование генерала армии Жукова, в Москве вводится военное положение. Вечером выступил по радио Пронин — председатель Московского исполкома: Без паники! Враг остановлен, идут ожесточенные бои. Вернитесь на свои предприятия! Мы пришли на завод и начали демонтаж оборудования. Даже лампочки выворачивали и упаковывали. Наш завод (мы выпускали генераторы самолетов и танков) эвакуировался в Киров. Я не поехал — мать не пустила…
— Сколько спартаковцев посадили?
— Только верхушку. Председателя МГС — московского городского совета «Спартак», его замов. А из игроков только Леуту и четырех братьев Старостиных (Николая, Александра, Андрея и Петра). Николай Петрович был во Владивостоке и попал на строительство железных дорог. Начальник генерал ему сказал: «Николай Петрович, у меня заключенных много, а футболист такой как вы — один. Организуй-ка мне среди них физкультуру!» И в своем вагоне ему отвел часть комнаты. В 1951-м его перевели в Алма-Ату и через год он начал тренировать местное «Динамо». Я играл тогда в «Буревестнике» (Кишинев), приехали как-то в Алма-Ату играть со «Строителем». Обыграли их, вдруг в раздевалку приходит Николай Петрович: «Ребята, сыграйте с нами — с «Динамо» — завтра!» Тренировал нас Бехтенев Валерий Борисович – они с Николаем Петровичем друзья, в одно время играли. И мы согласились. Вдруг перед матчем снова приходит Николай Петрович: «Ребята, если можно – проиграйте! Для моего авторитета». Мы проиграли 2:3… Я в 1986-м напомнил Николаю Петровичу эту историю. Он: «Да не может быть!» «Ей богу! Я ведь капитан команды был. Вы ко мне обратились! Вы знаете, нам Валерий Борисович, до Москвы это простить не мог — ругал». Никак не мог понять, почему мы обыгрываем команду, которая на первенство СССР играет, а этой проигрываем. «Динамо» на республику играло…
— Что остальные братья на зоне делали?
— Петр был очень тихий, спокойный. Он сидел в тюрьме и работал в какой-то шарашке. Так же и Александр. Считалось, что Николай – главный, его подальше и отправили. А Андрей, говорили, с цыганами связан… Это целая история! Его жена пришла к прокурору Москвы: «За что вы посадили Андрюшу?» Прокурор сказал: «Андрюша — фашист!» Она бросилась на него: «Сам ты фашист!» И начала душить. Ей сходу 5 лет тюрьмы дали. Цыгане помогали Старостиным — даже до Норильска добирались! Всем этим руководил Яншин (Михаил, актер театра и кино – прим. ред.). Он же женат был на цыганке.
Сергей Васильевич ПОЛЕВОЙ. Родился 2 октября 1924 года в Москве. Нападающий. МС. Играл за команды: «Сталинец» (Москва (1940-41), сборная погранвойск СССР (1947, дубль московского «Динамо» (1948-49), «Буревестник» Кишинев (1950-55). Заслуженный тренер Молдавской ССР. 1962-87 – заведующий отделом футбола Всесоюзного Совета Спортивных обществ профсоюзов СССР.
Прямо в чаше стадиона «Открытие-Арена», где проводит свои домашние матчи московский «Спартак», перед фанатской трибуной установлен памятник братьям Старостиным: Николаю, Александру, Андрею и Петру.
Психолог: Да разве сравнится Мельгарехо с Ананидзе по пониманию футбола!
Неожиданные трансферы в межсезонье РПЛ